"Фантастика 2025-5". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Ясинский Анджей - Страница 628

— Ты рассчитывала на свадьбу и белый кадиллак?

— Ну что ты? Какая там свадьба? Какой кадиллак? Какая там любовь-морковь-цветочки? Предел моих мечтаний, чтобы меня зажали где-нибудь в раздевалке и по быстренькому, между делом, дефлорировали! Можно даже в антисанитарных условиях! — вспылила Ирис.

Где-то сверху пробилась сквозь толщину бетона трель звонка.

— Вот чёрт! Пошли отсюда, — довольно грубо схватил её Энджел за руку.

Ирис упёрлась, как норовистая лошадка:

— Куда это ещё?!

— Куда подальше, — огрызнулся он. — Сейчас тут половина школы будет.

— И что? Мне они не мешают.

— Зато мне мешают. Не спорь со мной, меня это бесит! Бери одежду и пойдём.

— Да никуда я с тобой не пойду! — искренне возмутилась Ирис.

— В последний раз прошу по-хорошему…

— Нет!

Ирис собралась вопить, звать на помощь, брыкаться. Пусть только попробует приневолить её к чему-либо!

Энджел придвинулся ближе, цепко схватив её за руки. Почувствовав боль, Ирис хотела возмутиться, но, наткнувшись на его твёрдый взгляд, вдруг передумала бунтовать.

В голове словно туман поднялся. Туман из ваты. Мысли в этой вате гасли, словно огни во мраке. Ирис осознавала, кто и где она, но словно бы спросонок.

— Бери одежду, обувайся, иди за мной к выходу.

Ирис не хотела идти.

Она чувствовала смутное недовольство, почти страх, но туман был сильнее. И как только она сделала нечто вроде попытки сопротивляться сказанному, он обступал её плотнее и собственных мыслей оставалось всё меньше.

Переобуваясь, снимая с вешалки меховую безрукавку, Ирис не переставала чувствовать на себе взгляд белокурого юноши с чёрными глазами.

— Готова?

Она кивнула.

— Идём к твоей машине.

Она пошла. Не задавая вопросов и не возражая. Ощущала только, что с каждым новым шагом страх становится сильнее.

И сырость, забирающаяся под распахнутую верхнюю одежду, и вода, залившаяся в перекосившуюся молнию на сапоге словно бы и не имели к ней, к Ирис, никакого отношения.

Все так же сквозь туман, будто на автопилоте, она нажала кнопку разблокировки автомобильной дверцы.

— Отдай мне ключи.

Беспрекословно она так и сделала.

— Теперь садись.

Ирис села, покорная и тихая.

— Ну вот, так-то лучше. А теперь отомри, принцесса.

Туман рассеялся довольно быстро, оставив после себя чувство тяжести и головную боль.

— Что это было? — тяжело дыша, словно пробежала кросс на время, спросила Ирис.

— Один из моих маленьких трюков.

Повернув голову, Ирис широко распахнутыми глазами уставилась на Энджела с гневом и ужасом.

— Маленьких трюков? Это — маленький трюк? Этот… этот долбанный «Империус» местного разлива?!

Энджел засмеялся. На этот раз, для разнообразия, скорее весело, чем зло.

— Как ты это сделал?! — потребовала ответа Ирис.

— Откровенно говоря, сам не знаю механизма.

— Прекрасно! Просто зашибись!

— Рад, что ты осталась довольна.

— Я не довольна! Я в шоке и ужасе от всего. И от твоего общества в первую очередь!

Ирис протянула раскрытую ладонь:

— Отдай ключи. Убирайся из моей машины вон. Немедленно.

— А иначе?

— Никаких «иначе». Вон! И всё. Слышишь?!

— Слышу. Но не уберусь. И ключей не отдам. И вообще, буду делать что захочу, а тебе придётся с этим мириться. Такова жестокая правда жизни, Фиалка. В этом мире грубость и сила всегда берут вверх над красотой и чувствами.

— Ты надо мной издеваешься?

— Посмотри-ка! Догадалась! Да, Фиалка, я над тобой издеваюсь. Нагло. А захочу, могу сделать кое-что и похуже. Изнасиловать. Или заставлю переспать с первым встречным. Или, например, раздеться и станцевать кан-кан на столике в семейной пиццерии. Ты будешь делать всё, что я захочу.

— Это отвратительно.

— Для тебя — несомненно.

— Ты ненормальный!

— Ну, я как бы предупреждал об этом.

— До меня дошло, что ты не обманывал. Я верю, что ты всесильный и омерзительный тип. Более того, я не сомневаюсь в этом ни секунды. Доволен? А теперь давай закончим на этом наше общение, и ты развлечёшься за чей-нибудь другой счёт?

— А тебе не стыдно сваливать на других неприятности?

— Не стыдно.

— Что так?

— А я вообще-то не такая уж и совестливая. Как раз наоборот, я бессовестная эгоистка, радеющая только за собственное благополучие.

— Ну, тогда ты должна понять меня, как эгоист — эгоиста. Меня не сильно волнуют твои желания, покуда у меня есть собственные. Но из нас двоих право голоса у меня, потому что я сильнее. Так что пристегнись и поехали.

— Не буду я пристёгиваться!

— Не хочешь, не пристёгивайся. В дорожном патруле пока не работаю, меня это особо не колышет. Да и штраф, если что, придёт на твою машину.

Машина, под управлением Энджела, резко сорвалась с места.

— Эй! Полегче!

Он только смеялся, перестраиваясь из одного ряда в другой таким образом, что со всех сторон визжали тормоза и неслись злые гудки.

— Какого черта ты творишь?! — кричала Ирис, хватаясь руками за переднюю панель. — Мы разобьёмся!

— Пристегнись, если боишься.

Его веселили опасность, риск, её страх.

А Ирис было нисколечко не весело.

— Сбавь скорость!

— Не люблю плестись, как беременная улитка. Для чего машине лошадиные силы, если не для того, чтобы их использовать?

На спидометре стрелка почти переползла за отметку 75 миль.

Ирис почти взмолилась:

— У моей машины лысая резина. На дороге гололедица. А я не кошка! У меня нет десяти жизней. Энджел, пожалуйста, сбавь скорость, я тебя прошу!

— Какая ты, оказывается, трусиха? — покачал он головой.

— Ты бы тоже трусил, если бы у тебя мозги не были затуманены алкоголем. Если нас остановит полиция, что я буду им говорить?

— Как вариант — помолчать, предоставив право голоса мне?

— Куда мы хоть едем?

— Сейчас увидишь.

Ирис смирилась с тем, что влиять на ситуацию не может и, откинувшись на спинку сиденья, постаралась немного расслабиться.

Сделать это было сложно. Потому что, хоть уходил от возможного столкновения Энджел виртуозно (реакция у него отменная), но пассажир рядом с таким водителем чувствовал себя смертником-камикадзе.

Со скоростью кометы пролетали за окном дома и мосты. Особенно жутко было в Офортском туннеле. С бешенной скоростью мелькали перед глазами бетонные перекрытия, мигающие лампочки, высокие бордюры.

Дорога вывела к ряду небоскрёбов. Ирис понятия не имела о том, что в Эллиндже вообще есть такие узкие высокие башни, с дерзким вызовом перстом упирающиеся прямо в небо.

Мотор стих.

— Ну что, принцесса? Как насчёт подняться повыше? Рискнёшь?

— У меня — что? Появился выбор?

— Ты можешь сделать это без моего маленького ментального воздействия, упростив нам обоим задачу.

— Зачем нам туда? Хочешь столкнуть меня вниз? Или сам спрыгнешь с моем присутствии?

Энджел рассмеялся, пожав плечами:

— Не решил ещё. Определюсь, пока будет подниматься. Пошли.

— Надеюсь, в твои садистские планы не входит подниматься на верхние этажи пешком?

— Такие подвиги даже мне не по плечу. Слишком лениво пятками ступеньки считать.

Ирис вздрогнула, ощутив прикосновение пальцев Энджела к своему локтю. Несколько секунд она смотрела на белое, прекрасное, как у ангела, лицо. И сердце падало вниз, как автомобиль, сорвавшийся с откоса.

Вниз — вниз — вниз.

Безнадёжно вниз!

— Энджел, мне правда страшно.

Ирис обхватила себя руками.

— И холодно.

— Чего ты боишься? Смерти? Действительно веришь, что смогу столкнуть тебя вниз?

— Не знаю, чего от тебя ждать. Это-то и пугает.

— Боишься? Тогда убеди меня не подниматься вверх.

— Как? — недоумённо поглядела на Энджела Ирис.

— Придумай что-нибудь.

Взгляд его выразительно скользнул по её полным губам.

— Думаешь, я кинусь тебя целовать?! После всего, что услышала сегодня?!