Звезда полковника Грома (СИ) - Евгеника Мара - Страница 3

- Ну, вот же…Работаешь…А денег матери перевести не можешь, - тут же раздается гневный голос родительницы.

- Ма, я же месяц не работала. Помнишь, в прошлый раз говорила. Практика у меня была в архитектурном бюро. Проект мой в конкурсе победил. Только денег за победу там не было, - напоминаю уже третий раз, но мать все хуже запоминает информацию.

- Хватит придумывать отговорки, Людмила. Ты когда приедешь? Мне лекарства нужны, а купить не на что, - словно не слыша меня совсем, снова талдычит свое мать.

Хотя о чем я? Она меня давно не слышит. Вернее, слушать не хочет, потому что считает, что я все придумываю.

Вот и тогда, когда ко мне в комнату ворвался ее друг-собутыльник и начал меня лапать и лезть в мои трусы, мать тоже сказала, что я все придумываю.

Вернее, не так. Она кричала:

- Профурсетка малолетняя! От горшка два вершка, а туда же. Ты посмотри на нее! Еще шестнадцати не исполнилось, а она уже задницей своей перед мужиками крутить начала.

Несмотря на то, что я стояла в порванной футболке и с бордовыми отпечатками на руках и шее, мать все равно гнула свое:

- Не надо придумывать и наговаривать на человека. Не крутила бы задницей, никто бы не стал на обращать на тебя внимание. И не смей врать матери. Приставал он к ней. Ты себя в зеркало видела? К чему здесь приставать? Не тело, а доска, - пьяно фырчала мать. - Прикрой свою срамоту, фантазерка. И нос вытри. Скажи спасибо, что лишь одной пощечиной обошлось. Мало я все же тебя порола в детстве…

В тот вечер я рыдала в подушку от обиды и понимания, что защитить и помочь мне в этой жизни некому.

И все же мир оказался не без добрых людей.

На следующий день баба Нюра заметила синяки на моих запястьях.

- Эка, ужасть, - всплеснула она руками, сидя на скамейке. - А я то думаю, что за крик вчера стоял в вашем шалмане. Ну, Элка! Ну, лярва богемная! Я тебе покажу, где раки зимуют. Иди, детка, куда шла. Вечером приходи ко мне. Поночуешь пока у меня в свободной комнате.

Не знаю о чем баба Нюра разговаривала с матерью, но новый друг пропал в тот же день.

Два месяца до своего отъезда в столицу на учебу в колледж я прожила не совсем, чтобы спокойно, но терпимо.

Иногда все же уходила к бабе Нюре.

- Милка, а может ты мне деньги отправляешь, а злобная Нюрка мне их просто из вредности не отдает? - словно слыша мои мысли, упоминает в разговоре соседку мать.

- Нет. Я не отправляла бабе Нюре денег, ма, - как можно спокойнее объясняю то, что говорила буквально вчера. - Мне просто нечего было отправлять. Стипендии едва хватает на оплату общежития и на еду.

Объясняя материи реальное положение дел, тяжело вздыхаю, понимая всю тщетность моих доводов.

- Ма, ты же недавно пенсию за отца получила, - выдыхаю, вспоминая дату.

- Да, что тех денег. Смешные копейки. На хлеб и воду, - цокая, сетует мать. - И нечего мне напоминать про эту пенсию. Она мне за то, что я тебя одна растила. Все тебе отдавала. Себе во всем отказывала…

- Хорошо, ма, - соглашаюсь, понимая бесполезность разговора. - Завтра должны дать аванс, и я тебе отправлю, сколько смогу.

Пообещав матери денег, печально посмотрю на свои едва живые кроссовки, подаренные мне еще на шестнадцатилетие моей классной Инной.

С мыслью, что новые я так и не куплю, вздохнув, завершаю разговор с матерью.

Своей родительнице я даже и напоминать не стала о том, что у меня завтра день рождения.

Кто же знал, что свое восемнадцатилетие я буду сидеть на качелях под залпы чужого фейерверка...

Прошу меня извинить, но продолжение будет утром 14.09.

—------------------

От автора: Дорогие мои друзья, спасибо вам, что вы со мной и моими героями!

Мы начали идти по историям Милы и Родиона. Как вы уже обратили внимание, в этой книге каждый герой рассказывает о себе или от себя сам.

В главах есть воспоминания героев, но от них уйти невозможно, потому что воспоминания - это основная часть нашей настоящей жизни.

Воспоминания всегда выделены курсором.

Жду ваши комментарии, нравится ли вам такое првествование.