"Зарубежная фантастика 2024-2". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Гудкайнд Терри - Страница 800

— Неважно, как двигаться, — ответил тот, — вокруг вакуум. Поражаемая поверхность в направлении движения сейчас меньше, а голова защищена лучше.

— Понятно. Ах да, хотел еще спросить: что удерживает планету? Ведь на этом уровне нет башен.

— Большие машины поддерживают структурную целостность свода.

— Так-так, — сказал Холс. — Ну и ну.

— Держитесь подальше от основания открытой башни, — раздался голос Анаплиан, которая увела их в сторону от громадного круга мрака вверху.

С краев зияющей дыры свисали километровые лепестки, абсолютно симметрично, и поначалу никто не понял, что сверху в этом месте что-то пробилось.

— Корабль? — спросила Анаплиан.

— Похоже, — сказал Хиппинс, опять недоуменно и обеспокоенно. — Вообще-то он должен был оставить здесь автономника или что-нибудь.

Они летели еще около минуты, а затем услышали голос Ксасса:

— Впереди трудности.

— Что такое? — спросила Анаплиан.

— Тут целое сражение, высокочастотные ЭОКР, пучковое оружие и, судя по остаточным явлениям, АВ. У противника, похоже, подавляющее огневое преимущество. Подтягивайтесь сюда.

Лицевые щитки скафандров показали линию вдоль вершины одной из километровых лопастей у кромки гигантской сферы. Где-то совсем рядом за лопастью мелькнула вспышка, настолько яркая, что противоослепляющая система не успела сработать. Они остановились в нескольких метрах под лопастью, приблизительно в километре друг от друга.

— Видите? — спросил автономник.

На щитках появилось темное пространство между другими сферами уровня и наклонными вогнутыми тороидами, которые освещались яркими вспышками. Затем изображение триангулировалось почти на плоскости и было подано с трех разных точек, потом с четырех, потом с пяти, когда поступили картинки с четырех малых автономников. На расстоянии от шестидесяти пяти до девяноста километров располагались три источника точечного света и неожиданных, резких детонаций. Гораздо ближе, всего в десяти километрах и четырьмя километрами ниже, некий объект обменивался огнем с четырьмя отдаленными источниками. Судя по скоординированным изображениям, этот предмет, от силы десятиметровый, то прятался за громадной зубчатой лопастью, насаженной на шестерню, то выскакивал из-под нее и обменивался выстрелами с тремя далекими противниками.

— Эти три прочитываются как наши, — взволнованно сказал Хиппинс. — Они вынуждены отступать.

— Можем мы застать его врасплох? — спросила Анаплиан.

— Пожалуй.

— Запустите один из дистанционников. Только чтобы наверняка. Ксасс?

— Сделано, — доложил автономник. — Это автономники «ЧФ» — три оставшихся из четырех боевых, которые корабль оставил под взломанной башней. Они повреждены. Отступают.

— А четвертый?

— Погиб, — сообщил Хиппинс. — Валяется в траншее между нами и противником.

— Скажите им, пусть продолжают делать то, что делают. Ксасс, из пяти с половиной АВ-ракет оставьте две в резерве, остальные готовьте к бою.

— Готовы.

— Прикажите двум из ножевых ракет разойтись и падать — не включая двигатели — по моему сигналу. Вторая волна — режим камикадзе.

— Готовы. Выходят на позицию.

— Всем остальным рассеяться за восемь следующих секунд, потом выйти на огневую позицию и сокрушить все. Отсчет пошел. Фербин, Холс, помните: работайте со скафандром и позволяйте ему двигаться по его усмотрению.

— Конечно.

— Нет вопросов, мадам.

Восемь секунд.

— Время, время, время! — выкрикнула Анаплиан.

Скафандры перебросили их через длинную изогнутую вершину лопасти. Над ними сверкнул свет. Они смотрели в бездонную пропасть внизу. Выхлопы работающих на АВ ракет отображались черными точками — скафандры зачернили ослепляющее сияние. На щитках замигали красные кружочки вокруг целей, и все четыре оружия выстрелили. Кинетическое ружье Фербина подпрыгивало и отдавалось в его руке, отбрасывая его каждый раз назад и вверх; в глазах оставались крохотные яркие полосы. Его начало закручивать — отдача пыталась повернуть тело вокруг оси и одновременно опрокинуть; скафандр старался компенсировать отдачу и держать цель.

Свет повсюду. Что-то ударило по щиколотке правой ноги и отдалось такой болью, будто он вывернул колено. Но болевые ощущения почти мгновенно стихли.

Цель расплылась на множество расползшихся по всему лицевому щитку световых вспышек, отбрасывавших тени — шипы и колючки — по всему своду несколькими километрами выше.

— Прекратить огонь! — крикнула Анаплиан. — Отзыв ножевых.

— Они остановлены, — сказал Ксасс. — Вот картинка.

Среди изогнутых лопастей падало с кувырками что-то белое и сияющее, рассыпая желтые искры и оставляя оранжевые осколки, падавшие медленнее. Огонь с обеих сторон прекратился. Свет теперь исходил только от падающего объекта.

— Готов? — спросила Анаплиан.

— Нет сомнений, — ответил Ксасс. — Продолжаем движение с разведкой?

— И просканируйте осколки противника. Идем. Хиппинс?

— Кинетическая контузия, — прохрипел аватоид. — Еще бы чуть-чуть — и всмятку. Залечиваю. Поехали.

— Хорошо, — сказала Джан Серий; они перебрались через темную траншею, далеко внизу все еще падали расплавленные обломки. — Фербин, прости за ногу.

— Что?

Фербин посмотрел вниз. Ниже колена — ничего. Он не мог оторвать взгляда от ноги. «Генерал Йилим!» — подумал он. Во рту пересохло, в ушах раздался рев.

— Все будет в порядке, — спокойным голосом утешила его сестра. — Скафандр обработал рану и накачал тебя болеутоляющими и противошоковыми средствами. Рана была каутеризована при поражении. Все будет хорошо, брат, поверь. Как только вернемся, тебе отрастят новую. Нет ничего легче. Договорились?

На него нахлынуло удивительное спокойствие, близкое к счастью. Сушь во рту прошла, рев в ушах прекратился. Рана совсем не болела, да и вообще в ноге ничего не чувствовал.

— Да, — ответил он.

— Вы уверены, ваше высочество? — спросил Холс.

— Да. Я в порядке. Чувствую себя превосходно.

Фербин то и дело поглядывал на ногу, убеждаясь, что все так и есть, а потом попробовал напрячь икру. Да, ноги ниже колена не было. А он чувствовал себя на все сто. Невероятно.

— Это мортанвельдская штуковина. Взломанная, — сообщил Хиппинс, когда получил информацию от микроавтономника, посланного обследовать останки вражеской машины. — Одна из двенадцати, если не врут ее внутренние записи.

— Какого черта здесь делают мортанвельдские системы? — спросила Анаплиан. — Не помню, чтобы о них упоминалось.

— Я тоже, — сказал Хиппинс. — Не волнуйтесь. Может быть, это делалось с благими намерениями.

Анаплиан издала такой звук, будто сплюнула.

Они летели, рассеявшись, через окаймленную, раскрывающуюся перед ними темноту машинного уровня, минуя громадные сферические и кольцеобразные компоненты, разные поверхности — зубчатые и изборожденные всевозможными спиралями и завитками, словно шестерни, доведенные зубилом. Три поврежденных автономника «Человеческого фактора» двигались впереди, спешно залатывая повреждения. Возглавлял группу Турында Ксасс — в двадцати километрах впереди.

— Что-нибудь еще взломано? — спросила Анаплиан.

— Все двенадцать. Осталось еще две. Одну уничтожили мы, а остальные аннигилировал корабль при входе.

— Хорошо, — сказала Анаплиан.

— Но корабль был поврежден в столкновении.

— Да?

— При спуске, — пояснил Хиппинс.

— Нарисцинскими штучками? — недоуменно переспросила Анаплиан.

— Долгое падение, никакого пространства для маневра, идеальная цель и никакой энергетической решетки, — сказал Хиппинс. — Он пытался вести переговоры, но те и слушать ничего не хотели. И долгое время безнаказанно обстреливали его. Отсюда и повреждения.

— Насколько серьезно?

— Достаточно серьезно. Ранен. Если бы не отчаянное положение, похромал бы уже в ремонт.

— Черт, — выдохнула Анаплиан.

— Это еще полбеды, — сказал Хиппинс. — Тут есть сторожевой корабль.