"Фантастика 2025-44". Компиляция. Книги 1-26 - Арсентьев Александр Сергеевич - Страница 357

— Смотрите, пацаны, — тихо затараторили джигиты, — магазин вон там. Мы здесь, в сторонке постоим, а то они нас знают, чтобы вас там не раскусили.

И вот мы с Лёвой отправились в магазин за вином. Я в этой жизни — в первый раз, а вот и Лева — явно даже не второй. Конечно, картинка была та еще: двое боксеров тайно перелезают через забор, чтобы купить подпольный алкоголь… Да если бы мне кто-нибудь рассказал об этом еще пару часов назад, я бы послал его куда подальше! Но жизненные повороты иногда бывают непредсказуемее и оригинальнее любых фантазий.

— Миш, разговаривать буду я, — сказал Лева, когда мы подходили ко входной двери магазина. — Будем надеяться, что моя взрослая и солидная внешность сработает и нам все продадут. А ты уж будь рядом на подхвате, в случае чего поддержишь.

Я кивнул и открыл дверь, пропуская Леву. Изнутри помещение выглядело как самый обычный советский сельмаг. Нехитрый и не самый богатый ассортимент товаров частично компенсировался их массовой выгрузкой на витрины — как говорится, старожилы помнят. Грязноватый прилавок и такие же весы с качающейся стрелкой пустовали в ожидании покупателей, как и массивные деревянные счеты, которые для детей будущего будут выглядеть уже как бессмысленное соединение никак не связанных между собой составляющих.

Полноватая продавщица средних лет уставилась на нас, как только мы вошли в магазин. В эту минуту мы были здесь единственными посетителями, и взгляд продавщицы заставил меня заподозрить, что она прекрасно понимает, за чем именно мы к ней наведались.

— Вам чего? — казенно спросила эта явно уставшая тетка за прилавком.

— Нам бы это… — Лева ловко щелкнул себя пальцами по кадыку, как завсегдатай подобных заведений. — Пару бутылок!

— Никаких бутылок, — отрезала продавщица. — Ты чего, думаешь, что я не вижу, сколько тебе лет?

— А сколько… — вдруг залепетал Лева. Такого отпора он явно не ожидал.

«Ну вот, начинается», — с тоской подумал я. «Как бы эта царица торговли еще сейчас подмогу не позвала. Скандалов не оберешься».

— Да хватит вам тут выкобениваться, что ли! — раздраженно воскликнула продавщица. — А то я не знаю вас таких! У меня у самой вон племянник по магазинам так шастает. Самому пятнадцать лет, сопляку, а вымахал уже под два метра, усы выросли, и некоторые умудряются думать, что ему лет двадцать. Ага, сейчас! Нашли тут дурочку с переулочка! Брысь отсюда, пацанье!

Лева огорченно пожал плечами и уже было собрался разворачиваться, чтобы выходить из магазина, как вдруг мне пришла в голову спасительная мысль:

— Так мы же не себе покупаем-то! — выпалил я, стараясь говорить как можно более напористо, чтобы продавщица не успевала осмыслить и придумать аргументы против. — Это мой дядя нас попросил купить!

— Н-да? — продавщица недоверчиво сощурилась, с подозрением глядя на меня. — А чего же твой дядя сам сюда прийти не может, если такое дело?

— Да он ногу подвернул сильно, — не моргнув глазом, выдал я. — Лежит сейчас на диване, охает, по дому еле-еле передвигается. А у вас, говорит, такое вкусное вино продают на Кавказе, что пусть хоть умирать буду, а должен его еще раз отведать!

— Прямо так и говорит? — смягчилась продавщица, улыбнувшись.

— Ну да, — продолжал я гнать свою пургу. — Говорит, ради такого вина только и жить стоит на свете, и что если бы он не ногу подвернул, а обе руки сломал, то тогда бы все равно пришел и в зубах сумку с вином нес, лишь бы только не упустить шанс полакомиться этим напитком богов!

— Ох, складно поешь, хитрец, — продавщица засмеялась и полезла куда-то под прилавок. Что-то там поискав, она извлекла на свет две бутылки вина. — Ладно, что с вами делать. Сочиняешь ты наверняка, но уж больно красиво!

Я толкнул Леву в бок. Он понял, торопливо подошел к прилавку и положил врученные ему деньги, забрав сумку-авоську с двумя бутылками вина.

— Ты бы, парень, между прочим, сам лечился лучше, — уже серьезно сказала продавщица вслед Лева, который до сих пор продолжал чуть-чуть прихрамывать. — Дядя-то, конечно, дядей, но если такие вещи не лечить, все это может плохо закончиться. А ты еще молодой, у тебя вся жизнь впереди!

На улице нас ожидали наши новые знакомые, которые, будучи не в силах ждать, уже подбежали поближе к магазину и приплясывали от нетерпения.

— Ну что, ну как? — окружили они нас, как только мы показались в магазинных дверях. — Все получилось?

— А ты сам не видишь, что ли? — усмехнулся Лева, протягивая парню сумку с вином. — Вот, все как заказывали, в лучшем виде!

— Спасибо вам, ребята! — наперебой загалдели радостные кавказцы. — Выручили, как родные! Слушайте, у нас завтра здесь танцы будут вечером в клубе. Приходите в гости! Пообщаемся, отдохнем, познакомимся поближе!

— Не уверен, что получится — у нас все-таки режим и расписание очень жесткое, — задумчиво проговорил я. — Тренер строгий — все развлечения запрещены, а если что, сразу обратно домой высылает. Но спасибо вам за приглашение, мы будем иметь в виду и если вдруг получится, то придем!

Наскоро попрощавшись с нашими новыми знакомыми, мы поспешили к пресловутой дырке в заборе. Мы отсутствовали уже довольно долго, и тренеры вполне могли нас хватиться, тем более что наступало время ужина.

Когда мы, запыхавшись.вбежали в столовую, Григорий Семенович подозрительно посмотрел на нас:

— И где вы были, что аж к ужину чуть не опоздали?

— Да мы гуляли просто, Григорий Семенович, по территории! — заверил я. — Ну местность-то незнакомая, а природа вон какая красивая — горы, леса! Мы и забрели далеко, не рассчитали. А когда спохватились, припустили обратно бегом.

— Леса, говорите? — задумчиво переспросил Григорий Семенович. — Горы… Ну, это-то конечно, да, горы… Ну ладно, идите ужинать. Да, и вот еще что! Мне только что сообщили — завтра утром будут проводиться тесты и замеры по функциональному состоянию. Ребята все уже в курсе, вот вам отдельно говорю.

Ну, тесты так тесты. С завтрашнего дня в любом случае пахота начинается, так какая разница, с чего ее начинать. На ужин мы набросились так, как будто голодали с неделю — дал о себе знать переизбыток впечатлений первого дня пребывания на спортбазе. Несмотря на это, я время от времени бросал взгляд на товарищей и заметил, что свердловские динамовцы смотрят на нашего Бабушкина так выразительно, что не оставалось ни малейших сомнений: их конфликт не затух, он продолжится здесь, на базе. И вспышка может произойти абсолютно в любой момент. Поэтому следовало все время быть начеку.

— Слушай, Мишаня, — обратился ко мне Сеня, сидевший рядом со мной за столом. — Я посмотрел во время турнира, как ты работаешь на ногах, и просто обалдел! Ты можешь научить меня так же?

— Я что тебе, тренер, что ли? — ответил я и мысленно усмехнулся: а кто же я, интересно, если не тренер. Вот только знать об этом никому, кроме меня самого, не полагалось.

— Нет, ну тренер — не тренер, а как-то же ты этому научился, — не унимался Сеня. — Наверно, какие-то специальные упражнения для этого есть. Покажешь?

— Покажу, покажу, — засмеялся я. — Поесть только дай мне спокойно, пожалуйста.

— А, нет-нет, ты ешь, конечно, — засуетился Сеня, — а после ужина пойдем на площадку возле корпуса?

— Ох. Пойдем, — вздохнул я с притворной усталостью, — что же с тобой делать-то. Ты же ведь не отстанешь?

— Не отстану! — радостно подтвердил Сеня.

Площадка находилась действительно в непосредственной близости от нашего корпуса — видимо, подразумевалось, что в погожие теплые дни тренировки могут проходить и на свежем воздухе.

— Ну вот смотри, — я начертил носком ноги на земле крест и встал в левую нижнюю его часть. — Ты должен мысленно начертить такой же крест и в этой точке встать в стойку.

Сеня повторил мои действия.

— Вот так, — одобрил я и начал показывать правильные движения в медленном темпе, чтобы приятель успел все разглядеть и запомнить. — Теперь левую ногу выставляешь за горизонтальную черту, а левой рукой одновременно наносишь удар прямо. Попробуй!