"Фантастика 2025-22". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Хонихоев Виталий - Страница 537

— Это бред — говорит Майко, тряхнув волосами и покачнув своими достоинствами, плотно обтянутыми ее полувоенным френчем: — Юки-тян — встать в строй! Ямасита-кун! После урока — зайдешь в учительскую, будешь отрабатывать свою наглость и дерзость на уроке! Все! Упор лежа — принять! Двадцать отжиманий!

Пока мы отжимаемся, я думаю о том, что мы с Юки молодцы и смогли положить начало «легенде о Юки» и в этом мире. Невольная ассоциация Юки с Александром Македонским предполагает, что она все же станет властителем мира, а этот имидж работает на нас. Опять-таки контраст между амазонкой и валькирией Майко, чьи крутые бедра и перекатывающиеся под обтягивающей тканью мускулы явно давали понять, что их владелица в состоянии любого в бараний рог скрутить с одной стороны и хрупкой, изящной Юки с другой… никто не ожидал что председатель Литературного Клуба может вызов новому учителю по физкультуре бросить. А уж бросить и победить… сегодня по школе только и разговоров что об этом будет. Это у нас удачный старт.

Потому что это только посвященные знают, что эта вот «хрупкая» школьница у нас — реальная, всамделишная, что ни на есть настоящая правительница Бартама. Правда она там не императрица, там у нее какой-то другой титул был, должность избираемая, да и никто к ней по титулу не обращался. Потому что она была Драконоубийца. Видывал я того дракона, да. Вполне себе жива и здорова, угу. Впрочем, не о драконах речь. Речь о том, что у Юки на самом деле ресурсы в этом мире ограничены — если только она не собирается на полную катушку развернуться, с циклонами по всей Японии и природными катаклизмами. Несмотря на весь свой потенциал и опыт — у нас не так много времени, а спасать школу от драконов тут не требуется. Было бы, конечно, неплохо, но мысль «а давайте Пэну пригласим, она начнет школу атаковать, а потом Юки ее показательно в хвост и в гриву, вот и голоса у нас в кармане» — я отверг сразу же. Потому что, во-первых, Пэну в наш мир таскать — уже сомнительное удовольствие, она ж чувства меры не знает, спалит всю школу нахрен, во-вторых, знаю я чем Юки с Пэной могут заниматься в рамках этого самого «в хвост и в гриву», а в-третьих — ну не след нам Юки как мага светить. У нас Осенний Бал на носу, у нас в перспективе — сотрудничество с сестричкой Нанасэ, у нас — приведение кланов к послушанию и желательно во всем их разнообразии и вариативности, а не «тоц!» и на тебе, пожалуйста, нет никаких кланов, а только семьсот Хикэру-доно на Совете сама с собой заседает. Она может.

— Кажется кое-кто мухлюет с отжиманиями! — перед моим взглядом оказываются начищенные сапоги штурмбаннфюрера Майко: — Ямасита! Еще двадцать отжиманий с дополнительным весом! — и сапоги исчезают из моего поля зрения, а я чувствую, как на мою спину опускается что-то мягкое. Она села на меня!

— И — раз! — раздается голос сверху. Я отжимаюсь и думаю, что она совершенно точно ставит себе задачу меня потроллить. Откуда-то сзади раздается завистливый шепоток наших одноклассников. Конечно, отжаться с Майко на спине они может и не смогли бы, но почувствовать эти мягкие полушария своими лопатками — хотел бы каждый.

— А вы что уставились? — раздается окрик сверху: — тому, кто отожмется пятьдесят раз, Майко-сенсей покажет сиськи!

— Ора-ора-ора!!! — начинают с воплями отжиматься даже самые ботаники: — даешь пятьдесят отжиманий! Мы не сдадимся!

— Вот это дух! — ерзает на мне Майко: — Файтин! Гомбарэ! Вы способны на многое!! Девочки, кто отожмется пятьдесят раз — раздену Атсуши-куна и дам сфотографировать!

— Но… — раздается возмущенный крик от Атсуши: — Майко-сенсей! Но…

— Слово даю! — я не вижу ее лица, она все-таки сидит на мне, но я прямо-таки чувствую, что она сейчас скалится своей полухмылкой — полугримасой: — а я если чего обещаю, то выполню!

— В самом деле, девочки, давайте все вместе — узнаю голос старосты: — а кто сумеет — потом фоточкой поделится!

— Иошико-сама мы надеемся на вас! — кричат девчата с неприкрытым энтузиазмом. Я отжимаюсь молча и думаю про себя что у Майко — талант. Невероятный талант превращать все в балаган. Даже самые серьезные и скучные мероприятия, вроде урока физкультуры. Еще я думаю, что Майко в мундире а-ля «фрау-садистка» — очень даже привлекательна и давненько я к ней в спальню не прокрадывался, а если так подумать — то и не разу. Все время она сама инициативу на себя брала. Непорядок. Сейчас она — враг, а врага надо захватить в плен и допрашивать. Желательно ночью. До утра так вдумчиво допрашивать. Если сил, конечно, хватит. Можно с собой взять кого-нибудь… жалко, что Линда не в городе сейчас, у нее была парочка стоящих идей и наручники. И потом, Линда у нас настоящая арийская белокурая бестия, её присутствие в таком вот мундире будет очень даже в тему. Надо будет ей позвонить. В последний раз как я что-то от неё слышал — она вместе с Минору наперегонки с Хикэру-доно сокровищницы павших кланов потрошили. Я продолжаю отжиматься.

— Это четыре! — считает Майко, ерзая на мне своей упругой попой. От попы тепло и даже как-то уютно. Хотя на самом деле это уже пять, но похоже она решила меня троллить до конца.

— Кто-нибудь, отстегните меня пожалуйста — говорит бедняга Маэда с турника: — я тоже отжиматься хочу…

Глава 26

POV Сатоми Хасэгава, заместитель директора по учебной части

Директор Хитоши очень не вовремя получил апоплексический удар. Сатоми прекрасно понимала смысл поговорки «сердцу не прикажешь» в анатомическом ее значении. Ни сердцу, ни усталым рукам, ни изношенным сосудам ничего не прикажешь, а директор трудился едва ли не больше всех. Он задерживался на работе каждый божий день и перерабатывал постоянно, иногда даже спал на работе. И Сатоми могла бы посочувствовать этому, если бы не два фактора. Первый — она совершенно точно знала, что директор практически ничего не делает и второй — в настоящее время она занимала его кабинет. А потому совершенно точно знала количество журнальчиков для взрослых, пустых бутылок из-под сакэ и соджу, знала, что на новеньком мощном компьютере с отличным, оплаченным интернетом на год вперед — рабочая папка занимала едва ли два процента от общего занятого пространства на диске. Все остальное было занято видеоиграми, фильмами, фотографиями… всем, что вы можете найти на компьютере какого-нибудь хикки, живущего в подвале у мамочки.

Тем не менее, Сатоми уважала директора и понимала, что тот имеет право на свои небольшие слабости. Ведь главное, что делал директор — это держал флаг, отстаивал честь и имидж Тринадцатой школы перед проверяющими из Министерства, перед надоедливыми родителями и общественными организациями по охране детства, перед полицией и СКПУ — последние держали школу на учете. И конечно же — перед акционерами. Как и многие школы в Сейтеки, тринадцатая — была частной. Получала субсидии от государства, но отвечала и перед Советом Директоров. «Мунлайт Инк» специализировалась на содержании учебных заведений всех типов — от детских садов и ясель до институтов и специализированных училищ. Также они создавали учебные курсы для инженеров и специалистов на производстве — по технике безопасности, по технологиям управления, языковые курсы и прочее.

И Хитоши-сан был для школы такой вот связкой с внешним миром. Сейчас, пока он лежит в больнице, его место заняла Сатоми. Приятно посидеть в кожаном кресле с высокой спинкой и наконец-то работать на новенькой клавиатуре, где не западают буквы, смотреть в монитор с нормальным разрешением, да просто чистый и без царапин! За окном открывался чудный вид на школьный стадион, а обогреватель в кабинете был невероятно мощный — при желании она могла бы поставить его на максимум и через двадцать минут тут было бы как в финской сауне. Если сравнивать с вечным холодом в учительской, то тут был просто рай. Конечно, подумала Сатоми, почему бы и не быть директором в таких вот условиях. У него еще и секретарь есть, вот ни в каких школах города секретаря нет, а у нас — есть. Аяна-тян, низенькая и пухленькая коротышка, удивительно быстрая для своей комплекции. Сатоми очень сильно подозревала, что именно Аяна и делала всю скучную работу за директора, пока тот сидел за компьютером, потягивая сакэ и хихикая над очередным фильмом из его обширной коллекции эротического кино.