"Фантастика 2024-181". Компиляция. Книги 1-27 (СИ) - Федотов Антон Сергеевич - Страница 1000

— Спокойной ночи.

— Мама, а можно мне демонстрацию пропустить?

— Это еще почему?! — приподнялся на локте ее темный силуэт.

— С дедом Лёшей в Калининград к его другу съездить хочу, он звал. Фронтовики, я бы послушал, может напишу еще про войну. Заодно в Брест заедем, тоже для книжки.

— Бросаешь меня, да? — грустно спросила она.

— Не бросаю, а хочу провести каникулы с пользой для дела.

— Езжай, — махнула темным силуэтом руки, и, судя по звукам, отвернулась.

— Ну и глупо! Я же как лучше хочу! — обиделся я.

Мне что, больше всех надо?

— Я знаю! — подтвердила мама и демонстративно засопела.

Ну и фиг с тобой! Вообще-то ребенок здесь я, а не ты! А ну-ка!

— Хнык…хнык…шмыг…

— Сыночек, ты чего?!

Сработало!

Родительница прошлепала по полу и прошмыгнула ко мне под одеяло, улегшись рядом.

— Ничего! — демонстративно отвернулся и свернулся в комочек.

Ребенок страшно обижен!

— Ну прости меня! — мама поцеловала в щеку.

— Почему у меня такое чувство, будто мне больше всех надо? Если не хочешь замуж — не выходи, я же как лучше хочу. Ты же сама видишь, что начинается — да я если через год дома буду две ночи в неделю ночевать, это будет очень удачная неделя!

— Почему?

— Потому что Родина найдет мне применение, — пояснил я. — А я — ее доверие буду оправдывать усердным трудом. Скучно тебе будет же, одной-то!

— Все уже расписал — и себе жизнь, и мне! — хихикнула мама, прижимаясь ко мне поплотнее. — Можно я сегодня здесь посплю?

— Спи! — разрешил «успокоившийся» я, повернулся к маме лицом и обнял в ответ.

Так и уснули.

— Мне кажется, ты врешь, и тебе не понравилось! — подозрительно заметила Сойка-Саяка, когда я провожал ее домой после воскресного кино.

Показывали «Айболит-66», который в прошлой жизни я не видел, и, будучи лишенным теплого ностальгического флёра, фильм произвел двойственное впечатление.

— Красиво, ярко, реально талантливо, — развел я руками. — Четвертую стену прикольно ломают, музон классный, про актеров и говорить нечего — они у нас всегда большие молодцы.

— Но? — правильно предположила девушка, сложив ручки за спиной и заглядывая мне в глаза.

На ней, по случаю выходного, серенькая блузка с длинным рукавом, черная юбка ниже колена и синяя курточка — прохладно, конец октября уже. Волосы собраны в простой «конский хвост», на лице, конечно же, никакой косметики, что ничуть Саяку хуже не делает.

— Но нафига столько авангардизма в детское кино наваливать? — спросил я и сам же ответил. — Проблема системная — к детскому кину большие дядьки относятся снисходительно, поэтому в него и складывают как можно больше интересных кинонаходок, которым в соцреализме не место. Но конкретно здесь — часть из них натурально мешает кино смотреть! Да, все мы выросли из послереволюционного киноавангарда, но нужно же и меру знать!

— Не буду с тобой больше на детские фильмы ходить! — надулась Саяка.

— Рад, что согласна ходить на остальные! — улыбнулся я.

— С тобой интересно! — с улыбкой призналась она.

Словно подтверждая этот ее тезис, со стороны расположенного слева от нас почти облетевшего куста сирени, раздалось былинное:

— Э!

— Не обращай внимания! — схватив меня за руку (впервые, поэтому очень приятно!), девушка потянула меня вперед, благоразумно попытавшись избежать неприятностей.

Неприятности — это грузинский подросток из клуба, видимо, не выдержавший тоски по «уведенной» у него японочке, и решивший восстановить справедливость при помощи двух грузинов постарше — между 18 и 25 годами, примерно. Одеты, как положено, в «кожанки» и кепки.

— Из всех путей самурай должен выбирать тот, что ведет к смерти! — подмигнул я Саяке, высвободил руку и шагнул навстречу компашке, заодно оценив экспозицию — скверик между двух дворов, сейчас — совершенно пустой. — Че ты «э»-то? — немножко «быканул» на Рустама. — Ты если общаться пришел, то по-людски общайся, а не как быдло неотесанное!

— Охуел? — почти ласково спросил грузин постарше.

Ой «кучканут»[12] меня сейчас!

— А у вас какое ко мне дело, уважаемый? — нагло протянул я ему. — Вам по возрасту с моими старшими решать положено, нет?

— У меня к тебе никаких вопросов нет, — покачал он головой, проникнувшись упоминанием таинственных «старших». — Но ты у брата моего девушку увел, нехорошо!

— Кто это кого «увел»?! — возмущенно вмешалась Сойка. — Я тебе сразу сказала, что замуж за тебя не пойду!

— Жувачку брала? Мандарины брала? — хмуро спросил Рустам.

Саяка залилась краской. Кто девочку осудит? Не врала же, честно сказала, что ничего не выйдет, кто ему виноват, что носить продолжал?

— Ну подарками попрекать — это прямо низко и не по-мужски! — осудил я вместо этого Рустама. — Давай, короче, иди сюда, я тебе печень отобью, и мы пойдем — не хочу такой солнечный день на такое дерьмо переводить!

Рустам гневно заорал и, пригнувшись, побежал на меня. Это он в ноги пройти хочет, борец же. Легко сместившись, подставил подножку, и не ожидавший такой подлости пацан шлепнулся на асфальт.

— Коленки ободрал, наверное! — сочувственно вздохнул я.

Старшие грузины спокойно наблюдали, что-то балакая на этническом языке — ну не те времена сейчас, чтобы школьника толпой запинывать. Впрочем, уверен, найдутся и такие, но эти-то из семьи директора рынка — аристократия, считай!

Рустам поднялся и решил опробовать на мне свою ударную технику. Тык по печени!

— Кх!.. — согнулся он, схватившись за живот.

— Мы пойдем, уважаемые! — махнув рукой грузинам, взял со смешанными чувствами на лице наблюдающую за происходящим Саяку за маленькую мягкую ручку, и повел к выходу из сквера.

— Стой! — раздался в спину сдавленный вопль Рустама.

— Не позорься! — обнулил его дельный совет от старшего брата.

Спокойно покинув сцену, пояснил Саяке:

— Извини, но желание повыпендриваться перед красивой девочкой оказалось слишком сильным!

Сойка озадаченно похлопала глазками и светло рассмеялась.

Дома первым делом наткнулся на деда Лёшу и бабу Зину — они сидели на кухне и немножко пили вино, в рамках поддержки пожилого брака, надо полагать — а потом был пойман мамой, втянут в комнату и подвергнут допросу — с девочкой в кино ходил же, а про такое мамам всегда жуть как интересно!

— Лучше бы с молодым женихом гуляла, пока меня нет, — укоризненно вздохнул я, закончив рассказ.

Прежде, чем мама успела ответить, раздался звонок в дверь.

— Ты замечал, что к нам приходят гораздо чаще, чем к соседям? — с улыбкой спросила мама, и мы пошли открывать.

— Все смешалось в доме Облонских! — ответил я цитатой, даже не представляя, насколько окажусь прав.

На пороге стояла растрепанная худая женщина с заплаканными, лихорадочно поблескивающими глазами. Одета в аккуратно подобранный лук «схватила, что под руку подвернулось». Извини, не прокатит — сам в «бича» переодевался, опытный.

— Пошла отсюда! — скривившись от отвращения, выплюнула мама и попыталась захлопнуть дверь.

Гостья подставила каблучок. Я ее впервые вижу, но догадаться не трудно — та самая капитанская жена, благополучно угробившая мужу и себе всю дальнейшую жизнь.

— Что ж ты творишь, сука?! — прошипела «капитанша». — Куда я с уволенным мужем и тремя детьми пойду?!

— Ах ты тварь! — обомлела от такого захода родительница. — Ты моего ребенка в спецшколу запихать собиралась, а я о твоих беспокоиться должна?! — по мере несколько преувеличенного ответа ее голос стремительно набирал громкость и чувство собственной правоты.

А разве не так? Мы-то причем? Я за «эффект бабочки» голову посыпать пеплом не намерен!

— Перед сынком Андропова ножки раздвинула, людей не видишь?! — заорала гостья в ответ, хватаясь за дверь и пытаясь ее открыть.

Будучи хорошим сыном, я тоже схватился и стал помогать маме.