"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Быханов Фёдор - Страница 619

Темнота ничем не удивила. В конце концов, я примерно представлял, что происходит с душами Упорствующих после смерти. Все они отправляются во чрево своей мачехи, чтобы навсегда раствориться в ней. Но не мгновенно.

По ту сторону меня ждали, причем не кто-то, а моя собственная Маска. Громадный паукообразный монстр с глазами на ладонях внимательно оглядывал меня посреди Великого Ничто. Тоже ничего интересного.

По сути, Темнота дает своим пасынкам дракуулей и Маски на время. Первые защищают жизнь тэнкриса, вторые – следят за тем, чтобы его душа попала куда надо после смерти. Моя Маска, тоже не раз служившая мне при жизни, явилась теперь, дабы препроводить к Вечноголодной.

Мы двинулись по бесконечной тьме в полном молчании, нам незачем было говорить, а если честно, я не был уверен, что Маска это могла. Времени не чувствовалось, как и усталости, и боли. Все это осталось позади, вместе с телом… и Себастиной. Увы, со смертью хозяев дракуули и дракулины тоже прекращают существовать.

Звон прорезал тишину, от неожиданности я даже остановился. Неужели послышалось? Мы двинулись дальше, и звон повторился, на этот раз ближе и дольше. Я пока не мог понять, что могло издавать его посреди Великого Ничто, однако эта загадка меня интриговала. Я даже испытал некоторое разочарование, когда она совсем скоро раскрылась.

Там была земля и был костер. Да, небольшой участок земли, поросшей куцей травкой, и кучка хвороста с пляшущим на ней пламенем. А вокруг костра, звеня браслетами, плясала цыганка, столь красивая, что вид ее вызывал одновременно и чистый непогрешимый восторг восхищения, и горячее, всепоглощающее вожделение.

– Валеска?

Она закончила танец в эффектной позе и еще некоторое время стояла так, тяжело дыша, чтобы я мог насладиться великолепным видом.

– А вот и ты, мой мальчик.

– Прости, как ты меня… ох, нет, не может быть.

Темнота улыбнулась мне ласково, приблизилась и обняла.

– Значит, это была ты?

– Все время, мой милый.

– Но… зачем?!

– Веселье, – пожала плечами Темнота. – Я ведь порой выхожу в твой мир, чтобы осмотреться. Там я почти бессильна, зато там много развлечений. И… есть души, которые манят.

Некоторое время так и стояли: я – с широко распахнутыми от удивления глазами, она – ласково обнимавшая меня, словно родное чадо.

– Тебя привлек эл’Мор. Ты помогала ему.

– Направляла, играла, обманывала. Он был забавным, такой целеустремленный, сам напал на след моих делишек и серьезно мешал. Пришлось стать «испуганной жертвой, взятой в заложники беспощадным интриганом». В итоге все получилось как нельзя лучше. Молодец, что убил его, я успела ухватить душу прежде, чем та ступила на Серебряную Дорогу.

– Приятного аппе… все, что ты мне рассказала в том подземелье…

– Ну, я немного приврала – и тебе, и твоему Голосу. Прости, мой милый. Надо было как-то завладеть сердцем и передать его тебе, не вызывая подозрений. Бедняжка Олирия из кожи вон лезла, но не могла везде успеть, пришлось помочь.

– Чтобы я появился в нужное время и в нужном месте?

– Ни минутой раньше, ни минутой позже. Я в тебе не ошиблась.

– Но ты проиграла.

Улыбка ее слегка поблекла, в прекрасных глазах поубавилось блеску.

– Упрямый маленький мальчик не понимает главного. Я – богиня, моя воля – абсолютная истина. Я не могу ошибиться, проиграть, передумать, Бриан. Это станет концом моего бытия. А потому тебе придется сделать то, для чего ты был создан. У тебя нет никакого выбора.

– Ошибаешься, я уже мертв, а с мертвых не спро…

– Никакого выбора.

Темнота поцеловала меня в губы напоследок и толкнула в океан боли.

Полный рот песка, каменной щебенки и битых ракушек – то еще удовольствие. Надсадный кашель помог вытолкнуть все это наружу и наконец вдохнуть. Дрожащий и мокрый, я слепо шарил вокруг, пока не осознал, что с глазами моими все в порядке, после чего сзади накатилась пенистая волна, и стало совсем плохо. Загребая мокрый песок, я пополз вперед, спасаясь от повторявшихся атак, пока не выбрался на сухое место. Перевернулся на спину и отдышался.

Несколько позже – не знаю, сколько я пролежал, – получилось сесть и разлепить глаза. Местность узнавалась с трудом, голый пляж, усыпанный осколками камня. Большие глыбы неправильной формы торчали тут и там даже из моря. К счастью, долго замешательство не продлилось – занимавший солидную часть горизонта борумм натолкнул на мысль, что островок сей являлся недавно пристанищем Унгаратского бастиона, а вокруг валялись куски этого самого бастиона.

– К сожалению, взрыв стер это место с лица мира! – донеслось сверху.

Высоко над пляжем, на груде камней стоял загорелый мужчина с глазами и волосами цвета сусального золота. Он был одет в белоснежную сорочку с просторными рукавами, перехваченными кожаными наручами на предплечьях; кожаную жилетку с накладными карманами, сапоги с множеством ремешков и штаны. В его ушах блестели золотые серьги, на груди – золотой медальон, на поясе – золотая пряжка. С плеча свисала кожаная сумка.

– Господин Аволик.

– Тан эл’Мориа! Позвольте мне первому выразить вам свое восхищение! Это триумф! В один момент я даже испугался, что вы погибли!

– Со мной такое уже было. Вы нигде не видели моей горничной?

– Она здесь, без сознания! Поднимайтесь! Вон там, за теми камнями, есть уцелевший фрагмент лестницы!

По растрескавшимся ступеням я выбрался на небольшой участок пола, со всех сторон окруженный все теми же осколками камня. Видимо, в этом месте раньше был перекресток двух галерей бастиона. Внезапно я обнаружил там железный трон с мостика «Голода». Его покорежило, но в принципе своих очертаний трон не потерял, и именно на нем полулежала Себастина. Когда я захотел прикоснуться к ней, тело дракулины вздрогнуло и на миг стало «смазанным», словно от сильной и быстрой вибрации.

– Я уже видел такое, тан эл’Мориа, у нее слегка расфокусирован временной поток, не волнуйтесь, полежит немного и придет в норму.

– Она находилась рядом с навигационной сферой во время взрыва. Рискну предположить, господин Аволик, вы явились, чтобы завершить наши дела.

– Абсолютно верно.

– К сожалению, сердца у меня нет. Оно было, но – увы…

– К счастью, оно есть у меня! – улыбнулся он, доставая из кармана жилетки пробирку, в которой парил, не касаясь стенок, сверкающий бирюзовый бриллиант. – Успел поймать, когда вы разнесли Кахранолтара в клочья. Взрыв был – мое вам почтение! Так что, митан, закроем сделку?

Оборотник расстегнул замки своей сумки и достал оттуда два маленьких пузырька с жидкостью золотисто-красного цвета.

– Прошу, две порции смолы Мирового Древа. Вкуса нет, только привкус и запах – хвойный. Выпиваете – и в течение нескольких дней формируется инклюз. Советую выпить сейчас, сразу же почувствуете себя лучше. Если бы вы знали, на какие сделки и с кем мне пришлось пойти, чтобы достать… А впрочем, это не ваши проблемы.

Он сдавил мою ладонь в рукопожатии стальной силы. При этом на тыльной стороне его собственной ладони полыхнуло нечто вроде световой татуировки в виде листа бумаги. Сделка была закрыта.

Я откупорил один из пузырьков и выпил теплой, безвкусной и вязкой жидкости, от которой в носу поселился аромат ельника. Эдвард Д. Аволик тем временем достал из кармана пустые песочные часики. Открыв одну из сторон, он голыми пальцами искрошил туда сердце Дракона Времени.

– Наконец-то, – хрипло сказал оборотник.

Щелкнули замки сумки, и из ее необъятных недр появился угловатый скелет темного металла с шарнирами вместо суставов и часовым механизмом, вставленным в грудную клетку. Аволик щелчком открыл циферблат как дверку, установил меж шестеренок песочные часики и легким движением крутанул их. Безвольный скелет дернулся, вздрогнул, заскрежетал, и в пустых глазницах вспыхнули бирюзовые искры. Безо всякой помощи он встал на ноги.

– Вот и все, Кселорат Хронон полностью завершен. Жаль, что заказчик не дожил.