Хромой из Варшавы. Книги 1-15 (СИ) - Бенцони Жюльетта - Страница 583

— О, это просто, — сказал Оливье де Мальдан. — Я живу в двух шагах отсюда, и если господа согласны… разыграть партию в бридж или в покер, мы будем вместе ожидать вашего звонка и ваши инструкции…

На этом совещание закончилось. Было решено, что каждый зайдет к себе, чтобы переодеться в подходящий для предстоящей операции костюм. Договорились встретиться у Мальдана в четыре часа. Учитывая возраст профессора, его освободили от участия в засаде.

Кроуфорд во время обсуждения не проронил ни слова, что насторожило Альдо.

— Вы не высказали своего мнения, сэр Квентин! Вы против нашей вылазки?

Шотландец засмеялся:

— Мое мнение вы уже знаете. Согласно французской максиме «молчание — знак согласия»! Поддерживаю ваш замысел целиком и полностью, но я, видите ли, не слишком склонен к разговорам… хотя инициативу вашу одобряю. Возможно, это будет даже забавно, — добавил он. — Самое трудное — это помешать Леоноре увязаться за мной. У моей жены авантюризм в крови…

— Я тоже знаком с такой женщиной…

По дороге в гостиницу Альдо размышлял над тем, каким образом обрисовать положение дел, чтобы Мари-Анжелин не вздумалось оседлать своего боевого коня, — он даже склонялся к мысли вообще не говорить на эту тему! Подойдя к «Трианон-Палас», он заметил припаркованный под деревом красный «Амилькар» Адальбера. Вот уж кем пренебрегать никак не следовало!

Из-за плохой погода столики на украшенной цветами террасе пустовали, и свою «семью» Морозини обнаружил в баре, где укрывались от дождя и другие клиенты. Среди них он сразу заметил двух самых хватких парижских журналистов — Бертье из «Фигаро» и Матье из «Матен». Они были ведущими светских хроник, и никто не мог им запретить посещать наиболее популярное место в гостинице. Сидя на высоких табуретах за стойкой, они играли в Занзибар[157] и смаковали свои коктейли с совершенно безразличным видом, но можно было не сомневаться, что они прислушиваются к любому слову и замечают практически все. Альдо помахал им рукой, и они тут же откликнулись на его приветствие. Он уже несколько раз встречался с журналистами и знал, что на них можно положиться, — бестактности они себе не позволят. Действительно, оба даже не предприняли попытки подойти к столу, за которым сидели его близкие.

— Я приехал, чтобы пообедать с вами и подышать свежим воздухом, — улыбнулся Адальбер своему другу, который уселся в одно из небольших кресел, обитых голубым бархатом…

— Погода тебя вряд ли обрадует, а вот обед тебе гарантирован, нам будет очень приятно. Ты соскучился?

— Представь себе, да! Версаль всего в семнадцати километрах от Парижа, но с тех пор как вы поселились в здешнем отеле, мне кажется, что моя парижская улица находится на краю света.

— «Un seul être vous manqué et tout est dé peuplé»[158], — иронически произнес Альдо. — Однако нас трое! Почему бы тебе не спросить у администратора, есть ли еще свободные номера?

Видаль-Пеликорн, пошарив в кармане, извлек оттуда ключ с золотым жетоном и положил его на стол:

— Уже сделано! Мой чемодан в номере 28… напротив тебя, дружище!

— Какой приятный сюрприз! — сказала маркиза де Соммьер, поднимая бокал с шампанским. — Добро пожаловать в наш клуб, дорогой Адальбер.

— Чем больше безумцев, тем больше смеха, — вставила явно обрадованная Мари-Анжелин. — Ну, что произошло на встрече у комиссара?

Альдо рассказал все, но тут же добавил:

— Должен сразу предупредить вас, Анжелина! Сегодня вечером в деле примут участие только мужчины.

— Почему же? — возмутилась она.

— Потому что это не вполне законно. Такими делами занимается полиция, и хотя Лемерсье принял наше дружеское предложение, вашего участия он не потерпит.

— Тем более что это может быть опасно, — добавила маркиза, захрустев подсоленным миндалем. — А я не желаю оставаться в одиночестве и кружить по комнате, не помня себя от волнения! Вы моя чтица, черт возьми! Почитаете мне «Монте-Кристо». Это вас развлечет!

— Да, но…— Никаких но! И передайте мне меню! Я хочу есть.

Обед сопровождался беседой. Ресторан был полон, и столики стояли ближе друг к другу, чем в баре. Кроме того, их группа очень выделялась среди посетителей и привлекала к себе внимание. Многие просто откровенно глазели на них. Поэтому Альдо сообщил лишь то, что к четырем часам приглашен на партию в покер у Мальдана — в чисто мужской компании! — к которой может также присоединиться Адальбер.

— Мальдан живет на улице Принцессы, — добавил он. — Можешь не брать машину. Это недалеко, мы пройдемся пешком.

Проводив маркизу и ее чтицу до лифта, Альдо и Адальбер достали из гардероба непромокаемые плащи с каскетками и уже хотели выйти из отеля, как к ним подошел Мишель Бертье:

— Не хотелось бы докучать вам, господа, но мне нужно сказать вам всего одно словечко…

— Хоть два! — проворчал Адальбер, давно невзлюбивший прессу. — «Здравствуйте» и сразу после этого «прощайте». И все будут довольны!

— Да ладно вам, месье Видаль-Пеликорн! — улыбнулся журналист. — Не притворяйтесь более злобным, чем вы есть на самом деле. Вы же знаете, что среди нас встречаются порядочные люди!

— Редко!

— Но это как раз то самое исключение, что подтверждает правило, — вмешался Альдо. — Чем могу быть вам полезен, месье Бертье?

— Я хочу понять, что происходит… если что-то вообще происходит.

— Три трупа за четыре дня вам недостаточно?

— Их даже слишком много, если учесть… общую атмосферу. Выставка по-прежнему открыта, будто ничего не случилось, и с умножением числа жертв успех ее только возрастает. Если это реклама, то весьма дурного толка! Почему вы не закрываетесь? Комитет…

— …в котором я не состою! Выставлены лишь мои драгоценности. А решения принимает полиция. Обратитесь к комиссару Лемерсье!

— Чтобы он выкинул меня за дверь? Это самый неуживчивый человек, какого я только встречал… а список у меня довольно длинный! Вот почему я решил встретиться с вами. Что сейчас предпринимает полиция?

— Что она может предпринимать? — нервно огрызнулся Адальбер. — Убийцу ищет!

— Убийц, — поправил Морозини. — Вот вам новая информация: по мнению полицейской лаборатории, все убийства совершены разными людьми!

— Ага! Это уже кое-что! А вы не знаете, полиция вышла на их след?

— Спросите у нее! Я только слушаю, что мне говорят, и делаю то, о чем меня просят…

— Лемерсье «попросил» вас поселиться в «Трианон-Палас», чтобы держать под рукой? Я слышал, он вас подозревал?

— Для человека, который ничего не знает, вы слышали слишком много, — язвительно проговорил Адальбер. — Нет ничего удивительного в том, что князь Морозини желает лично наблюдать за своими драгоценностями, переданными на выставку. А живем мы здесь ради собственного удовольствия. Версаль великолепен, и я никогда не устану любоваться этим уникальным дворцом, которому нет равных в мире…

— Даже когда идет дождь? — насмешливо спросил Бертье.

— В дождь особенно! Толпы туристов сразу исчезают. Остаются только журналисты, которые обожают докучать порядочным людям!

— И вы идете… любоваться достопримечательностями Версаля?

— Мы могли бы и этим заняться, — иронически отозвался Альдо, — но сегодня у нас другие дела, мы попросту приглашены к друзьям на партию в покер!

Журналист насторожился, как боевой конь при звуке трубы:

— В покер? Да это же моя любимая игра! Вы не возьмете меня с собой? В вашем великолепном городишке скука смертная!

— Только не говорите, что среди этих шныряющих повсюду господ не найдется кого-нибудь, кто составил бы вам компанию!

— О, с этим затруднений нет! Но ставки всегда очень маленькие. С вами же, естественно…

— Вы полагаете, что нас будет легче обчистить? — засмеялся Адальбер. — Ну, так вы ошибаетесь. По крайней мере, в отношении меня: я сижу без гроша.