Одержимый (СИ) - Михеева Анна - Страница 8

***

Телефон надрывается.

Открываю глаза и пялюсь в темноту. Сколько я проспала? Тянусь за мобильным (звонит домашний) 02:11.

Собрав все силы, спускаюсь вниз, на ходу сделав для себя пометку, забирать трубку в спальню.

— Алло?

— Здравствуй, шлюха, — голос, пробирающий до мурашек. — На кухне, — и отключился.

Иду, по возможности включая везде свет.

На кухонном столе цветы: ярко алые розы, и конверт, довольно пухлый.

В конверте фотографии, негативы. Сжигаю все.

И поднимаюсь в спальню. Еще одна таблетка снотворного и блаженная темнота.

12

На часах было восемь, когда я наконец проснулась. Ну как проснулась, состояние было вялым.

Долгое время я просто лежала в постели, чутко прислушиваясь. В доме царила тишина.

Протянув, наконец руку, налитую будто свинцом, взяла мобильный с тумбочки. От Вадима семь пропущенных. Последний: десять минут назад.

— Элли! Господи! Я звонил!

— Прости, я выпила снотворное, — голос хриплый. Во рту очень сухо.

— Я еду!

— Вадим, пожалуйста, нам все еще надо соблюдать осторожность…

— Мне плевать! Эль, я места себе найти не могу! Мне нужна — ты, моя любимая женщина!

— Хорошо, — сдаюсь, делая попытку встать с постели.

— Выпьем кофе, позавтракаем вместе. Я предупредил, что задержусь, — его слова, как теплая волна, омыла с ног до головы, внося в мое разбитое тело легкость.

К приезду Вадима я успела принять душ, и привести себя в относительный порядок.

— Ты прекрасна, — зашептал Вадим, с порога принимая меня в крепкие объятия. Поцелуй был горячим. — Я скучал, Элли! Боже, девочка моя, с ума схожу…

— Люблю тебя, — шепчу. Секс был быстрым, но от этого не менее приятным.

— Как подростки, — засмеялся Вадим, натягивая боксеры, а следом брюки.

— Может быть в душ?

— Не-хо-чу, — засмеялся красавец Смирнов. — Хочу весь день пахнуть тобой.

— Я поправлю макияж, а после поедем в кафе?

— С удовольствием. Я пока выпью кофе у тебя? Не успел с утра.

Спустившись минут через двадцать, я застала Вадима на кухне. Он стоял ко мне спиной, застывший как изваяние. Плечи напряжены, ладони сжаты в кулаки.

— Вадим?..

— Что это, Элина?

— Что? — сообразила в чем дело, только обогнув его. Цветы. Алые розы. — Это послание от психа. Вчера получила вместе с фотографией и негативами. Не было сил выбросить, — я оправдывалась перед Вадимом, и мне это не нравилось. — Если бы ты спросил, или бы дал мне время все рассказать…

— Прости, — Вадим терял напряжение, расслаблялся. — Прости, Элин. Поехали? — первым порывом было сказать «нет».

— Поехали, — соглашаюсь.

Вадим собрал цветы. Сидя в машине, наблюдала как он отправляет из в мусорный контейнер.

***

— Знаешь, о чем я думаю?

— Узнаю, если расскажешь, — настроение Вадима было выше среднего.

— О цветах, — выдала, и будто спохватившись, пояснила: — О гвоздиках. Помнишь? Цветов было много. Где-то же их купили. Или заказали.

— Хочешь, чтобы я поискал? — киваю, весьма энергично. — Я проеду вечером по цветочным магазинам.

— И еще, Парфенов сказал, что Саша нанимал частного детектива…

— Ты думаешь, это он — шантажист? — признаться до этих слов я так не думала.

— А если он? Вдруг он продолжал следить, но уже не по просьбе мужа, а, скажем, по собственной воле? — у меня вспотели ладони от такой догадки. Ведь это чем более вероятно! — А что «если»? Мы не знаем, прекратил ли Саша слежку. В тот вечер он показывал мне фотографии, где мы вместе. Вдруг это не все фото?

— Не удивлюсь, — хрустнул челюстью Вадим. — Решил оставить самое сладкое для шантажа? И случайно снял тебя…в гараже?

— Этого детектива необходимо найти! — я даже голос слегка повысила, а после, с опаской, огляделась. К счастью, в кафе было малолюдно, но и тем посетителям, что были, не было до нас никакого дела.

— Я поговорю с Артуром, сегодня вечером.

— С Артуром?

— Эллина, мы с Парфеновым друзья.

На этом мы разошлись, пожав друг другу руки с особой нежностью. Вольностей на публике не допускали.

***

Вечером Вадим не смог порадовать новостями.

Я бродила по дому весь день и большую часть ночи, избегая спальню Саши и его кабинет.

Долго ворочаясь, сдалась и приняла таблетку снотворного.

Уже проваливаясь в сон, я услышала шаги, будто кто-то ходит по коридору второго этажа…

13

Утро выдалось отвратительным.

Нет, само по себе утро было прекрасным. Солнце заливало спальню, по стенам прыгали солнечные зайчики. Мне даже показалось, что в спальне пахнет цветами — весной, сладкий аромат надежды. Которой я не испытывала. Было чувство, что на моей шее затягивается веревка, с каждым днем все сильнее. Попытки найти шантажиста самим — задача нереальная, но сидеть и ждать, не было сил. Я должна попытаться спасти себя и Вадима!

С силой зажмурившись, повернулась на другой бок и вскрикнула от боли. Что-то впилось в кожи лица. «Что-то», оказалось красной розой, на толстой ножке, с крупными, хищными шипами.

Я закричала. Кричала так громко, что у самой закладывало уши. Пока, не выбившись из сил, не сползла с потели на пол. Крик сменился скулежом.

— Боже, — всхлипываю. Он спокойно бродит по моему дому. Он приходил в спальню. Он стоял и смотрел как я сплю!

Снова захотелось закричать, что есть сил, вот только сил не осталось.

Зазвонил телефон.

Сжавшись в комочек, заткнула уши и завыла.

Трель телефона стихла, чтобы зазвонить вновь. Даже трубку поднимать не было необходимости, я точно знала кто звонит.

Поднявшись, нетвердой походкой, будто пьяная, я пошла в ванну, игнорируя трель.

Телефон упорно надрывался, я же, упорно его игнорировала.

Выпила кофе, и даже выкурила сигарету, вспомнив о своей заначке. А телефон все звонил.

— Алло? — в итоге сдалась я.

— Здравствуй, шлюха. Испытываешь мое терпение? — голос хриплый, пробирающий до мурашек. Но, странное дело, в голосе не было ни злости, ни раздражения. На мгновение мне почудилось, что он улыбается. Псих! Или это я схожу с ума. — Я задал тебе вопрос.

— Да, — отвечаю. Могу поклясться, что услышала ухмылку на том конце.

— Я предупреждал тебя, что будет, если не прекратишь кувыркаться с любовником?

— Нет, не предупреждали, — шепчу, чувствуя на шее петлю.

— Да? — засмеялся он. — Будем считать, что предупреждал. Дверь открой.

Я открыла. Но коврике с надписью «welcome» лежал конверт, точная копия того, что я получила ранее.

Сначала, я не поняла, что это. Кусок материи, шелковой, дорогой и очень приятной на ощупь. Но едва до меня дошло, я чуть не потеряла пол под ногами. Бросилась в спальню со всех ног. Перерыла свой шкаф вдоль и поперек, но так и не найдя, осела на пол, в кучу разбросанных вещей.

Моего платья, того самого платья, в котором я была в ночь убийства, в шкафу не было.

В памяти всплывает, как я, вернувшись, бережно убираю его в шкаф.

На маленьком лоскутке, что прислал псих крошечное пятно, похожее на кровь. Я была в нем, когда толкнула мужа. Но, тогда крови почти не было. Не могло оно попасть на платье! Или могло?

На трель телефона я понеслась с бешенной скоростью:

— Алло?

— Как тебе? — спросил он. — Кстати, платье очень красивое.

— Я мужа не убивала! — хотя ему на это наплевать. Сама не знаю, зачем это говорю. — Я не убивала! Мы поссорились, я его толкнула…

— И залила платье его кровищей, — услужливо подсказал он. — Когда пырнула мужа ножом.

— Нет, послушайте, пожалуйста, — всхлип. — Я вам клянусь!

— Мама меня учила не верить шлюхам, — продолжает забавляться. — Ты ведь шлюха! Как тебе, кстати, понравилось трахаться с любовником в мужниной постели?

Сползла по стене на пол. Борясь с криком, разрывающим горло.

— Я задал вопрос. Понравилось?

— Нет, — хриплю.

— Лживая шлюха, — зарычал псих. — Я планировал взять двести, но теперь цена четыреста.