"Фантастика 2024-171". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - "Мархуз" - Страница 839

— Жопа.

Отдыхать пришлось долго, минут пятнадцать. За это время у меня получилось кое-как справиться с болью, но расплатиться за это пришлось еще большим упадком сил — теперь я чисто физически не мог встать и куда-то пойти.

— Да твою же мать!

Прилив злости позволил мне сдвинуться с места, доползти до ближайшей комнаты, а потом заглянуть внутрь. Взгляд тут же зацепился за стоявшую на столе тарелку, я сделал еще одно усилие, стащил ее на пол — и получил в свое распоряжение надгрызенный кусок мяса вместе с несколькими засохшими картофелинами.

Последовавшая за этом сцена наверняка выглядела как завтрак оголодавшего бомжа, но свалившаяся в желудок пища мгновенно начала усваиваться беспощадно сжигавшим внутренние резервы организмом, тело ощутило слабый приток энергии, а это сейчас было самым главным. Чуточку оклемавшись, я перебрался за стол, съел оставшийся там кусок хлеба, запил его выдохшимся пивом и ощутил, что возвращаюсь к жизни. Правда, взамен лютой слабости мгновенно пришла всепоглощающая сонливость, но ее кое-как удалось отогнать.

Следующая комната подарила мне чашку грибного супа, а также еще один ломоть хлеба. Я окончательно пришел в себя, вспомнил, ради чего отправился гулять по офицерским покоям и начал изучать висевшие в шкафах тряпки. Вещевой рюкзак обнаружился буквально сразу же, подходящее по размеру белье и рубашки тоже получилось найти, а вот с верхней одеждой вышла загвоздка — я вовремя сообразил, что дорогие костюмы могут привлечь ненужное внимание и бросил уже выбранную куртку на пол. Затем подумал о том, что она очень сильно пригодится во время длительных переходов и вернул ее в рюкзак. Добавил туда же качественные плотные штаны, оценил вес получившегося баула…

— Хрен с ним, справлюсь как-нибудь.

Для поиска ценностей у меня не было ни сил, ни желания, так что еще через несколько минут я вернулся к лестнице. Спуск на первый этаж прошел удачно — мне хватило ума не тащить рюкзак на своем горбу, а спихивать по ступенькам, поэтому уже совсем скоро впереди показалась наполовину открытая дверь кухни.

Есть в окружении кровавых луж, выпотрошенных тел и разбросанной посуды было не слишком приятно, однако я проигнорировал все неудобства, навалил на большую тарелку несколько кусков подгоревшего мяса и горку спекшейся каши, добавил туда же булку свежего хлеба, после чего начал активно забивать всем этим желудок. На соблюдение этикета не оставалось времени, враги могли появиться в любую минуту, так что мне приходилось торопиться изо всех сил, почти не разжевывая пищу, глотая ее огромными кусками и совершенно не думая о возможных последствиях. Заправившись же до упора, я быстро сунул в отдельный мешок подвернувшуюся под руку еду, залпом выпил кружку восхитительного прохладного кваса и двинулся на выход.

Организм продолжал усиленно перерабатывать калории, самочувствие незаметно улучшалось, так что визит в бараки стал для меня относительно легким испытанием. Сделав две крохотные остановки, я успешно добрался до места недавнего побоища, заглянул в пропахшее кровью здание, тихонько выругался, но все же отправился искать подходящую одежду — мне в обязательном порядке требовалось найти что-то максимально неказистое, способное укрыть меня в толпе крестьян, ремесленников и прочих небогатых горожан. Задача оказалась не такой уж сложной, однако весьма мерзкой — приходилось бродить между залежами мертвецов, проверять грязную одежду, гнать от себя мысли о всевозможных вшах, клопах и прочих гнусных тварях. Тем не менее, в конце концов я получил желаемое и вернулся на свежий воздух.

— Так…

По идее, сейчас нужно было каким-то образом открыть ворота и удрать к чертовой матери, но прилив сил вызвал у меня легкую вспышку самоуверенности, подкрепленную вполне рациональными доводами — я не хотел оставлять за собой очевидных улик и решил все же выдернуть использованные для восхождения гвозди. Впрочем, у этого стремления была и еще одна причина — крепко-накрепко запертый форт должен был остановить любых незваных гостей, а чтобы пробраться внутрь, спасательному отряду пришлось бы совершить точно такой же подъем. Тем самым появлялась вполне реальная возможность выиграть для себя от нескольких часов до нескольких дней спокойной жизни.

Реализовать идею удалось с огромным трудом, но все же удалось — сбросив со стены рюкзак, я кое-как перевалился через парапет, выругался из-за очередной вспышки боли, однако затем нащупал ногой первый гвоздь и начал спускаться. Балансировать на мокрых штырях, вытаскивать их из кирпичей и одновременно с этим удерживать равновесие было тяжело, где-то на середине спуска мне пришлось сделать вынужденную передышку, однако упрямство в очередной раз побороло все сложности — минут через двадцать я оказался на твердой земле.

Последовавший вслед за этим переход оказался далеко не таким захватывающим, но столь же тяжелым — я сделал несколько петель, уже привычно прогулялся по руслу маленького ручейка, нырнул в пропитанный дождем лес, обогнул крохотную сопку, после чего наконец-то вышел к своему лагерю. Еще минут пятнадцать ушло на попытки организовать хоть какую-то защиту от летящих с неба капель и чистку меча, а затем вокруг меня наконец-то сомкнулись кусты и пришло спокойствие.

— Фу, блин.

Раны болели гораздо слабее, чем в момент пробуждения, кровь давно остановилось, голод немного отступил, так что у меня появилось время для осмысления итогов своей вылазки. Каких-то особенных трофеев я из крепости не вынес, снижение обороноспособности имперской армии меня не волновало, зато собранные во время штурма награды имели огромную практическую ценность. А их между тем накопилось сразу шесть штук.

— Хорошо…

Распыляться на всякую мелочь и тормозить магическое развитие мне совершенно не хотелось, однако текущая ситуация позволяла единым махом решить множество периферийных проблем. Оставалось разобраться, какие из них действительно требовали решения.

Вспомнив о своем призрачном мече, я недовольно скривился — несмотря на весь свой потенциал, из-за отвратительных побочных эффектов это умение давно перешло в разряд второстепенных. В принципе, ситуацию можно было исправить за счет уменьшения потерь внутренней энергии и улучшения структуры клинка… но стоила ли овчинка выделки?

— Блин… хорошо, начнем с мелочей. Лакарсис, уважаемая?

— Слушая тебя воин, — мгновенно откликнулась невидимая богиня. — Ты уже выбрал свою награду?

— Их там целых шесть, — на всякий случай уточнил я. — И первую мне хочется потратить на ауру скрытности. Это когда моя собственная аура как-бы выступает наружу, поглощает падающий свет и…

— Конечно, воин. Все будет так, как ты захочешь.

Родившаяся где-то внутри меня прохлада незаметно заполнила собой все тело, на краткий миг обожгла нервы яростной вспышкой холода, после чего отступила, сменившись умиротворяющим теплом. Я не всякий случай помедлил секунд тридцать, ничего не дождался и кивнул в пустоту:

— Теперь вторая. Можно сделать так, чтобы собранные мною души отправлялись к вам чуточку быстрее? Сейчас это происходит слишком уж долго.

— Конечно, воин, — голос богини наполнился восхитительной безмятежностью. — Ты получишь все, чего просишь.

Судя по тому, что я не ощутил ровным счетом никаких изменений, это желание оказалось «мусорным» — Лакарсис явно задействовала для его воплощения лишь ничтожную долю своих возможностей. Оставалось надеяться, что хоть какой-то практический эффект от этого все-таки будет.

— У меня осталось четыре награды. Можно три их них направить на улучшение контроля магической силы и еще один — на расширение магического резерва? Чтобы я мог делать не один файербол за раз, а хотя бы два?

— Конечно, воин. Ты получишь…

Остаток фразы расслышать не удалось — меня как будто окунули в бассейн с кипящей лавой, я коротко вскрикнул от сжигающего тело огня, после чего сознание милосердно отключилось.

Сложно сказать, как долго на этот раз продолжалось мое беспамятство, но когда я снова открыл глаза, дождь уже прекратился, а в сплошной пелене туч начали проскальзывать первые голубые пятнышки. До вечера еще было далеко, но утро давно миновало и день окончательно вступил в свои права — это чувствовалось по изменению погоды, пропитавшему воздух теплу, а также терзавшему меня голоду. Чувствуя, что все остальное в данную секунду не имеет никакого значения, я дрожащими от слабости руками развязал тесемки рюкзака, вытащил оттуда засохший стейк и начал его грызть, пытаясь как можно скорее наполнить дергающийся в конвульсиях желудок мясом. А когда успешно справился с этой задачей, то обратил свой внутренний взор на табличку с полученными от Лакарсис бонусами.