"Фантастика 2024-171". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - "Мархуз" - Страница 840

— Аура тьмы, значит… и как эта хрень работает?

Чтобы достучаться до нового умения, мне пришлось убить минут сорок — я раз за разом представлял себе выплескивающуюся из тела ауру, представлял поглощаемый ею свет, злобно ругался, но не видел никакого вменяемого результата. А затем у меня в мозгах как будто повернули рубильник — и все ассоциативные цепочки наконец-то срослись. Мир потускнел, руки окутались едва различимой темной дымкой, а сам я ощутил заметный упадок сил.

— Ну да, блин, как же иначе.

В том, что выданное богиней умение потребует серьезного расхода энергии, не было ничего удивительного, однако реальный уровень затрат все же стал для меня определенной неожиданностью. Как и тот факт, что блокирующая свет аура ограничит мое собственное восприятие.

— То есть, ее тоже модифицировать придется. Блин.

Эксперименты вновь пробудили во мне чувство голода, я достал из мешка еще несколько ломтей мяса, а затем прислушался к собственным ощущениям и осознал, что полученные раны меня уже не тревожат. Легкая боль осталась, двигаться по-прежнему было тяжело, но по сравнению с моими утренними страданиями это казалось сущей мелочью — регенерация все еще работала, причем работала чертовски эффективно.

Немного порадовавшись на этот счет, я закончил обедать и вернулся к изучению обновленных магических умений. Здесь все оказалось чуть хуже, чем мне бы того хотелось, но общий итог скорее порадовал, чем огорчил — теперь разлитая повсюду энергия гораздо быстрее откликалась на мои призывы, а создание файербола занимало от силы десять или пятнадцать секунд. С другой стороны, надоедливый откат никуда не делся, хотя и стал немного короче — именно это являлось той самой ложкой дегтя, портившей общую картину. Впрочем, любые проблемы такого рода можно было решить с помощью дополнительных наград — оставалось всего лишь их заслужить.

— Ну да, раз плюнуть…

Я сделал еще парочку огненных шаров, спокойно развеял их в пространстве, а потом крепко задумался — хорошее самочувствие вкупе с улучшившейся погодой заставило меня вспомнить о планах по возвращению в город. Разумеется, это мероприятие было связано с огромным риском — я добровольно лез в пасть к тигру, надеясь лишь на то, что он ничего не заметит. Но получал в обмен на этот риск огромную компенсацию в виде максимального комфорта и доступа к жизненно важной информации о планах своих врагов. Такая информация однозначно перевешивала все остальное.

В попытках здраво оценить все плюсы и минусы возвращения прошло еще минут десять, затем я все-таки решился и начал собираться в дорогу. Сапоги высохнуть не успели, чертов плащ намок со всех сторон, другая одежда тоже была влажной и неуютной, так что этот процесс не доставил мне абсолютно никакого удовольствия. Вдобавок, самые лучшие вещи пришлось спрятать в рюкзак, а порванные во время схватки — выкинуть. В итоге на свет божий явился очередной бродяга — потрепанный жизнью, одетый в простенькие тряпки, но вооруженный неплохим мечом и нагруженный увесистым мешком с купленными за время странствий пожитками. Такой образ устраивал меня как нельзя лучше.

Увы, но переход к городским стенам оказался чертовски сложным — моих сил хватило всего на километр ходьбы по пересеченной местности, а затем началось сплошное мучение. Успевшие затянуться раны снова дали о себе знать, возникла неприятная одышка, оттягивавший плечи рюкзак стал весить неправдоподобно много, так что в конце концов я был вынужден остановиться на привал.

День постепенно клонился к закату, вокруг расползлись длинные серые тени и это обстоятельство заставило меня еще раз скорректировать свои планы — теперь мне казалось, что лучшим временем для появления у стен города будет поздний вечер. Вряд ли небольшая отсрочка могла серьезно ухудшить ситуацию и вызвать у часовых лишние подозрения, а пренебрегать дополнительным отдыхом явно не следовало.

Привал затянулся и плавно перешел в ужин, на землю незаметно спустились густые сумерки, однако принятое мною решение оказалось верным — я скопил достаточно сил для того чтобы выйти к южным воротам и произвести на стражников впечатление смертельно уставшего, но все же здорового человека.

— Откуда приперся? — не совсем почтительно спросил бородатый часовой, рассматривая меня с легкой брезгливостью во взоре. — Бродягам вход запрещен.

— Деньги есть, — вздохнул я, грамотно игнорируя более опасную часть вопроса. — Терпения никакого нет по этим дорогам ходить. Рудники еще далеко?

— На заработки, значит, — понимающе усмехнулся доблестный страж. — Ну, это дело хорошее. Деньги точно есть?

Вместо ответа я достал из кошелька золотую монету, продемонстрировал ее со всех сторон, а потом спрятал обратно и вытащил медь.

— Говорю же, всего хватает. Есть тут места, где пожрать и выспаться за недорого можно?

— Да прямо у ворот, — вступил в разговор второй часовой. — Тут везде одни кабаки.

— За пару серебряных комнату сдадут?

— Как договоришься. Все, проваливай, не мешай работать.

Успешно миновав пост, я заметно расслабился — поведение стражников очень ярко свидетельствовало о том, что случившаяся в крепости резня пока что оставалась для всех местных обитателей тайной за семью печатями. Соответственно, у меня была шикарная возможность затеряться среди других оборванцев и тем самым избежать возмездия. Как, собственно, и планировалось.

Как выяснилось уже через несколько минут, эта часть Алдо действительно представляла собой жуткую мешанину из третьесортных гостиниц, убогих магазинчиков и таких же борделей. Я обошел стороной несколько самых подозрительных заведений, выбрал скромный и более-менее опрятный кабак, после чего осторожно толкнул скрипучую дверь.

Большой темный зал оказался наполнен примерно на четверть. Рассевшиеся за грубыми столами люди со вкусом поглощали нехитрую снедь, о чем-то разговаривали и время от времени громко хохотали, запыхавшиеся от напряженной работы официантки бегали вокруг них с подносами, тарелками и кружками пива, а наблюдавший за этим управляющий сохранял невозмутимость, лишь изредка выдавая оказавшимся в зоне досягаемости сотрудницам важные указания. Судя по всему, разговаривать насчет съема жилья нужно было именно с ним.

— Светлого неба, — вежливо произнес я, останавливаясь возле стойки. — Комнаты свободные есть?

— Найдем, — нехотя ответил собеседник. — Тебе чего надо?

— Поспать, помыться, поесть. Сначала помыться.

— На заднем дворе лохань есть и води теплая. Два серебряных.

— Дорого.

— Не нравится — не плати, за городом ручьев полно.

— Видел я эти ручьи… ладно, согласен. А комната?

— Пятерка.

— Медью?

Управляющий оценил шутку, весело рассмеялся, но тут же вернул себе серьезный вид и отрицательно мотнул головой:

— Серебром.

— Дорого же.

— Зато у нас комнаты чистые, не то что у соседей. Там можешь с клопами пожить, если червяк за горло схватил.

— Червяк, червяк… а жратва у вас тоже дорогая?

— Это смотря что брать будешь. Можем за пару медяков хлеба черствого насыпать, сэкономишь.

— Ну-ну. Где там ваша лохань?

Местная ванная оказалась расположена под небольшим навесом посреди заваленного различным хламом внутреннего дворика — в маленькой деревянной лохани уже плескалась вода, а явившейся с кухни мальчишка добавил туда же кастрюлю свежего кипятка, доведя температуру до вполне комфортной. Я осторожно снял одежду, забрался в импровизированную ванну и растянулся там, чувствуя ни с чем не сравнимое наслаждение. Тепло мало-помалу растекалось по телу, боль и усталость отступали, в голове возник образ просторной кровати с одеялом и кучей подушек…