Жестокая любовь мажора (СИ) - Демина Маша - Страница 27

— Подожди-ка… — Лена роется в ящике, достает заколку в виде банта, затем подходит ко мне сзади и закалывает часть волос на макушке. — Вот теперь точно все! — торжественно объявляет она и отходит от меня.

Медленно я отворачиваюсь от зеркала и встречаюсь с восхищенным взглядом подруги.

— Капец ты красотка, Самойлова. Какого хрена ты не выглядишь так каждый день? Всего-то пару штрихов кистью, блеск для губ и укладка.

Я сдержанно улыбаюсь.

— Только ты можешь сделать комплимент и им же поставить на место.

— Так, а теперь пошли выберем тебе каблуки, а то такими темпами ты сегодня не доберешься до Пантеры.

— Нет! Никаких каблуков! Ты с ума сошла? Я ходила на них пару раз в своей жизни, и уж точно мне сегодня не нужен балласт в виде неудобной обуви.

— И что ты предлагаешь?

Пожимаю плечами.

— Эм… ну я просто надену свои кеды.

Она смотрит на меня как на идиотку.

— Кеды? К этому платью?

Глубоко вздохнув, я в отчаянии запрокидываю голову и выдыхаю:

— Да-а-а.

Снова смотрю на подругу и аккуратно прикрываю ей пальцем рот, пресекая ее дальнейшие возмущения.

— Ты переживешь это, — подмигиваю и направляюсь в коридор.

Проходя мимо спящего сына, борюсь с желанием поцеловать его. Бедняга вымотался как истинный мужчина на женских сборах. Так что не буду тревожить его сон. А то оставлю Лене кучу проблем в виде капризного ребенка.

Игнорируя взгляд подруги, которым она преследует меня до самых дверей, я беру с полки кеды и быстро натягиваю их, поочередно подпрыгивая на одной ноге. И не так уж плохо смотрится. Но, судя по недовольному лицу подруги, все просто ужасно.

— Уверена, что не хочешь надеть более подходящую обувь под платье?

— Уверена. Подай, пожалуйста, мой телефон с зарядки.

Лена безнадежно вздыхает и возвращается в комнату, чтобы взять смартфон, который я забыла.

— Держи. Если что, такси я уже вызвала.

Я вскидываю брови, забираю свой телефон и бросаю его в клатч.

— Это чтобы ты не дала заднюю. Ты ведь не хочешь испортить мне рейтинг в моем любимом приложении такси?

Поджимаю губы, чувствуя, как отчаяние затапливает меня с головой, потому что я бы не отказалась дать заднюю.

— Ты так хорошо меня знаешь, — ухмыляюсь и обхватываю себя за плечи, продолжая тянуть время.

— Не дрейфь, подруга, — Лена шагает ко мне, обнимает и шепчет с едва уловимой грустью в голосе: — Ты заслуживаешь того, чтобы тобой восхищались.

Она отстраняется и сжимает мне плечи, пряча предательский блеск в глазах за улыбкой с чертинкой, и тут же отмахивается от меня:

— Так, ну все! Такси ждет!

Я улыбаюсь и теперь сама обнимаю подругу.

— Поцелуй Кирюшу, когда он проснется. Я постараюсь не задерживаться. И… — перевожу дыхание, — и спасибо тебе за все!

— Ой, иди уже, — хихикает Ленка и силой выпихивает меня в парадную. — Белый «Ларгус» четыре-четыре-восемь! — выкрикивает шепотом и закрывает перед носом дверь.

Покачав головой, я спускаюсь вниз и почти сразу нахожу ожидающую меня машину. Забираюсь назад. Диктую адрес и, сдув прядь волос с лица, откидываюсь на спинку сиденья.

Не зная, чем себя занять, достаю из клатча телефон и обнаруживаю на нем с десяток пропущенных звонков и сообщений от Демида.

«Алиса, мы ждем тебя к 18:00. Ты поможешь все красиво оформить?»

«Чего молчишь?»

«Ты же приедешь?»

«Алиса? Ответь, блин».

«Если кинешь, Дамирович нас точно сожрет».

«Ну ты где?»

«Ответь!»

«Ну спасибо».

«Капец ты динамщица».

Последнее было отправлено двадцать минут назад. Но у меня был выключен звук на телефоне, а после прогулки я поставила его на зарядку и со всеми этими сборами даже не вспомнила о нем.

— Черт, — ругаюсь себе под нос и быстро печатаю ответ.

«Я еду».

Бросаю взгляд на время. Пять минут седьмого. Отлично.

____________

Мои прекрасные, спасибо за ваши комментарии! Вы у меня бест оф зе бест!!!!!

Глава 22

Почти восемь вечера.

А вместо того, чтобы сопровождать своих пацанов на дискотеку, я стою в планке и, как умалишенный, поднимаю и опускаю тело. Вдох. Сгибая руки, опускаюсь. Касаюсь грудью пола. Выдох. Выпрямляю руки и возвращаюсь в исходное положение. Еще раз. И еще. Пока мышцы живота не начинают гореть. Но это лишь подстегивает меня не останавливаться. Выматываю себя до победного.

Хочу заебаться так, чтобы не думать о ней.

Она не придет.

Скалюсь.

Черт возьми. Конечно же, она не придет.

Блядь. Вот на хера, а? На хера они вообще мне рассказали о своем чертовом сюрпризе? Лучше бы понятия не имел. Прожил бы и без подарка. Прожил, если бы не узнал, что они имели ввиду под этим своим подарком.

И додумались же.

Стискиваю челюсти. Резко выдыхаю и возвращаюсь в исходное положение.

Свешиваю голову. Всего трясет. Но начинаю еще один подход, будто болью наказываю себя за то, что позволил ситуации так выбить себя из колеи.

В последние дни мне даже показалось, что я могу управлять своими чувствами к этой девушке как здравомыслящий человек, но сегодня моя иллюзия превратилась в пепел.

Ни хера я не могу.

И сейчас больше всего на свете я хочу сорваться к ней и, глядя прямо в глаза, спросить, сколько она еще будет мучить меня? Самая настоящая ведьма! Злюсь. И плевать, что не имею права. Я охренительно злой на нее. Всю душу мне вымотала.

Лучше бы эти сорванцы до последнего держали в тайне свой подарок и не рассказывали о нем. Обвела пацанов вокруг пальца, а меня будто и вовсе через колено кинула.

Ладно я… но парни-то видно и правда что-то готовили, а пришли — и лица на них нет.

В дверь раздается стук, но я рявкаю так, что дверная ручка резко возвращается на место:

— Занят!

За последние полчаса я сорвался уже на троих пацанов, которые попытались меня подбодрить и вытащить из кабинета. Но в таком состоянии мне лучше оставаться здесь. На хрен. Еще переклинит, и реально сорвусь к своей Ведьме.

А я ведь продержался почти неделю без нее. Хотел дать нам обоим время, ей, конечно же, в первую очередь, себя работой завалил, чтоб не было возможности даже написать ей. Я хотел, чтобы Алиса сама захотела этого. Идиот. Усмехаюсь сдавленно, не прекращая отжиматься. Думал, что, может, она сама напишет. Типа соскучится, все дела. Даст хоть какой-нибудь знак, чтобы я начал действовать. Я же передавить боялся. А там и передавливать нечего. По хер ей на меня. И чем быстрее я это приму, тем проще будет жить.

В очередной раз она провела между нами черту. Может, я и заслужил. Но я надеялся, что все наладится, если я немного приторможу. Возможно, мне не стоило этого делать. Нужно было, наоборот, додавить. Я ведь чувствовал это. Чувствовал, чтоб ее, как она прижималась ко мне. Как ее дыхание целовало мою шею, и она не спешила отталкивать меня. Сама зависла в том моменте. Хоть что говорите, но я, блядь, почувствовал это.

Почувствовал и отступил, как последний придурок. Что толку сейчас жалеть об этом? Алиса уже расставила своих тараканов в алфавитном порядке. Еще и пацаны влезли. Заебись, вообще. Подумает, что я, как полный кретин, подсылаю детей. Блядь. Надо было позвонить ей и все объяснить. Это не было моим коварным планом. Или что она себе там напридумывала? Почему в последний момент отказалась?

Горячее ощущение раздражения локализуется в груди. Это настолько некомфортно, что я пытаюсь выдавить это уродливое чувство, ускоряя свои движения.

Дыхание шумное. Прерывистое. Пот льется по лицу крупными каплями.

Стук в дверь снова врывается в мои мысли.

— Я же сказал, что занят, черт возьми! — рычу сквозь зубы, ощущая, как руки едва не подкашиваются от перенапряжения.

Дверь открывается, и я уже готов заорать, чтобы они убирались к чертовой матери, но залипаю на черных кедах.