Одержимость жестокого принца (СИ) - Есенина Ксения - Страница 27

— Почему ты прикрыла меня перед Плавией? — вдруг выпаливает Дюваль. — Ты ведь могла выдать меня, она бы поверила. Отличная возможность отомстить за мокрую постель. С чего вдруг такое… благородство?

— Потому что кто-то должен сделать первый шаг, чтобы прекратить необоснованную вражду, — пожимаю плечами.

Эрика выглядит удивлённой.

— Ты считаешь её необоснованной?

— А разве не так?

В карих глазах Эрики мелькает неуверенность, а я придвигаю схему ближе к нам.

— Давай лучше сосредоточимся на задании. Ты ведь уже поняла, что это за артефакт?

— Разумеется, — с долей высокомерия отзывается Дюваль.

— Я тоже. Только не поняла, почему тут в качестве сердцевины используется амазонит. Это дорого и для покупки, и для обслуживания. Далеко не всякий маг сумеет грамотно его зарядить, да и он привередливый просто жуть. Можно свободно заменить на селенит, в плане качества то же самое.

Эрика изумлённо смотрит на меня, забыв держаться гордо и отстранённо.

— Откуда ты всё это знаешь?

— Ну, я ведь собирала артефакты до того, как поступить в Академию. Вернее, — быстро поправляюсь я, — помогала маме их собирать. Такие осушители воздуха нам часто заказывали. В нашем городке высокая влажность.

Эрика недоверчиво вздёргивает бровь, потом нехотя произносит, указывая пальцем место на схеме:

— Я бы ещё вместо кварцевых усилителей поставила кахалонговые.

— Отличная идея! Мне даже в голову не приходило.

Берём из шкафов все нужные компоненты и довольно быстро справляемся с заданием. Даже успеваем собрать ещё один такой артефакт, но уже по предложенной схеме. Я не замечаю, как пролетает время.

Профессор Адамс внимательно осматривает оба артефакта, с одобрением выслушивая наши комментарии.

— Прекрасная работа, девочки, — громко хвалит она, проставляя в журнал сразу по два «отлично» напротив наших фамилий.

Кабинет я покидаю довольная как никогда. И едва не налетаю на выросшую, будто из-под земли, Лионеллу Моран. Она подозрительно прищуривается.

— С чего такая радостная, нищебродка?

— Тебя это волновать не должно, — холодно парирую я.

Она тут же подступает ко мне.

— Ты со мной в таком тоне не разговаривай, — шипит змеёй и вынимает кольцо. — Не забывай, что твоя штучка всё ещё у меня.

Боги, спровоцировать её оказалось даже проще, чем я думала. Я кисло усмехаюсь при мысли о том, насколько она обнаглела: прямо за моей спиной целый класс адептов и декан факультета. А ей хоть бы хны.

— Спасибо, что напомнила, — небрежно бросаю я и молниеносным движением выхватываю кольцо из её пальцев.

— Да как ты!..

Она больно хватает меня за запястье, впиваясь в кожу своими длинными ногтями.

— Как ты смеешь, воровка?! — громко возмущается Моран, явно рассчитывая привлечь внимание. — Немедленно верни моё кольцо!

— Что здесь происходит? — раздаётся строгий голос Глории Адамс.

— Профессор, адептка Шерман…

И тут происходит нечто странное. Прямо на тыльной стороне ладони Моран вспыхивает небольшое пламя, перекидываясь на мою руку. Одновременно с этим в классе раздаётся звук разбитого стекла, скрежет и стук.

В ужасе наблюдаю, как, распугивая адептов, ко мне устремляется целое облако всевозможных металлических предметов, готовых изранить, изрешетить, серьёзно покалечить.

Моран натравила на меня свою магию?!

Глава 33. Шайла

Испуганно вскрикиваю и дёргаюсь, но Лионелла не отпускает. Профессор Адамс поднимает руку, чтобы остановить безумие, но в затылок ей прилетает толстенный окованный в металл фолиант. Стоящие рядом адепты едва успевают подхватить её под руки.

Я в ужасе зажмуриваюсь.

Ничего не происходит.

Распахнув глаза, с изумлением натыкаюсь взглядом на предметы, окружившие меня наподобие кокона. Мотки проволоки, перья с металлическими наконечниками, металлические детали, тяжёлые заготовки для артефактов, даже поднос притянулся! Обитый металлом уголок толстенной книги, ударившей профессора, висит прямо напротив моего лба.

Пламя тем временем достигает моего плеча и постепенно расползается по груди. Перевожу огромные глаза на бледную как полотно Моран.

— Ты что делаешь?! Прекрати!

— Ничего я не делаю! — истерически взвизгивает она. — Сама прекрати! Или у тебя будут проблемы!

Её пальцы так сдавливают мне запястье, что ладонь начинает неметь. Дёргаю руку, но Моран будто окаменела.

— Пусти!

— Моран, немедленно остановитесь! — требует Адамс. — Отпустите Шерман!

Лионелла наконец разжимает пальцы, и я едва не падаю от неожиданности. Пламя сразу же исчезает, не оставив на мне никаких следов. Металлические предметы со звоном и грохотом падают на каменный пол.

В наступившей тишине потрясённо смотрю на Моран. Тяжело дыша, будто загнанный зверь, та переводит дикие глаза с профессора на собравшуюся вокруг нас толпу.

Адамс сурово насупливает брови.

— Адептка Моран, адептка Шерман, уберите беспорядок. Позже явитесь в кабинет ректора. Остальным разойтись!

Возбуждённо перешёптываясь, адепты тянутся по коридору прочь от места происшествия.

Лионелла сверлит меня взглядом зелёных глаз, и ошеломление в них постепенно сменяется злобой.

— Ты… — она подступает ко мне, сжимая кулаки.

— Адептка Моран, вы меня слышали? — железным тоном осекает её Адамс. — Немедленно здесь приберитесь.

— Я?! — взвизгивает Лионелла. — Пусть нищебродка убирает! Она всё это устроила!

— Мьес Моран, не осложняйте своё положение.

Эти слова мигом залепляют ей рот. Трясясь от негодования, она хватает с пола первые попавшиеся предметы и уносит в кабинет.

Разжимаю занемевшую ладонь. Кольцо так вдавилось в кожу, что оставило на ней след. Быстро надеваю его на палец и присаживаюсь на корточки, складывая на поднос разбросанные детали. В голове настоящий сумбур.

Что вообще сейчас произошло? Моран открыто напала на меня? Прямо тут, перед классом с адептами и деканом моего факультета?

Похоже, она окончательно слетела с катушек! Неужели думает, что подобное сойдёт ей с рук только потому, что она аристократка, учащаяся за деньги, а я стипендиатка без титула?

Справившись с уборкой, возвращаюсь в комнату и пытаюсь заняться учёбой, но все мысли вертятся вокруг случившегося. Наконец часы показывают время ужина. Вот только есть совершенно не хочется.

Всё же поднимаюсь и на негнущихся ногах иду к двери, кладу пальцы на ручку и замираю. С той стороны доносятся знакомые голоса.

— Ничего я не делала! — раздаётся рассерженное шипение.

— Но твоя магия напала на неё. Все это видели.

— Ты что, веришь какой-то нищебродке, а не своей подруге?

— Я такого не говорила.

— Тогда иди и скажи, что она провернула с тобой то же самое, когда на тебе не было амулета.

— Хочешь, чтобы я соврала в глаза ректору? — вспыхивает Эрика. — Я и так всё для тебя делаю с первого курса! Хватает того, что ты хитришь на зачётах. Если у меня найдут те заговорённые перья…

— Тише! Мелкая тварь что-то скрывает. Нужны показания ещё одного человека, чтобы начали проверку. Эта гадкая сучка не так проста, как кажется.

— Даже если так, тебе-то какое дело?

— Из-за неё меня вызвали к ректору!

— Не будь ты на ней так зациклена, ничего бы не произошло!

Несколько секунд висит молчание.

— Пожила немного в одной комнате и уже спелась с этой нищебродкой? — ядовито тянет Моран и мстительно добавляет: — Что, больше не страдаешь по Кирни? Или она поделилась им с тобой?

Снова пауза, а затем надтреснутый голос Эрики:

— Я смотрю, тебе это доставляет удовольствие, Нелла. Ты никогда не умела просить, но сегодня перешла грань. — Звук шагов, пауза. — Ах да, руны и травологию делай сама.

Судя по всему, Эрика удаляется, а следом через какое-то время уходит и Моран.

Покидаю комнату, прокручивая в голове случайно услышанный разговор. Во-первых, я оказалась права: Моран действительно давила на больное, чтобы провоцировать Дюваль на конфликт со мной. Видимо, Эрика изначально не особо-то была настроена против меня.