Оруженосец (СИ) - Кежун Станислав - Страница 175

— Один из наших попутчиков сломлен болезнью, — ответил я. — И так-как мастер Василёк в какой-то степени обязан нам, то он предложил нам своего знакомого, мастера Карла, в качестве лекаря. Мастер Карл согласился.

— И вы намерены лечить только лишь вашего попутчика? — спросил мужчина.

— Всё верно, уважаемый. Какие-то проблемы?

— Проблемы? — переспросил шпик. — Ты интересуешься проблемами, фехтмейстер? Я объясню тебе… С неделю назад здесь, в Грюнтурбурге, произошло несколько событий, довольно громких. Ограбили Ремесленный Банк, отделение «Южного Цветка». Был убит герцог Зальф фи Гатх и совершён поджёг его городской резиденции… За всем этим стоял отряд Шиноби Бутай… Люди Короля Аурундлиха ранили некоторых из отряда, — пояснил шпик. — Поэтому мы и устроили контроль за всем, что может помочь Шиноби Бутай в этом городе. Хммм… Вы везёте одного из лучших лекарей города наружу и вместе с ним — едет груз из лекарских настоек и трав. А не помогаете ли вы кому-то из отряда Шиноби Бутай, который смог покинуть город?

— Это решительно невозможно, уважаемый, — покачал я головой, опять скривившись на головную боль. — Мы держали путь с Ридермарка и даже не заходили в Грюнтурбург, сопроводив торговца к вратам города и направившись дальше. Вдобавок, мы же не дураки помогать Шиноби Бутай, — да, мы идиоты. Ведь мы помогаем кому-то более опасному для Империи Кхандр. Целому, мать его, кронпринцу Империи Махото. Но это в слух я не сказал.

— Возможно, — кивнул шпик. — С другой стороны я не получал достоверных сведений о том, что кто-то из Шиноби Бутай смог покинуть город… Хотя эти ублюдки мастера скрытности…

Договорить он не успел. Одно из зданий, что было недалеко от толпы вдруг взорвалось. Рефлекторно, я обернулся на шум и увидел, как второй этаж дома охватывает пламя, а взрывная волна выбила стёкла у соседних домов.

— Что за… — начал было сир Кейдак и осёкся. — Шиноби! — указал он рукой на крышу одного из зданий. Я проследил за его рукой и обнаружил человека в чёрной одежде. — Схватить его!

— Империя выплатит десять золотых тому, кто схватит его живым! — ответил шпик.

От врат в город устремились стражники.

— Блядь! — воскликнул я, допустив в голос максимум своего актёрского мастерства и возмущения. — Мы простые путники! Мы не хотим влезать во всё это! Отпустите нас!

— Езжай, — махнул шпик. В городе ещё раздались взрывы.

— НО! — хлестнул я лошадей по спинам. И мы устремились в раскрытые врата. Сзади, со стороны города, раздался колокольный звон. Мы проехали врата и едва не задавили парочку зевак, что столпились перед входом в город.

Едва мы отъехали подальше, как мне пришлось чуток сбавить темп. Людей на дороге было много и никого давить я не хотел.

— Знаете, а ведь вы, Людвиг, могли бы стать хорошим актёрам. Как вы мастерски сыграли панику, — заметил Василёк.

— У меня было много практики, — согласился я. — Я всю жизнь общался с идиотами, при этом им надо было улыбаться и кланяться.

— Интересная у вас жизнь, — донёсся голос Карла. — Интересная, но себе бы я такой не пожелал.

— Ох… — вздохнул я. — Ту жизнь, про которую я знаю, пожелал бы кто угодно в этом мире.

***

Управление каретой для меня было чем-то новым… Это было не как управлять машиной, или ехать на лошади. Последнее умел мой реципиент, а первое умела моя изначальная личность. Поэтому вёл я, откровенно, дерьмово. Да, рядом со столицей Королевства, которое входило в целую Империю, дороги могли быть одними из лучших в мире. Но это не помогало моим вынужденным попутчикам… Они прочувствовали и прочувствуют каждую колдобину, каждый камешек… Удобства не добавляло и то, что здесь действовал старый-добрый принцип — чем вещь дороже, тем она лучше. А я умудрился вывалить за карету едва ли два золотых… Мой кошелёк в этом пути уменьшался и я всерьёз боялся, что придётся ещё и трогать отложенный на чёрный день запас в Ремесленном Банке… Текущие дни я таковыми не считал.

Спустя два часа изматывающего пути у нас были следующие итоги. Во-первых — я стал вести немного увереннее… Хотя Карл и Василёк продолжали обогащать мой матный лексикон словами кхандарского… Впрочем, кхандарский очень уж напоминает немецкий, а там, при правильном тоне, даже самое безобидное слово может прозвучать, как мат… Как и в латинском — как попытка вызвать дьявола… Во-вторых — чем дальше мы отдалялись, тем больше оба друга говорили о привале. Хоть каком-то… Честно сказать, я и сам уставал, но понимал, что мальчик может в любую секунду умереть. Чего искренне я не хотел… Не то чтобы он был для меня особо ценным, пусть я и немного сочувствовал ребёнку и его ситуации. Но я ещё и не хотел подводить сира Яна, который вкладывает всего себя просто ради того, чтобы получить абсолютно бесполезную в этом мире вещь, которая имеет скорее символическое значение… Возможно это происходит оттого, что сир Ян заботится обо мне с самого моего появления и слияния с личностью Люциона. Можно сказать — я слишком сильно привязался, допустил эмоциональную привязку к нему.

И теперь у меня уже нет выбора… Спустя, примерно по моим ощущениям, третий час и уже десятый километр, в то же время до таверны от города было тридцать километров, примерно, я устал выслушивать нытьё Василька и Карла. А они его с новой силой заводили, стоит нам оказаться рядом с какой-нибудь деревенькой, или таверной. Поэтому я просто решил, что следующее удобное место для привала — наше, но стребовал с них обещание, что этот привал будет единственным за весь путь. Мы остановились неподалёку от каравана торговцев, который, судя по всему, держал путь в Грюнтурбург.

Поначалу люди относились к нам с подозрением и даже послали стражей каравана проверить нас.

— Мы просто путники, — ответил мастер Карл на вопрос стражника. — Кроме того — посмотрите. Среди нас лишь один вооружённый человек. Фехтмейстер Людвиг.

Он указал на меня и я слегка поклонился.

— Я капитан наёмничьей компании «Гордый сокол», Фалько, — представился мужчина в доспехах. — Прошу простить меня за ваше беспокойство, просто уже вечереет, а на дорогах опасно. Наш наниматель, Вильг, очень опасается за свою жизнь.

— Не стоит извиняться, — произнёс Карл. — Мы бы продолжили путь, право слово, но эта карета меня просто убьёт. Чтоб я ещё раз продешевил на таком.

Капитан улыбнулся.

— В следующий раз, — сказал я, — вам надлежит самому отправится за каретой и платить из своих денег, а не требовать, чтобы платил я. У меня денег не так много.

— Надеюсь, следующего раза не будет, — ответил мне Карл. — Вдобавок это вам надо было меня взять далеко от города… — он ударил себя по руке. — Комары… Мошки… Ненавижу выезжать за город.

— Крепись, друг мой, — улыбнулся Василёк. — Ежели хочешь я представлю тебе несколько новых своих песен.

— Это, пожалуй, единственное, за что тебе не хочется в морду дать, — фыркнул Карл.