Преследуемая нападающим (ЛП) - Стетхем Майра - Страница 17

И умирала от желания ощутить их на своем теле.

Я взглянула в его сторону и увидела, как тот отпирает входную дверь. На крепком подбородке виднелись густые тени от щетины. Я сжала бедра вместе. Не могла дождаться, когда почувствую этот ее между ног, а потом и на всем теле. Открыв дверь, он повернулся, и могла поклясться: Маршалл знал, как мое тело, казалось, гудело от желания.

— Подожди, — он остановился прежде, чем я начала двигаться вперед.

— Что? — тихо спросила я.

Казалось, сердце готово было вырваться из груди. Никогда в своей жизни я не была так готова к следующему шагу.

— Помнишь тот первый раз? Когда пришла сюда? — спросил он с натянутостью в голосе.

— Да, — губы дернулись вверх. — Было весело.

— Нет, — он поморщился и покачал головой. — Я имею в виду «да», — голос был хриплым от желания. — Да. Но… — он облизнул губы. Я умирала от желания поцеловать его… — только если ты сама этого захочешь. Никакого давления. Скажешь «стоп», и мы остановимся. Хорошо?

— Я не собираюсь просить остановиться, — пообещала я и увидела, как его глаза вспыхнули. Он наклонился и перекинул меня через плечо.

— Марш! — я рассмеялась, когда тот пинком захлопнул входную дверь и направился к двери спальни, остановившись, чтобы осторожно поставить меня на пол.

— Открой дверь, Сара, — приказал он, и я глубоко вдохнула, прежде чем протянула руку и повернула ручку.

Ни за что не смогла бы угадать, что предстояло увидеть. Все, чего я ожидала — это застеленная кровать и, как в прошлый раз, прибранная комната. Но это было нечто гораздо большее.

«Ты заслуживаешь большего». Его голос звучал в голове, пока я оглядывалась по сторонам. Свечи, воздушные шары и цветы, казалось, заполняли все пространство. Лепестки роз на кровати. Красные. Знает ли он, что это значит?

— У красных роз есть смысл, — прошептал он из-за моей спины, снова как будто прочитав мысли. Глаза закрылись, и тело содрогнулось от неописуемой потребности.

— Я никогда ничего так не хотел, как играть в футбол, Сара. Знаю, это прозвучит чертовски безумно, учитывая, насколько все быстро, но я люблю тебя. Думал о том, чтобы оставить слова при себе и пока не говорить. Ждать лучшего момента. Но не мог. Не тогда, когда имею в виду нечто большее, нежели все, что когда-либо чувствовал. И я не ожидаю услышать эти слова в ответ. Однажды и ты меня полюбишь.

Я открыла рот, чтобы сказать что-нибудь, что угодно, хотя страх поставить на кон собственное сердце остановил. Он не казался разочарованным. Просто покачал головой и нежно обхватил мое лицо ладонями.

— Все в порядке. Иди сюда, — одна из его рук опустилась и взяла мою, потянув к кровати, где Маршалл сел на край матраса. Я встала у него между ног. В этом положении мы были почти на одном уровне.

— Эй, — прошептал он.

Я улыбнулась.

— Эй, — вздохнула я, прежде чем наклониться и поцеловать его.

Я была слишком потрясена всем, что он сделал. Сначала романтический ужин в любимом месте со всеми этими блюдами, а теперь вот что?

— У нас все еще хорошо? — спросил он, играя кончиками пальцев с подолом моего платья.

— У нас все очень, очень хорошо, Марш, — прошептала я.

Его нос вспыхнул, когда руки скользнули под юбку и прошлись по задней части моих обнаженных бедер, а губы приоткрылись, когда тот понял, что я приготовила ему маленький сюрприз.

— Голая? — его голос казался почти скрипучим. Я кивнула. — Для меня? — снова, я кивнула. Кожа покрылась мурашками.

— Пожалуйста, не останавливайся, — тихо взмолилась я.

— Никогда не остановлюсь. Пока ты не потеряешь голос от криков, — пообещал он. — Повернись, — приказал он, и я сделала, как тот просил. Почувствовала, как руки переместились с бедер, обводя изгибы тела, пока он не добрался до верхней части молнии. — Ты потрясающе выглядишь в этом платье. Но всю ночь представлял его на полу рядом с кроватью.

— Мы можем это устроить, — нахально сказала я, бросив на него быстрый взгляд через плечо. Его губы дрогнули в волчьей ухмылке.

Он выглядел голодным.

Одержимым.

И как бы безумно это ни звучало, мне нравился этот взгляд. Того, кто был готов вырваться на свободу и захватить меня в плен. Взгляд опустился на его большие, красивые руки, когда они сжались и расслабились.

Он боролся за то, чтобы сохранить над собой контроль.

Я повернулась и выскользнула из платья. Взгляд ни на секунду не отрывался от него, стоявшего передо мной. Было что-то сексуальное, первобытное в том, как он, казалось, наблюдал каждый раз, когда я раздевалась перед ним.

Как будто в первый раз.

Мое темно-синее платье упало к ногам, и он встал. Сильный и мужественный. Высокий. Намного выше меня. Мускулы, приобретенные благодаря занятиям любимым видом спорта, делали его похожим на воина.

Но прикосновения были такими противоречивыми.

Нежными и любящими. Соответствующими эмоциям, отражавшимся в глазах. Он любил меня. Действительно любил.

Маршалл опустился на колени, руки скользнули вниз к моим лодыжкам, медленно и осторожно снимая с меня каблуки. Аккуратно расстегивая ремешки на щиколотках, держа за руку, когда я снимала одну туфлю, повторяя то же самое с другой. Прикосновение оставляло за собой след жара и необузданного желания. Желания, которое я не могла скрыть, стоя перед ним босиком и обнаженной.

Его голова наклонилась ближе, и колени задрожали, когда я почувствовала, как горячее дыхание коснулось чувствительной кожи. Руки обхватили груди, мозолистой кожей царапая нежную кожу. Маршалл взял в рот один из напрягшихся сосков, и моя голова запракинулась, руки запутались в волосах, притягивая его ближе. Язык обвел сосок, прежде чем он переместился, уделяя другому такое же внимание.

Желание витало в воздухе. Смешиваясь и кружась.

— Ты моя, Сара, — пророкотал он. Из меня вырвался тихий стон. Не могла его сдержать.

Не тогда, когда я чувствовала, что принадлежу ему.

Никогда не думала, что мне понравится быть чьей-то собственностью. Но с Маршаллом все по-другому. Принадлежать ему не казалось чем-то устаревшим или ужасным. Не тогда, когда казалось, что он тоже принадлежит мне.

Когда казалось, что мы сами по себе команда.

Он встал и поднял меня, наконец, уложив на кровать, где я наблюдала, как снимает с себя одежду. Дизайнерская рубашка, подходящая под футболку, заставляла пальцы чесаться от желания сорвать ее и посмотреть, как пуговицы лопаются и разлетаются по всей комнате. Но удалось удержаться в центре кровати.

От каждого дюйма обнаженной им кожи текли слюнки. Я не могла дышать к тому времени, когда остались лишь боксеры. Его челюсти сжались, когда руки поднялись к поясу боксиров, и я пошевелилась.

Опустилась на колени на край кровати, глядя на него снизу вверх. Выпуклости и контуры прекрасного тела были произведением искусства.

— Можно? — голос сорвался, и я увидела, как дернулся сексуальный кадык, прежде чем его голова опустилась в кивке.

Руки переместились с широких плеч вниз по торсу. Его грудные мышцы дернулись от прикосновения, а пресс напрягся, когда подушечки пальцев проследили восхитительную V-образную форму.

— Сара, — предупреждающе проворчал он, и я прикусила нижнюю губу.

Просто дразнила, и ему это не понравилось.

— Справедливо же, — прошептала я с легкой улыбкой на губах.

— Да ну? — простонал он.

Мне нравилось наблюдать за тем, как сокращаются его мышцы. Последняя неделя, когда он ублажал меня, но не позволял отплатить тем же, заставила изголодаться.

— Ты вел себя нечестно на этой неделе, — поделилась я, пока кончики пальцев скользили вверх и вниз по его торсу.

Это было несправедливо.

Заставляя меня кончать снова и снова. Не говоря уже о том, что заставил влюбиться за такой короткий промежуток времени. Он заслужил это после того, как встряхнул мою жизнь и изменил взгляд на многие вещи.

Поменял то, чего я хотела от жизни.

Было хорошо и одной, но теперь я не могла представить жизни без него, и все же не была уверена, на что она будет похожа с ним. Я отбросила эти мысли и сосредоточилась на мужчине. Руки спустили материал до середины бедер, и я с удивлением наблюдала, как член дернулся. Я почувствовала его. Знала, насколько он большой, но Маршалл не позволял разглядеть себя полностью. Не позволял снять с него одежду.