"Фантастика 2024-197". Компиляция. Книги 1-36 (СИ) - Романов Илья Николаевич - Страница 834

– Да всё в том же буфете. Коньяк пил с двумя офицерами, и разговоры разговаривал. Никуда я после аукциона из буфета не выходил, даже из-за стола не вставал. Хотя стоп. Вру. Из-за стола вставал. Когда фотографы приходили, они меня потаскали за собой немного, в основном недалеко от стола. Освещение вроде бы подбирали да группу из нас составляли, – постарался я как можно детальнее вспомнить свои действия.

– За рукав хватали? – спросил урядник, не отрываясь от писанины.

– И за рукав, и за плечо. То так им встань, то этак повернись, то голову выше подними, – подтвердил я.

– Фамилии офицеров, которые были с вами за столом, помните?

– Начальник штаба майор Игнатьев и начальник госпиталя капитан Нечаев, – ответил я без раздумий.

– Ого. Неплохая компания для курсанта, – хохотнул урядник, переглянувшись с магом. Похоже ни тот, ни другой мне не поверили. Майор гвардейского полка – это величина. Разница со званиями пехотных войск у лейб-гвардейцев в две ступени принята. Даже врач, с его званием капитана пехотному подполковнику соответствует.

– Для полноты картины пары Великих князей не хватает, – ехидно дополнил маг и зевнул, прикрывая рот ладонью.

– С Великой княжной Рюминой я говорил перед аукционом, после него я её не видел, – добросовестно пояснил я ситуацию с князьями.

– Полноте вам. Считайте, что мы впечатлены по самое не могу. Прямо сейчас вскочим и убежим в страхе, – лениво проговорил урядник, сложив руки на груди и раскачиваясь на стуле, – Только объясните нам, зачем вы штабс-капитана Мезенцева убили и расскажите, куда деньги дели?

– Говорят, он больше пятнадцати тысяч ассигнациями за вечер выиграл. Неплохие деньги для курсанта, не так ли? – оглянулся маг на ухмыляющихся полицейских.

– Деньги, значит? – я потянулся к своему сюртуку, тому самому, с которого пропала пуговица, и вытащил из внутреннего кармана свёрнутый вчетверо лист. Это был аукционный листок, по которому я отслеживал ход аукциона, дожидаясь, когда же пойдут мои лоты. Аккуратно развернув его, я подтолкнул листок уряднику, – Полюбопытствуйте. Мои лоты занимают три нижние позиции. Благодаря им я несколько часов назад пожертвовал госпиталю гвардейского полка два миллиона шестьсот пятьдесят тысяч. Неплохое пожертвование для графа и Главы Рода? Как после этого не побежишь людей убивать за пятнадцать тысяч. Только вот нет, я видимо неправильный граф, поэтому предпочёл отмечать успех в компании с начальником этого самого госпиталя и с князем Игнатьевым, который проявил большое участие в организации аукциона. Ну, а о том, что племянница Императора шефствует над госпиталем лейб-гвардии, вам думаю и без меня известно.

Обстановка в зале разительным образом изменилась. Глаза полицейских остекленели, да и сами они вытянулись чуть не по стойке смирно с крайне серьёзными лицами. Маг сильно закашлялся, а урядник начал в третий раз перечитывать список лотов, медленно багровея. И лишь мои охранники улыбались и смотрели на меня с обожанием и гордостью.

– Мда-а, поворотец… – наконец-то подал голос урядник, вытирая вспотевший лоб вполне приличным платком, – Пожалуй мне стоит объясниться.

– Окажите любезность, – холодно ответил я и обратился к своему охраннику, показывая ему на мага, – Юра, принеси воды человеку, а то умрёт не дай Бог, а мне снова отвечать.

– Сарказм ваш мне понятен. Но попробуйте и вы в наше положение войти. В одиннадцать вечера Мезенцев вышел из офицерского собрания. Живёт он недалеко, поэтому в хорошую погоду всегда пешком ходит. В одиннадцать пятнадцать нам позвонил неизвестный, и сообщил о трупе около подъезда дома, в котором Мезенцев квартировал. Он же сказал, что видел убийцу. Причём, позвонивший достаточно детально и подробно описал ваш вид, и добавил, что скорее всего убийца забежал в двери офицерского собрания. В руке осмотренного трупа оказалась ваша пуговица, а обе раны в сердце и в печень нанесены кортиком, судя по ранам на теле и порезам на одежде. Выигранные деньги пропали.

– Ага, а пуговицу я кортиком срезал, – подсказал я уряднику, отчего тот только поморщился. Кортик – оружие колющее, лезвие у него не заточенное, чтобы пуговицу им отпилить, минуты две-три шмурыгать надо, пока нитки перетрёшь.

– Своё мнение относительно вас я отдельным рапортом изложу, обещаю. Впрочем, вам можно не волноваться. Если офицеры, с которыми вы были за столом подтвердят, что вы никуда не отлучались, то следователь вне всякого сомнения с вас все обвинения снимет, – вроде бы бесстрастно изложил мне урядник, но я успел заметить, как он внимательно отследил мою реакцию на свои слова.

– Только те, что за столом… – задумчиво протянул я, и заметил, как у полицейского азартно блеснули глаза, – Так рядом с нами ещё четыре стола соседствовали. Человек двадцать свидетелей наберётся, если что. К тому же за вечер к нам многие с поздравлениями подходили и с других столов, опять же официантов можно поспрашивать.

– Максим, – совсем не по уставному остановил маг дернувшегося было, словно от пощёчины, урядника, – Граф шутить изволят. Просто объясни ему, что мы сейчас ничего не решаем. У нас есть приказ, и мы должны его выполнить.

– Действительно, – урядник, чуть катанув желваками, постарался не выказывать свою злость и разочарование, – Наше дело маленькое. Вас найти, улики собрать, провести предварительный опрос, да и доставить в управление. Все остальные вопросы следователь будет решать.

– Ночью? – не смог сдержать я удивления, кивая на тёмное окно.

– Отчего же. Следователи наши – господа важные. Они только к утру прибывать на службу изволят.

– И что я там до утра буду делать? – я искренне удивился несуразности происходящего.

– Как и все. В камере посидите, – пожал плечами урядник, словно говоря о чём-то обыденном и несущественном.

– В камере, значит, – от прилива гнева у меня зашумело в голове и я начал подниматься из-за стола, машинально формируя вокруг себя щиты.

– Явная подстава, – подал голос Юрий, переключая на себя моё внимание, – Если минут двадцать дадите, то мы попробуем усиление вызвать. Щиты у вас пару выстрелов выдержат? – обратился он ко мне.

– Даже больше, – кивнул я ему, постепенно остывая и приходя в себя.

– Велика вероятность, что стрелять на выходе будут. Хотя и на маршруте могут подловить. Вы же его в изолятор Третьего управления собрались везти? – спросил у урядника Володя, проводив взглядом убежавшего к телефону напарника.

– А куда же ещё. Одно у нас место, где Одарённых содержат, – подтвердил полицейский, наблюдая за действиями охраны с некоторым скепсисом.

– Народа по ночному времени у нас мало, но ребята уже выехали и сейчас пробегутся по подозрительным местам, – доложил Юра, вернувшись.

Полчаса мы провели в томительном ожидании, коротая время обычными разговорами.

Для себя я из разговоров выяснил, что камеры в Третьем отделении вполне приличные, а те, что для родовитых предназначены, больше похожи на гостиничный номер, правда далеко не самой лучшей гостиницы. Это мне маг рассказал, и судя по ухмылкам урядника, знания о камерах у мага были отнюдь не теоретические.

Заодно узнал, что от посещения изолятора мне не открутиться. Убийство гвардейского офицера – событие из ряда вон выходящее и за излишнюю рьяность при его раскрытии полиции ничего не будет, хоть самому Императору жалуйся.

Раздавшийся телефонный звонок хлыстом стеганул по нервам.

Все уставились на Юру, который взял трубку, и выслушав собеседника, задал ему несколько вопросов, прежде чем закончил разговор и положил трубку.

– Был человек. Крышами ушёл, а потом по заранее заготовленной верёвке вниз спустился и скрылся в подвалах. Вот только ребята считают, что это не снайпер был, а наблюдатель. Оружия нигде не нашли, и по крышам он налегке бежал, даже бинокль бросил, – коротко пересказал Юрий свой разговор с коллегами из агентства.

– Зачем ночью бинокль? – урядник сходу вычленил из рассказа несоответствие, показавшееся ему странным.