"Фантастика 2025-3". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Лазаренко Ирина - Страница 433

Гавель обернулась, негромко шикнула, и мужчины поближе сдвинули свои стулья, зашептались тише. Бивилка протерла глаза, зевнула.

– И тогда он жаколдовал ждоровенную тыкву в телегу…

– Кто заколдовал? – Магичка еще раз зевнула.

– Домашний помощник, – охотно повторила нянька. – Который любил девушку и во вшем ей помогал, вот и уштроил так, чтоб она ушпела на пражднике побывать.

– Домашний помощник? – Магичка покосилась на Шадека.

Тот как раз закончил беседовать с Эрреном и выглядел задумчивым. Бивилка помахала ладошкой, попыталась привлечь внимание друга, но Шадек рассеянно мазнул по ней взглядом и стал смотреть на няньку. Девушка загрустила.

– И танцевала она ш шыном шамого намештника! Подружки от удивления аж икать принялишь! А потом думать штали: как это ей вше удалошь уштроить? Телегу ш лошадкой, платье крашивое…

Причина грустных вздохов Бивилки тихонько придвинулась.

– Слушай, ненаглядная, – зашептал ей в ухо Шадек, – забавная картина рисуется.

От его дыхания покачивалась тонкая прядка у девушки за ухом, легонько щекотала шею. В полумраке кухни было незаметно, как магичка залилась краской.

– Получается так, – продолжал парень, – что все, с кем происходили странности, в разное время точили зубы на Эррена либо Каля. Хоть мелкие дрязги, да были. А потом случалось очередное непонятное!

Бивилка стала наматывать вокруг пальцев поясок платья.

– Шадек, но Каль – не маг.

– Может, мы его просто не разглядели.

– За все это время? Не может такого быть.

– Неужто? Ты его часто встречала?

– Не часто, но достаточно, чтобы узнать сильного мага. А слабый просто не мог бы сделать что-то подобное!

– И штали они жить-поживать в ошобняке намештника, а домашнего помощника вжяли ш шобой! – докончила историю нянька.

Гавель отложила почти законченный чепчик на столик, к единственной горевшей в кухне свече.

– Хорошая история, добрая. Да, Бивилка?

– Точно, – подтвердила девушка, не уловившая и четверти рассказанного.

Шадек тихонько рассмеялся, наклонив голову.

– Милая, тебе пора в постель, – мягко заметил Эррен, и Гавель, против обыкновения, спорить не стала. Видно, история и правда настроила ее на благодушный лад.

– Мы посидим немного, – сказал Шадек, потянулся к столику и зажег еще одну свечу от первой. В кухне стало посветлее.

Когда нянька ушаркала в свою комнатку и перестала поскрипывать лестница под ногами Эррена и Гавель, маг спросил:

– Нет, ты поняла, что это за байка? Это ж одна из Олевых историй – ну, про магессу, которая продвигала пробный курс бытовой магии, помнишь? У нее там было про «возможность осчастливить любого человека магическим способом», так потом…

– И правда! – воскликнула Бивилка удивленно – как это она сама не сообразила? – Это ж история про девочку, которую из тыквы выковыривали! Только в нянькиной байке все хорошо получилось. И у нее была не магесса, а хатник. Странно это, тебе не кажется?

– Что странно, что нянька рассказывает эту историю? Не-а, это ж байка. Она Олевская собственная разве? А нормальным людям неинтересно про магов и учебные курсы, им интересно про привычное. Вот и получаются сказки с хатниками, багниками, домашними хрюшками, красивыми платьями…

– Вот то и странно, что в истории есть хатник, – настаивала Бивилка. – Какие ж они привычные?

Шадек только рукой махнул. По сравнению со странными созданиями из других историй няньки хатники не были диковиной.

Бивилка, о чем-то призадумавшись, смотрела, как колышутся свечные огоньки.

– Шадек, а сколько времени ты бы потратил, чтобы наколдовать такое? Ну, вроде здешних странностей.

Парень потер лоб, припоминая и прикидывая, помолчал и решил:

– Молнию в пруд и поджог сарая я бы устроил, не сбавляя шага. С горой бы полдня провозился после долгих расчетов и примерок. А остального вообще не сделал бы, потому что понятия не имею, как!

– Вот-вот! Тот, кто это устроил, должен быть не только сильным, но и необычным магом. Но сильного мага мы бы разглядели. Получается, мы не встречали его за все то время, что живем в поселке. Быть может, он прячется, а может быть, просто не сталкивались. Но всяко это не Каль.

– Все равно он как-то связан со всем этим, даже если не его рук дело. Очень уж удачно он пропал сегодня, прям до переполоха. Он знал, что произошло. Иначе непременно прибежал бы к колодцу, сунуть любопытный нос в свежие новости. А его там не было.

– Мы могли просто не увидеть его.

– Эррена видели? Видели. Если бы Каль был там – он бы терся рядом. Каль всегда либо не пойми где, либо подле Эррена.

– Верно, – помедлив, признала Бивилка.

– И в Миры он ходит, хотя зимой это не принято.

– Это только ты говоришь, что не принято.

– Брось. Там нечего делать зимой. Все бело-замело, тишина аж до звона, ничего нигде не шелохнется. Разве только волк оголодалый выскочит. Сидеть дома на лавке, упершись носом в угол, – и то веселее, чем бродить по Миру зимой. Да ты сама не знаешь разве?

– Не знаю, – Бивилка смутилась, – меня бабушка никогда туда не пускала. Ее брату ящер половину ноги откусил, да и вообще… Она говорила, что магичку воспитывает, а не шатуна.

– Словом, зимой в Мирах нечего делать, поверь мне. А Каль ходит.

– Может быть, это не Каль? Мало ли кто мог ту стежку протоптать.

– А где он тогда пропадает? – спросил Шадек, не дождался ответа и кивнул. – То-то же. Сбегает туда, где взрослые его не достанут, гаденыш! Ну есть у меня амулет, а толку что? Ведь не пройдет никто из старших за ним следом!.. Ну да ничего, выйдет же он оттуда рано или поздно? Вот тут-то мы его и прижмем. Пусть рассказывает, что происходит и как он связан с этим непотребством!

– Мне кажется, он не будет откровенен, – осторожно возразила Бивилка.

– Я ему устрою откровенность, баламуту! Свяжу по рукам и ногам да на печь затолкаю! И тролля фантомного с дубиной приставлю. Все как на духу выложит, словно матери родной!

– Надеюсь, после этого тебе на голову не свалится настоящий тролль, – проворчала Бивилка.

Спала магичка плохо, хотя вышедший день ее вымотал. Бивилка не помнила, когда в последний раз ей приходилось настолько выкладываться, выскребая из себя всю магическую энергию до крошки. Использовать такую невообразимую силу, чтобы вложить ее в заклятие, силу, которая почти ощутимо рвалась на волю и которую каждый вздох нужно было держать под контролем. Было страшно. Без всяких «почти».

Энергия восстанавливалась неохотно, по капле, и ощущение недостаточности тоже было пугающим и неприятным, оно заставляло магичку ощущать себя как никогда неуверенно. Незащищенно.

«А Шадеку хоть бы что, – ревниво подумалось Бивилке, – словно каждый день выделывает нечто подобное, да потом еще и восстанавливается так быстро, что зависть берет. Ох уж эти маги воздуха! Да еще и Кристалл у него есть».

Заснуть девушка не могла, все прокручивала в голове обрывки разговоров: вечернего – с Шадеком и давних – с магистром Доралом. Именно благодаря ему Бивилка, никогда не ходившая через порталы, в школьные годы нашла возможность удовлетворить свой интерес. Хотя бы беседами: в ее доме тема Миров была под запретом, а с равнолетками Бивилка общалась мало. Слишком мало для того, чтобы задавать им глупые вопросы, – тихую бабушкину внучку попросту подняли бы на смех.

– Климатические особенности Миров, в отличие от смены времен года, никак не соотносятся с местом, где расположен портал, – всплывали в памяти обрывки бесед с магистром. – Даже если в пределах пары переходов есть два-три портала, один из них может вести в степной Мир, другой – в горный, третий – в лесной.

– А землеведы чем-то объясняют эту несогласованность?

– Непостижимыми путями Божини.

Временами Бивилка сползала в дрему, откуда ее вскорости выдергивало очередное воспоминание.

– Все это так впечатляюще, необычно! Почему никто не изучает Миры?