Короли Керни (ЛП) - Аллен Навесса - Страница 40

Потому что, на самом деле, чего Дэниел Кинг хотел добиться, дестабилизируя ситуацию в Керни? Как пограничная война с подразделением «Бандитов» помогла бы ему избавиться от надзора Лиама Ларсона и «Призраков»?

Может быть, я была недостаточно изворотлива, может быть, я не умела мыслить нестандартно, но как бы я ни подошла к этому вопросу, я все равно оказалась в том же положении. Даже если Дэниел намеревался развязать войну только для того, чтобы создать впечатление, что «Призраки» не могут защитить свой народ, «Короли» и Дэниел Кинг все равно пострадали бы из-за этого. И такая крупная и безобразная война привлекла бы внимание всей страны, чего «Короли», «Джокеры», «Призраки» и «Бандиты» хотели бы избежать любой ценой, потому что вместе с национальным вниманием пришло и федеральное, и никто не хотел давать ФБР повод для вторжения.

Поразмыслив над этой проблемой целых десять минут, я так и не поняла, каким образом подобная тактика может сработать для Дэниела или даже принести ему пользу. И я готова поспорить на хорошие деньги, что Дэниел Кинг ничего не делал, если это каким-то образом не приносило бы ему пользы.

Так что же, черт возьми, здесь происходило на самом деле? Кто больше всего выиграл от ослабления власти в городе? Глава «Джокеров» был главным кандидатом. Если убрать Дэниела с дороги, в Керни образовался бы вакуум власти, который они могли бы попытаться заполнить. Но у них бы это никогда не получилось без ожесточенной борьбы с остальными «Королями». Клубы ненавидели друг друга. Их соперничество зашло слишком далеко, чтобы «Короли» могли принять жетон лидерства от «Джокеров», и Господь знал, что «Призраки» никогда бы не позволили этому случиться без адской резни. Что напомнило мне о том, что никто не хотел привлекать к себе внимание федералов.

Возможно, цель была не в том, чтобы захватить территорию «Королей». Возможно, «Джокеры» просто хотели дестабилизировать ситуацию в «Королях», чтобы они больше не были конкурентами.

Или, может быть, это было что-то другое.

Я повернулась на своем сиденье, глядя на Джейкоба, но думая о его отце. Лиам Ларсон. Человек, который, судя по всему, любил своего сына больше всего на свете. Беспокоился о нем. Гордился им. Вероятно, хотел для него самого лучшего. Видеть, как он достигает такого же влияния и власти, какими обладал Лиам.

Самый быстрый способ добиться этого — избавиться от человека, стоящего на пути его сына. Дэниел Кинг плохо относился к Джейкобу. Возможно, Лиам видел это, и ему это не нравилось. Возможно, Лиам думал, что окажет большее влияние на Керни и «Королей», если его сын возглавит клуб.

Лиам, должно быть, знал, насколько его сын и другие члены клуба были преданы Дэниелу. Так как же он собирался свергнуть Дэниела, чтобы «Короли» не заподозрили его в причастности к этому?

Ответ был очевиден: подставив его. Приведя человека из прошлого Дэниела и назначив его главой конкурирующего наркопредприятия прямо на пороге дома Керни, чтобы все выглядело так, будто Дэниел должен был знать об этом. Что он должен был быть вовлечен.

И я попалась на крючок, леску и грузило.

Джейкоб взглянул на меня, почувствовав мое внимание, и я начала смотреть на него в новом свете. Я думала о нем как о сильном, молчаливом человеке, но что, если я ошибалась в нем так же, как и в его отце? Он вырос в мире MК. Насколько он был молод, когда впервые окунулся в политику крупных клубов? Неужели Лиам всю жизнь пичкал его паранойей и принуждением? Научил своего сына играть с другими? Как оставаться на заднем плане и манипулировать событиями, подобно кукловоду, дергающему за ниточки своих марионеток?

Как долго Джейкоб подозревал о причастности своего отца? Потому что, судя по всему, что произошло за последние несколько дней, было совершенно очевидно, что он не думал, что за всем этим стоит Дэниел.

Знал ли он об этом с той первой ночи в баре? Джейкоб был первым, кто подошел ко мне и завел разговор, и позже я узнала, что он присматривался ко мне, когда я переехала в город. Знал ли он уже, что бабушка в «Магнолии»? Неужели он обронил тот загадочный комментарий о ее безопасности, надеясь привлечь мое внимание?

Господи, неужели он намеренно заманил меня в ловушку в своей квартире и соблазнил, чтобы с моей помощью пробраться в «Магнолию» и самому посмотреть, что там происходит?

Я отстранилась от него, чувствуя тошноту в животе. Потому что это казалось… возможным.

Не забегай вперед, Криста.

Я глубоко вздохнула и попыталась подавить свое беспокойство. Я сделала поспешные выводы о Дэниеле, и посмотрите, к чему это привело. После всего, что я пережила с Джейкобом за последние несколько дней, самое меньшее, чего он заслуживал, — это презумпции невиновности.

Я отвернулась и, нахмурившись, уставилась в окно, на минуту отбросив беспокойство о Джейкобе. Оставалась проблема с моей квартирой. Если за всем этим стоял Лиам, он приказал кому-то разгромить ее? Или Реддинг и его головорезы сделали это самостоятельно?

Я вернулась к вопросу, который задавала себе ранее: кто больше всего выиграет в этой ситуации? Разгромив мою квартиру, «Бандиты» дали бы понять, что я не в безопасности и что мне следует перестать совать свой нос, куда не следует, но Лиам…

Если Лиам был таким же манипулятором, как я начинала думать, то вполне вероятно, что Реддинг рассказал ему о том, что его сын появился в доме престарелых, и о том, с кем был его сын. Сказал ли он Лиаму, что я назвала Джейкоба своим парнем? Если так, то есть ли лучший способ удержать сына подальше от «Магнолии» и Керни, чем заставить его поверить, что его предполагаемая девушка там в опасности? В конце концов, первоначальной реакцией Джейкоба было забрать меня из Керни и привезти домой, тем самым поставив нас прямо под контроль Лиама. Моя разгромленная квартира гарантировала бы, что он останется там навсегда.

У меня закружилась голова. Если Джейкоб к тому времени уже подозревал о причастности Лиама, он мог знать, что Лиам может стоять за разгромом моей квартиры, и привез меня домой, потому что хотел сыграть Лиаму на руку. Это означало, что Джейкоб мог присматривать за Лиамом, одновременно заставляя его поверить, что Джейкоб понятия не имеет о том, что происходит на самом деле. Потому что, если Лиам был готов устроить обыск в моей квартире и, возможно, даже пойти на то, чтобы напасть на доктора Перес, что было дальше? Приказал кому-то причинить боль мне? Или бабушке?

Кровь отхлынула от моего лица. О Боже, я оставила ее там с ним.

Я могла бы подождать, пока мы не доберемся до Керни, прежде чем начинать допрашивать Джейкоба, но на вопрос о безопасности бабушки нужно было ответить сейчас.

Когда мы выехали из Холмистой местности и спустились обратно к цивилизации, я достала из сумочки телефон и набрала что-то в своем приложении для заметок, написанном заглавными буквами, подождала, пока мы не остановимся на светофоре, прежде чем сунуть его Джейкобу под нос.

Там было написано:

МОЯ БАБУШКА ДЕЙСТВИТЕЛЬНО В БЕЗОПАСНОСТИ С ТВОИМИ РОДИТЕЛЯМИ?

Джейкоб протянул руку и сжал мое плечо, опустив темные очки, чтобы посмотреть мне в глаза.

— Да, — вот и все, что он сказал, и по убежденности, прозвучавшей в этом единственном слове, было ясно, что он верит в это.

Но верила ли я? Если Лиам был готов разгромить мою квартиру, чтобы добиться своего, как далеко он мог зайти на самом деле? Кому еще он мог навредить?

И, если уж на то пошло, как далеко мог зайти Джейкоб?

Было ли что-то, между нами, настоящим?

Одно было ясно наверняка: нам с Джейкобом нужно было поговорить, как только мы выйдем из этого фургона.

Глава 18

Керни был городком старой закалки, разделенным железнодорожными путями на две части, хорошую и плохую. Сумки на заднем сиденье минивэна гремели, когда мы проезжали по путям и направлялись в плохую сторону, где доходы были ниже, дома меньше, и ничто не происходило без ведома «Королей».

Мой мозг работал на пределе возможностей, пока Джейкоб вез нас вглубь территории клуба. Дэниел или Лиам? Лиам или Дэниел? Или кто-то совсем другой? Однажды я уже ошиблась насчет Лиама. Что, если я ошиблась снова? Насчет них обоих?