Резервист - Поселягин Владимир Геннадьевич - Страница 24

Ну и понятно, что с моими возможностями мы тихо и спокойно доехать до конца пути следования просто не могли. Сначала нагнали «жигули», белые «седьмой» модели, которые стояли на перекрестке, ожидая возможности проехать. Виденье показало, что в салоне семья, пожилой мужчина с супругой и, по-видимому, внук, лет десяти. А вот в багажнике, под мешками с картошкой, шесть автоматов с боеприпасами, два цинка и РПГ-7. К нему десять выстрелов. Три фугасных, остальные кумулятивные. Это как? Я тут же приказал «106-му» обогнать меня и перерезать дорогу этой «семерке», наведя на салон ствол пушки, а экипажу «109-го» – помочь взять водилу и пассажиров. Сработали почти четко, БМП красиво обогнала меня и, резко затормозив, развернулась, перекрыв дорогу.

Дальше я с двумя бойцами из второй бронемашины выдернули пассажиров и поставили их к «семерке», ноги на ширину плеч. Перекресток большой, тут пост Госавтоинспекции находится, бетонная коробка здания, оттуда сержант с автоматом прибежал. Он и помог мне вытащить мешки с картошкой. После этого оформил протокол задержания. К слову, оружие мы и тут сдали. Сержант должен же что-то передать своим. Номера оружия записал, внес в протокол и мне дал расписаться. То оружие, что мы с криминалом взяли, также пришлось сдать. Подпоручик, что командовал взводом быстрого реагирования, удивлен был, узнав, что личного оружия нам не выдали. А узнав, что мы по сути резервисты, покивал. Такое бывает.

Под вой женщины из «жигулей», внук ей вторил, мы двинули дальше. Сержант уже вызвал опергруппу, скоро заберут этих перевозчиков оружия, и ведь с виду не подумаешь, что такое везут. Ничего, следователи выяснят, откуда и кому, и эта семья серьезно так попала. Им срок немалый светит. Виденье показывало, что в некоторых встречных машинах или попутных было спрятано оружие, в большинстве пистолеты, редко автоматы, но колонну я не останавливал из-за такой мелочи. И так с трудом отбрехался, откуда узнал про этот груз под картошкой. Снова на дрон все списал, видел, мол, погрузку и удачно нагнал эту машину. Ладно, это теперь дело прошлое.

Обедали мы за Старобешево. В час дня встали у придорожного кафе, тут стоянка для большегрузов, места хватало. Поставили машину и направились к строению кафе. Оплачивал обед я, решил не трогать пайки. Нормально поели, вкусно и сытно. Кто что выбирал. Я вот взял щи со сметаной, салат «селедка под шубой». Картошки-пюре с котлетой и подливой. Три куска хлеба. Чай черный с лимоном и одно пирожное. Вполне хватило. На десять человек едва три с половиной тысячи рублей вышло. Кстати, пока обедали, мы три стола вместе сдвинули и ели за общим, все уместились, так что командир «109-й» поинтересовался, где мой дрон? Мол, как ни смотрел, так и не увидел. Да и не сажал я его для зарядки. Вот я и объяснил:

– Этот дрон редкой модели. Заряда батарей на двое суток хватает, то есть тот может работать двое суток и только потом требуется его спустить для зарядки. Да и та длится чуть больше получаса. Высота шесть километров, дальность до тридцати. Камера настолько мощная, что я могу газету читать, что на земле лежит. Ну и возможность ночной съемки.

– Серьезный аппарат, – кивнул с понимающим видом командир «106-й». – Изучал я их. Такие за несколько миллионов стоят.

– Конкретно этот около десяти, – подтвердил я.

– Спонсор? – поинтересовался мой мехвод.

– Сам купил. Я не бедствую. Кстати, информация к размышлению… Я неплохой взломщик. В общем, я в плену побывал, бежал, убив четырнадцать националистов. Однако перед этим все их кредитки вскрыл, вывел средства в Казахстан, еще и кредиты в банках под их именами взял максимальные и тоже вывел. С четырнадцати боевиков две сотни миллионов заработал. В общем, имейте в виду, будут трофеи того же типа, несите, взломаю и вам на счета перекину. Для меня работа пустяковая, а вам прибыток.

Парни задумались, некоторое кивали, благодарили, может, и воспользуются моим щедрым предложением, а мехвод задумчиво протянул:

– У нас на курсах говорили про одного сержанта, что из плена на броневике вырвался, да еще тело своего товарища вывез. Только память потерял.

– Да, это я.

– За это орден дали? – снова уточнил Руслан.

– Да.

– А как память, не вернулась? – это уже командир «109-й» подал голос.

– Нет. По своей жизни ничего, а так все помню и знаю. Проверку на командира танка прошел, даже сдавал зачеты. Кто бы меня беспамятного допустил к командованию? Нет, все тесты и зачеты пройдены со свистом.

Мы поели, размялись после дороги у машин, некоторые покурили, и все направились дальше. Тут меньше ста километров осталось, которые мы прошли за три часа. Могли за два проехать эту дорогу, но задержались на час. Я же говорил, что приключения не оставят меня в стороне. Много что я вынужден был пропустить, да и не считал людей с оружием опасными, время такое, а вот фура, которую мы нагнали, меня сильно насторожила. К счастью, не диверсанты, но тонна героина, это на мой взгляд, уж больно слишком. Тут я не геройствовал. Когда фура обгоняла танк и я увидел, что за груз среди овощей, то связался со стационарным постом ГАИ, что был по маршруту движения, визуально не видно, но коптер показывал, вот там и тормознули. Впрочем, и нас тоже. Пока бойцы бегали до ветру, груз перетряхнули и нашли порошок, так что еще задержали ненадолго, чтобы оформить все.

И тут на коптер пришлось все списать, мол, видел перегрузку с одной машины на другую, приблизил и увидел пакеты с белым порошком. Догадаться, что это, было несложно. Вроде съели и даже в протокол внесли. Мы дальше двинули, и тут прокол у нашего топливозаправщика. Не пуля, я проверил, скоба под колесо попала. Пока колесо меняли… В общем, все же доехали ближе к четырем часам дня. На подъезде к Новоазовску стоял на обочине армейский «уазик» в командирской версии, водила нас ждал, он и сопроводил нас на стоянку у ремроты. Там технику на стоянку, обслуживание, выгрузка боеприпасов и заселение в казарму. Потом рапорты писал с командирами БМП, Цыганов уже в курсе, как у нас дорога прошла, жаждал подробностей. Вот так день прошел, а ведь только сегодня надел форму и принял танк, познакомившись с экипажем.

Праздновать День защитника Отечества не запрещали, но попросили по легкому варианту провести. В общем, отгуляли мало, больше занимались техникой, наносили белой краской тактические знаки «Z» на борта, корму, спереди и сверху. Вернули боекомплект на место. И чего доставали? Готовились. Спать многие ложились с волнением. Прямо это не говорили, но слух начал расходиться, что освобождать свои земли будем, это и взволновало многих. Кстати, тут же, еще двадцать второго, когда рапорты писали, познакомились с непосредственным командиром. Капитаном Шубиным. То есть не временным, он будет нами командовать. Общая численность бронегруппы на территории реммастерских, где мы стояли, в полтора десятка единиц. А было четыре танка Т-64, один шубинский (он танкист), потом взвод из трех танков, в состав которого меня и включили, командир взвода подпоручик Абазян. Из армян он. Рота БМП-1, ровно десять единиц, командовал ею поручик Светлов, и один старый БРДМ-1. Всем этим и командовал Шубин. Черт, да в состав какого подразделения нас введут? Я уже все мозги сломал, пытаясь догадаться. Взломом архивов не пользовался, самому интересно, угадаю или нет.

Что по личному оружию – получили уже тут. Номера оружия внесли в военные билеты. Я сам решал, что брать, благо выбор был. Приказал экипажу получить АКМСы, у них приклады складываемые, нам в тесноте так удобнее, вот и получили, чтобы одинаковое оружие под один боеприпас был. Выбор не большой, в основном автоматы, АК-74 больше всего. Редкие ручные пулеметы и карабины. Те самые СКС. Из всего наличного этот автомат лучший выбор, и пуля мощная, многие бронежилеты возьмет. Хотя вот мой на вид второго класса защиты, но эта пуля его не возьмет. Я поработал с бронежилетом. Точно не возьмет.

Также выдали гранатную сумку. Одну на весь экипаж, с РГД-5, десять штук. Запалы я пока отдельно сложил.