Андреа. «Начало» (ЛП) - Бринн Адриана - Страница 5

После первого вкуса силы дикарь во мне не удовлетворен, он хочет большего.

Я накормил зверя, но в этом-то и проблема.

Он хочет большего, чтобы удовлетворить неконтролируемую потребность во власти.

Раньше я никогда не хотел быть королем, но теперь я не могу отрицать его привлекательности. Все, о чем я могу попросить, ежедневно бросают к моим ногам, и мне это чертовски нравится.

Но в такие дни, как сегодня, я жалею, что мама не взяла меня с собой восемь лет назад, когда покидала это место.

Детройт, Мичиган.

Наша территория.

Мы управляем третью этого города. Каждый, кто носит фамилию Вольпе, Паризи или Николаси, может делать все, что ему заблагорассудится, и это сходит ему с рук. Здесь к детям самых известных преступных семей Соединенных Штатов Америки относятся как к членам королевской семьи, словно мы неприкосновенны.

Так и есть, и все это знают.

Такие ночи, как эта, когда рядом со мной лежит теплое тело, удовлетворенное до предела после трех раундов траха, все еще не могут отвлечь меня от того факта, что моя мать сбежала со своим любовником и никогда не оглядывалась назад. Она просто ушла, как будто мы ничего для нее не значили. В этот самый день восемь лет назад она сбежала из города и бросила нас.

В этом году ее предательство ранит чуть меньше, но оно все еще здесь. Напоминает мне, почему я не могу никому доверять, особенно то, что осталось от моего сердца. Если вообще что-то осталось.

Гудок, гудок, гудок…

Я уже знаю, кто это, еще до того, как увижу номер на экране. Должно быть, это серьезно, если он выкраивает время из своего драгоценного дня, чтобы позвонить мне. Обычно он посылает за мной одну из своих собак.

Черт.

Я откидываю голову назад и стону. Я подумываю отправить его на голосовую почту, но это никогда не заканчивается для меня хорошо. Мой отец — мелочная сука, и мне всегда достается, когда он злится на меня и не дает мне покоя. Я нажимаю на зеленую кнопку, и в трубке раздается властный голос отца.

— Просыпайся, блядь, сынок. Пора. — Наступает долгая пауза, прежде чем он продолжает. — Дочь Деметрио вернулась домой; ты знаешь, что делать, и, если ты не справишься… твои сестры заплатят за твою ошибку, — с этими словами он завершает разговор.

Я отталкиваю от себя эту сучку и иду к балкону. Слова Томмазо повторяются в моей голове по кругу и дразнят меня. «Дочь Деметрио вернулась домой».

Наконец-то.

Она дома.

— Возвращайся в постель, детка, — мурлычет Кассия. Мне нужно прекратить трахать ее, эта сучка становится жадной, а мне не нужно это дерьмо. Я знаю, что она хочет большего, но я не могу предложить ей ничего, кроме быстрого и бессмысленного траха. Мы договорились об этом еще до того, как начали встречаться, но она не поняла и начала болтать в академии, что мы, блядь, эксклюзивны.

— Одевайся и уходи. — Я все равно с ней покончил, и у меня есть более важные дела. Она быстро одевается и направляется к выходу, но прежде чем дверь закрывается, я слышу, как она бормочет себе под нос.

— Засранец.

Я не обращаю внимания на оскорбление, потому что знаю, что это правда. Я никогда не претендовал на то, чтобы быть чьим-то рыцарем в чертовых сияющих доспехах. Я такой, какой есть, и это то, что есть.

Проходит несколько минут, а я все еще вспоминаю слова отца. Наследница павшего Николаси вернулась домой, и бедная девушка даже не подозревает, что ее ждет. Семья Вольпе никогда не примет женщину в качестве главы Святой Троицы. Это одна из многих вещей, по которым три семьи расходятся во мнениях. Паризи разрушили это клеймо, но Вольпе никогда не подчинятся женщине во главе. Это мой единственный шанс доказать, что для капо нет лучшего выбора, чем я. Томмазо заставит моих сестер расплачиваться за мой провал, если я не докажу свою правоту и не стану следующим капо Святой Троицы.

Я не потерплю неудачу.

Я не могу.

Николаси — самая могущественная семья Святой Троицы, но это не гарантирует им титул главы трех семей. Дети Николаси, Вольпе и Паризи воюют за корону, и только один из нас будет носить ее.

Я.

Я раскуриваю косяк, откидываю голову назад и закрываю глаза. — Прости меня, ма. — Я выдыхаю и холодно улыбаюсь ночному небу. Я почти слышу, как она разрывает сердце в этой мертвой ночи. Что ж, эта сука бросила нас, как будто мы никогда ничего для нее не значили, так что к черту ее. Сегодня часть мальчика, которого вырастила моя мать, умирает, а на его место приходит монстр? Монстр, дикарь и будущий гребаный король выходит на сцену.

Мой отец говорит, что я рожден, чтобы править этим жестоким миром.

Всю жизнь меня готовили к тому, чтобы я занял место Томмазо Вольпе, даже когда я не хотел быть похожим на него, но теперь у меня нет другого выбора, и время пришло. Никто не остановит меня, и никто… блядь, никто не отнимет у меня корону.

Особенно незаконнорожденный ребенок падшего Николаси.

Я уничтожу ее.

Здесь нет места для неудач.

Иначе, я их потеряю.

АНДРЕА

МОЖЕШЬ НАЗЫВАТЬ МЕНЯ ЛУКАН

«Зло всегда побеждает». — Зелена

— Мисс Николаси, для вас уже все готово. — Я поднимаю глаза от компьютера как раз вовремя, чтобы увидеть, как Роберта, одна из горничных, выходит из моей комнаты. Я вздрагиваю, как только она уходит. Она выглядит холодной и, честно говоря, такой грубой. А еще она похожа на злую директрису из того детского фильма, которую все боялись. Знаете, которая заставила маленького ребенка в одиночку съесть весь чертов шоколадный торт и схватила девочку за косички, отправив ее летать по школьному двору?

Да, эта злобная карга.

Я в последний раз изучаю себя в зеркале и остаюсь более чем довольна своим внешним видом. Бенедетто специально сказал мне, что это будет официальное мероприятие. Уверена, они будут злиться на мой выбор гардероба, но хорошо, что меня это не волнует. Эти люди должны понять, что я не собираюсь подчиняться их правилам или стандартам. Я всегда останусь собой, и, хотя мне нравится гламурная жизнь, я не подчиняюсь приказам. И никогда не выполняла и не буду выполнять их.

Закончив, я спускаюсь по огромной и элегантной лестнице, ведущей в главную зону, где все собрались. Когда я дохожу до последних ступенек, я замираю на месте, потому что, черт возьми, это место заполнено мужчинами в костюмах и женщинами в дорогих платьях. Я опускаю взгляд на то, что на мне надето. Я выбрала короткое черное платье без бретелек, доходящее до середины бедра. В пару к нему я надела мешковатую джинсовую куртку и белые кроссовки. Я даже не пыталась сделать прическу и макияж: нанесла немного туши, розового блеска и распустила свои естественные волны. Я выгляжу так, как выгляжу, когда выхожу с друзьями на обычную вечеринку, и совсем не похожа на женщин, которые присутствуют здесь сегодня. Моя мама рассмеялась бы от души, если бы была здесь и наблюдала за этим зрелищем. На их исколотых ботоксом лицах читается осуждение и неодобрение. Наверное, они считают, что я не соответствую их стандартам и не заслуживаю ни секунды их драгоценного, напыщенного времени. Мама учила меня никогда не судить о книге по ее обложке, но не нужно быть гением, чтобы понять, что эти люди явно судят обо мне. Так что пошли они, их мнение обо мне никогда не будет мешать мне спать по ночам. Я покажу им, что я так же смертоносна в своих белых кроссовках, как и в красных туфлях на шпильках.

Когда я только приехала в особняк Николаси, мне было не до того, чтобы любоваться этим местом, но теперь, спускаясь по лестнице, я поражаюсь всему этому. Декор выполнен в белых и черных тонах. Повсюду дорогие вазы со свечами, красивые картины и современная мебель. Все выглядит так, будто это что-то из журнала по декору дома. Я знала, что эти люди чертовски богаты, но, черт возьми, похоже, преступный мир действительно приносит плоды.

Я уже почти добралась до последней ступеньки, когда пошловатая музыка, играющая на заднем плане, прекращается, и в конце лестницы меня встречает Бенедетто. Он протягивает мне руку и нежно сжимает ее, но в ней звучит предупреждение.