Биомеханический барон (СИ) - Чехин Сергей Николаевич - Страница 87

Несмотря на обилие всякого рода музыкальных инструментов, игр и напитков, холл пустовал, но из-за пары дверей сенсоры уловили едва различимые звуки — тихую молитву и торопливый скрип пера.

Деревяшка отперла перед гостем комнату и жестом велела войти. И первое, что заметил парень — следы недавнего пребывания, говорящие о том, что прямо перед ним здесь кто-то жил.

Очевидно, в задачи служанок уборка не входила, но спасибо и на том, что предыдущий жилец оставил все в относительном порядке. За исключением разве что горы книг на столе у зарешеченного окна и разбросанных по полу исписанных листов.

Как только киборг ступил за порог, манекен запер за ним дверь и провернул ключ в замке. Не страшно — вскроет в два счета, а вот записки стоит изучить, чтобы хоть немного понять, чему тут обучают. Книги представляли собой трактаты с описанием пяти разрешенных стихий и формулами базовых заклинаний.

На листах же пытались соединить эти знаки так, чтобы улучшить их или вовсе вывести новые. Но судя по обильному зачеркиванию, на практике у чародея мало что получилось. Видимо, именно поэтому его комната досталась новому студенту. Но где же предыдущий хозяин?

Убедившись, что в коридоре никого нет, киборг смял из писчих перьев отмычку и вскрыл замок. И первым делом направился к той двери, откуда доносился скрип. Бесшумно отперев и ее, Захар увидел за столом обложенного фолиантами долговязого юношу, что исчеркал целую кипу листов с таким остервенением, что весь изрезался бумагой.

На кровоточащие ранки на пальцах он не обращал никакого внимания и даже не пытался залечить, отчего его писанина выглядела, как договор с дьяволом. Узник академии полностью ушел в работу и лишь чуть слышно бормотал под нос:

— У меня получится. Я должен успеть. Почти готово.

Пришелец вошел и прикрыл за собой дверь — так, чтобы ученик услышал щелчок. Аристократ подскочил, как ужаленный, крутанулся на пятках и с похвальной расторопностью зажег в ладони сгусток огня, несмотря на то, что выглядел смертельно утомленным.

— Кто вы?!

— Новичок, — здоровяк встал у порога и скрестил руки на груди. — Только что поступил.

— Боги… — паренек потушил пламя и схватился за голову. — Вы подписали себе приговор…

— Еще посмотрим. Давно ты здесь?

— Почто вы мне ты… — юнец глянул на громилу и осекся. — Третий день.

— Не встречал случайно тут девушку? Молодая, красивая, рост метр шестьдесят девять, вес сорок семь килограммов, волосы черные, до плеч. Носит брюки, корсет и блузку, но, возможно, переоделась в алое бальное платье. Нос вздернутый, маленький, глаза большие, карие, фигурка точеная…

— Вы про Еву Сергеевну?

— Да, — киборг поймал себя на мысли, что мог сразу назвать имя. — Ты ее видел?

— Мельком. Поступила вчера вместе с господином Белаго. Я наблюдал за экзаменом.

— Где они?

— Ева в женском общежитии. А экзарха отчислили.

— Что?! — охотник нахмурился. — Это как?

— Его преосвященство не справился с домашним заданием.

— Что за бред… И где он сейчас?

— Не знаю, — юнец вздохнул. — Отчисленные просто исчезают без следа.

— А ты сам здесь как оказался?

— Я учусь на втором курсе. Прибыл пораньше с летнего отдыха, чтобы взять кое-какие книги в библиотеке. И вот… тоже пытаюсь справиться с домашним заданием. И все никак не получается.

— А что сделать-то надо?

— Архимаг Волхов требует ото всех одно и то же — соединить в заклинании несколько стихий. И чем выше ваш ранг — тем сложнее нужна комбинация. Белаго заставили сплести все шесть магий, но он отказался применять Тьму. За что и был отчислен.

— Да уж, ситуация… — Захар в задумчивости поскреб недельную щетину. — Но где наша не пропадала, верно? Думаю, я смогу помочь тебе. Если ты поможешь мне.

— Конечно! — парнишка просиял. — Просите, что угодно!

— Дай-ка учебник.

Киборг пролистал несколько талмудов со скоростью копировальной машины, а затем начертил выверенную до толики манорода формулу. И когда сосед насытил ее даром, меж пальцами застыла ветвистая молния, сотканная из первородного огня.

— Невероятно… — серые глаза распахнулись на пол-лица. — Как вам это удалось?

— Секрет фирмы. Скажи, в правом крыле есть охрана?

— Да. Девушек стерегут доспехи. Архимаг говорит, это для того, чтобы мы не проказничали.

— А ты сам их видел?

— Ну… — чародей покраснел. — Издалека.

— Понятно. Я воспользуюсь твоим окном?

— А, да… Только бумаги приберу, чтобы ветром не размело. Но за ставнями — решетка, и…

Великан распахнул створки и осмотрел проем. Дворец явно строили рядовые зодчие, потому что не вмуровали прутья с помощью волшбы, а просто высверлили в кладке пазы и залили раствором. Но уже позднее на окна нанесли защитные руны, так что уничтожить преграду колдовством вряд ли получится.

— Не вздумайте их пережигать, — предупредил студент. — Вас зашибет молнией.

— Ага.

Охотник вцепился в прутья и затряс руками с такой скоростью, что вибрация превратила бетон в пыль быстрее перфоратора, но практически без шума. Бросив решетку на кровать, Захар выбрался наружу и подобно пауку пополз по внешней стене. Академия стояла на уступе очень давно, и ветер выдул замазку меж камней, оставив достаточно глубокие щели и для пальцев, и для ботинок.

И несмотря на то, что доспехи лязгали вокруг шпиля донжона, им и в шлемы не приходило мысли глянуть вниз. На парапете же охраны и вовсе не было, так что киборг добрался до соседнего крыла никем не замеченным. Осталось только понять, в какой именно комнате поселили Еву, но между створками ставень оставался широкий зазор, позволяющий осмотреть едва ли не все помещение.

Как оказалось, в женском общежитии обитали три студентки — и все трое отчаянно корпели над формулами. Подруга тоже склонилась сразу над тремя фолиантами, разгоняя мрак небольшой колдовской свечкой. И так увлеклась, что не услышала тонкое жужжание снаружи — впрочем, его и так заглушали плеск волн, раскаты грома и пальба из города.

Гость тем же трюком избавился от решетки, ударом кулака распахнул ставни и хотел уже поздороваться, но невеста вдруг вздрогнула, вскрикнула и направила в лицо жениха струю раскаленного воздуха. И заклинание вышло столь мощным, что Захара едва не сдуло в море. Лишь благодаря запредельной реакции он успел ухватиться за карниз и сжал его с такой силой, что дубовая доска треснула в двух местах.

— Пошел вон! — крикнула девушка. — Я же сказала, что уже помолвлена! Убирайся, не то кликну стражей!

— Угомонись, блин! — охотник рывком подтянулся и ввалился в спальню.

— Захар?! — Титова явно не поверила глазам. — Это правда ты?

— А вы кого-то еще ждали? — парень встал и отряхнулся от опилок и серой пыли.

Девушка с разбегу прыгнула ему на шею, неумело чмокнула в губы и прижалась влажной щекой к груди.

— Свет всемогущий… — волшебница не сдержалась и всхлипнула. — Ты даже не представляешь, что здесь происходит…

Глава 30

— Так, успокойся. А то совсем раскисла…

— Ты прав, — Ева отстранилась и села на край кровати. — Я очень устала, а всему этому ужасу ни конца, ни края. Боюсь, эти испытания — не по мои плечи. И те, что в академии, и все остальные…

— Вместе справимся. Что у вас тут творится?

— Да так, ничего особенного… — она съязвила, чтобы подбодриться. — Просто один из величайших волшебников в одночасье сошел с ума, — баронесса кивнула на стопку исписанных листов на столе. — И стал одержим сплетением стихий. Только об этом и думает, и заставляет других придумывать комбинированные заклинания. Если не получается — жестоко наказывает. Если откажешься — отчислят.

— Слышал про Белаго. Есть идеи, где он?

— Без малейшего представления. Но я за него волнуюсь. Волхов мог и убить экзарха — сил у него хватит.

— А зачем ему эти комбинации? — Захар просмотрел записи.

— Не сказал. Но только о них и твердит. Все лекции — о комбинаторике. На семинарах и учебных поединках — лишь смешанная магия. Мне кажется, я уже сама с ума схожу. Мы пишем до кровавых мозолей, а ему все мало. Требует все больше вариантов — и чем сложнее, тем лучше.