Хорошая примета (СИ) - Матуш Катя - Страница 63

— Милослава Васильевна, — потянул меня за локоть мужчина. — Мы уходим. Пожелайте товарищам удачного расследования, больше вы их не увидите.

Я встала и схватилась за стул, в следующую секунду голову прострелило и взгляд потух.

Глава 27

Тепло мягко скользнуло по лицу. Я приоткрыла один глаз и натянула благоухающее лавандой одеяло на нос. Рука скользнула по шитью на кромке пододеяльника. Одолень-трава с Духобором. Целебник. И зачем мне столько исцеления?..

Я распахнула глаза и тут же сощурилась. Залитый желтым светом белый потолок с серыми вкраплениями квадратных ламп пошел волнами. Рука скользнула к лицу. Маска. На мне кислородная маска, значит, я в больнице. И я жива, это хорошо, но не надолго, потому что мать меня сейчас сама прибьет! Я стащила маску с лица и привстала на локтях. Третьяк сопел в широком кожаном кресле, кутаясь в серый плед. На столе у окна стояла огромная корзина с цветами, рядом тарелка с фруктами, кружка и балалайка. Всюду на стенах висели рушники и обереги, а тумбочка в углу уже превратилась в восковой комок из-за нагромождения свечей.

Вот за одноместную палату спасибо, конечно, это ж надо было разориться.

И что Треня тут делает?

— Т… — в горле пересохло.

И знают ведь, что после маски пить хочется, хоть головой бейся, а никто не додумался и глотка оставить! Слюна быстро собиралась во рту, я надула щеки и стукнула по тумбочке, чтобы привлечь внимание брата. По телу прошлась покалывающая волна онемения. Неужели опять ОРВ с осложнениями? Да меня зимой из дома вообще выпускать перестанут…

Перед глазами понеслись затуманенные обрывки допроса. Неужели я вырубилась прямо в участке?!

— Треня! — сипло прикрикнула я.

Брат дрогнул, приоткрыл глаза и замер.

— Мила?..

— Пить хочу, — озиралась я.

— Мать честная, — шепнул Третьяк и схватился двумя руками за лицо. — Хвала богам!

Брат подскочил и кинулся к бойлеру в углу.

— Что происходит? Где мама?!

— Дома мама! Успокойся, все. Никто нас ни в чем не обвиняет.

— Врешь?.. — шипела я, хватаясь за стакан.

— Нет, Милослава. Они перевернули весь дом, пасеку и даже мамину фирму, но так ничего и не нашли. Ордер на обыск единственное, что им удалось получить. Не ной! Тебе сейчас лучше не нервничать. Все позади, бывает, люди работают, а ситуация и правда сложилась не в нашу пользу.

Я подавилась и заскулила:

— …н-не в нашу пользу?.. Так это теперь называется?! Мы самая образцовая семья на весь дом! Да как у них только глаз в нашу сторону повело!

— Если бы ты не удалила тот блог, проблем было бы меньше!

— Если бы я его не удалила, мать бы с ума сошла!

— Мать видела все эти комментарии и без того! Очнись, Милослава! Неужели ты думаешь, что она могла пропустить это мимо глаз?!

— Не может быть…

— Дурная что ли?! Да она сама готова была его удалить, просто не знала как. Дан сказал, она звонила ему буквально за день до твоего выпада, он обещался, но просто забыл. Две кулемы! Одна испугалась за другую, а нам теперь разгребай. Нет бы поговорить спокойно!

Я вжалась в подушку и прикрыла лицо руками. Неужели, она решила, что меня может это как-то шокировать?.. Конечно я расстроилась, но в тот момент больше переживала, что мать с ума сойдет, и вообще не предала этому значения, а она, значит, сделала все то же самое, и наверняка думала о чем-то в стиле: Милослава увидит, и вообще замуж выходить не захочет.

— Олег нас прибьет.

— Олег уже собирал твои вещи.

Я скинула одеяло:

— Нет! Как я буду от него в институт ездить?!

— Успокойся! Как собрал, так и разобрал! Отец выставил его пинком под зад, чтобы остыл. Все! Все перебесились, конфликт исчерпан, ты в сознании, это главное. Сейчас за простуду, получишь, и на этом все, возвращаемся к нормальной жизни.

— В сознании? — я задрала руку с катетером. — Третьяк… Сколько я здесь уже лежу?

— Сейчас, — Треня глянул на смартфон. — Пятнадцать тридцать. Суббота. Значит ночь и пол дня.

Я забегала глазами по палате.

— Где мой телефон?

— У меня, на, — кинул он его на кровать.

— Почему выключен?!

— Потому что таким нам его из органов вернули!

Он наверняка звонил, матч ведь завтра, а значит сегодня вечером этот опять будет не абонент. Надо же хоть удачи пожелать!

Только экран загорелся, я ткнула на волчью мордочку и прижала телефон к уху, но он пискнул и погас.

— Есть зарядка?!

В крайнем случае, Ольга наверняка знает, что случилось, а значит, кто-нибудь ему да рассказал…

Дверь в палату отъехала.

— Мила! — завизжала мама, едва переступив порог. — Хвала богам!

— Не ори, — придержал ее отец за локоть. — Первый раз как будто! Устроили, чтоб вас. Сказали к обеду будет в сознании, на держи. Чуть-чуть не уложилась.

Мама подскочила к кровати. Мы обнялись и заплакали.

И надо же было так влипнуть…

Олег приехал через час со всей семьей, но даже он больше интересовался моим здоровьем, пытая врача по каждому пункту в мед карте, чем думал нас хоть как-то упрекнуть. Ближе к вечеру, когда в моей палате уже собрались вообще все, только Дан тяжело вздыхал и виновато озирался, проклиная свою наследственную забывчивость, остальных же больше занимали дети, которые были готовы разнести больницу в щепки.

Хорошо брат забыл удалить тот блог, ведь так мы с матерью заслуженно поделили этот стыд на двоих. Больше никаких додумок друг за друга, будет нам уроком, ведь у каждого из нас своя жизнь, и лучше бы делиться своими переживаниями с близкими и слушать их, чем решать за них, как для них хорошо, а как плохо.

Палата опустела только когда врач пригрозил вызвать охрану, чтобы выпроводить мою сумасшедшую родню подальше отсюда, и вообще больше никогда не пускать. Мне принесли кучу еды, мой вышивальческий набор, ноутбук и еще уйму сумок, в которые я даже заглядывать не стала, ведь уже завтра я отправлюсь долечиваться домой.

Даже ОРВ на этот раз было без осложнений, но стресс и утомление явно добавили пару делений на градуснике, ведь, как выяснилось, я провела в отделении аж пять часов, а эти сердобольные Красных выдернули своего адвоката чуть не из здания верховного суда. Вовек не сочтемся. Зная Людмилу Бояновну, и копейки с нас за эту услугу не возьмут, только и будут причитать, что для своих сотрудников им ничего не жалко, и пусть я там на одну десятую ставки с перспективой.

Телефон валялся на тумбочке рядом с кроватью и пищал каждые пять минут. Ольга и Благана наперебой уточняли сюжет нашего семейного триллера, и обещались прийти при первой же возможности, девчонки из группы распределяли с кого какие конспекты, а Тихомир даже ни разу не позвонил…

Я со вчерашнего вечера на звонки не отвечаю, только тогда пропущенных еще не было, а теперь не прибавилось. Может он вообще не в курсе? Обидно так-то, подруги на взводе, семья в ужасе, даже Илья уже два раза позвонил, а этому хоть бы хрен.

На кой черт он себе телефон завел? Чтобы я ему сама названивала, когда шарика яблочного мне мало покажется? Днем же ему звонить бесполезно, телефон он с собой не таскает, наверняка чтобы никто не узнал, что он у него есть, псевдо-суеверные его мозги! Всего один раз первым набрал, и тот когда спешил мне о привороте рассказать.

Я стиснула телефон в руках и натянула одеяло на голову. Не буду звонить! Будет ему уроком, нашелся тут, пуп земли. У меня теперь как будто вся жизнь должна идти по расписанию его матчей… С этим “смотри его глазами” все понятно, но моими глазами кто смотреть будет?! Привык все приметы к себе сводить и меня, видимо, под эту гребенку подмял. Не звоню, ну и ладно, так что ли получается?

Меня отключили от капельницы, взяли анализы, и по лицу врача было понятно, что прогнозы хоть и хорошие, но не настолько чтобы выписывать меня завтра же.

Часы на стене тикали с оглушающим дребезгом, я пыталась поспать, время близилось к восьми, но зажатая в руках трубка уже хрустела от моего мертвого хвата.