"Фантастика 2025-46". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Шкенев Сергей Николаевич - Страница 746

Слева от казарм виднелись арена и бывшие конюшни, ныне логово нежити. Впереди находился господский дом, а мимо него дорожка вела в расположенный у противоположной стороны поместья гараж, все пространство между строениями было засажено невысокими, примерно по пояс взрослому человеку, кустами. А среди них виднелись дорожки, выложенные деревянными плахами.

Ни живых, ни мертвых в округе видно не было. Слова лекаря о матче, а точнее, о том, что местные болельщики его не пропустят, подтвердились. А в том, что игра состоится, я убедился сам, включив приемник охраны. Что ж, будем надеяться, что и все дальнейшее пройдет как по маслу.

Расстояние до гаража мы преодолели в бодром темпе. Первым шел Блохин, чтобы, если уж и заметит нас кто, в первые секунды не принял за чужаков. А там уже будем действовать по обстоятельствам. Разогнав перед выходом скорость сознания, снижать ее я не собирался, а значит, в оценке ситуации и скорости принятия решений у меня была приличная фора. Но, к счастью, это так и осталось лишь мерой предосторожности.

Мы вошли через боковую пожарную дверь, оказавшуюся не запертой. Просторный бокс на три машины закрывался большими двустворчатыми дверями, выходящими на забетонированную площадку. Как и предполагал лекарь, механик ушел смотреть игру к местному повару, с которым нежно дружил. Мне эти подробности были неинтересны, хотя и облегчали задуманное.

Из трех мест в боксе в данный момент было занято всего одно. Мощный армейский внедорожник, правда, в гражданском варианте, казался идеальным для нашей задачи. Усадив и пристегнув девочек на заднем сиденье, я отправился открывать ворота гаража.

Проблем с этим не возникло. На территории все так же никого не было видно. Будка привратников находилась метрах в тридцати от нас, самое время подумать, как покинуть поместье. Главные ворота не распахивались, а сдвигались в сторону, скользя по желобу. Следовательно, тараном дело не решить. Я уже собрался пойти и тупо перебить всю охрану, когда из будки выскочили двое, а створка медленно начала открываться.

Отступив к машине, чтобы не палиться раньше времени, мы наблюдали, как на территорию въезжают три машины, похожие на наши.

— Шилов… — потерянным голосом произнес лекарь. — Он же не должен был сегодня приехать!

Я ухватил Блохина за ворот и притянул к себе, смотря ему прямо в глаза.

— Сейчас ты сядешь за руль и поедешь до ближайшего места, где есть отделение СИБ. Это приграничная полоса, они должны быть в каждом поселке или военной части. Там ты при как можно большем скоплении народа покажешь девочек и объяснишь, что тут происходило. Ты сделаешь это, чтобы хоть немного искупить свою вину перед ними. Если же испугаешься за свою шкуру, то знай, то, что с тобой было, и то, что ты видел здесь, лишь слабое подобие того, что я сделаю с тобой, если девочки не попадут к сибовцам. Ты понял меня?

Разговаривая с ним, я попробовал применить недавно выученную мной технику из базы Саи. Суть заключалась в том, что эмпат может не только чувствовать чужие эмоции, но и транслировать свои. Для меня это являлось пределом, но вот сейчас я точно знал, что мой посыл, сконцентрированная уверенность и обещание страшных мук дошли до адресата. Лекарь сидел как кролик перед удавом. Он даже не моргал. Я встряхнул его, приводя в себя. Блохин покачнулся, очнулся и тут же кинулся к машине, постоянно оглядываясь на меня. Теперь я точно был уверен, что он довезет девочек и сделает все, как надо.

Действовать решил предельно нагло. Моя задача — не допустить погони. Нежити я не опасался. Наверняка Гончие знают, что это местная машина, и вряд ли погонятся за ней. А ведь ее еще догнать надо.

Я сел на переднее кресло и, как только последняя машина конвоя Шилова заехала на территорию поместья, приказал гнать к воротам и сигналить. Расчет на неожиданность оправдался. Все-таки охрана тут расслабилась, привыкла, что они в безопасности и основная угроза может прийти только снаружи. Закрывающиеся за машинами кортежа ворота дрогнули и остановились, а один из привратников направился нам навстречу, видимо, чтобы выяснить, что случилось.

Приказал Блохину подъехать так, чтобы охранник оказался возле моей двери. Видимо, какие-то остатки бдительности у стража все же имелись, ибо стоило мне открыть дверь, как он схватился за револьвер и попытался взять меня на мушку. Но сделать это, когда тебя бьет током, оказалось довольно проблематично, и все, чего он смог добиться, — это нажать на курок. Скорее всего, это было не результатом приложенных усилий, а результатом непроизвольных сокращений мышц, вызванных воздействием электрического тока. Короче, пуля полетела совсем в другую сторону, выбив из стены приличный кусок камня.

Нейтрализовав первого охранника, я выпрыгнул из машины и выстрелил из трофейного револьвера, добытого еще в тюрьме, во второго. Умудрившись не получить в лоб, вторым выстрелом добил все еще корчащегося на земле первого. Шансов на то, что три выстрела подряд остались незамеченными, не осталось. Поэтому, рявкнув Блохину, чтобы сваливал отсюда как можно быстрее, я захлопнул дверь машины и направился в сторону господского дома. Жутко не хватало музыки Морриконе, ковбойской шляпы и шаров перекати-поля, несомых ветром. За моей спиной машина с девочками выскочила за ворота и, ревя двигателем, понеслась по дороге.

Злая боевая ярость поднималась во мне с каждым ударом сердца. Высадившиеся из кортежа люди рассыпались по площадке перед домом, укрываясь за машинами, клумбами и колоннам и беря на прицел. Однако в данный момент меня это мало волновало. Я не Рембо, чтобы в одиночку разогнать несколько десятков врагов одним ножом. Но и отступать не собирался. Создав перед собой щит, выпустил серию снарядов по автомобилям. Целился в моторы, и через пару десятков секунд мощные внедорожники стали грудой железа. Сдвинуться с места самим им больше не светило. Пули разных калибров застучали по моему щиту. Я попятился, создавая перед собой его дубликат и начиная обстреливать теперь уже свиту Шилова.

Мне было необходимо связать их боем, чтобы дать возможность уйти Блохину. Мало ли какие запасы есть в поместье. Может, и машина найдется. Так что, укрывшись щитом и регулярно его меняя, когда старый начинал проседать, я обстреливал попрятавшихся противников зарядами с ледяной водой, электричеством и кислотой. Каждый раз, когда жгучие брызги окатывали очередного врага, заставляя его визжать, в душе проскальзывало злорадное удовольствие.

Идиллию позиционного боя нарушила пуля, прилетевшая из башни над гаражом. Стрелок промазал, и пуля вжикнула у меня над головой, заставив, однако, вспомнить, что мы тут не одни и есть еще целая казарма охраны. Отправив пару зарядов в сторону башни, я начал прикидывать пути отступления. По всему выходило, что уйти мне не дадут. Но это не означало, что я не буду пытаться.

Однако жизнь оказалась гораздо более хитрой штукой, чем можно было подумать. В голове у меня с самого начала боя раздавался писк наподобие комариного, на который я совсем не обратил внимания. Теперь же он стал оглушительно громким, сменившись затем дикой смесью из крика, воя, хохота и плача. Все это словно взорвало мой мозг дикой болью, заставив упасть на колени, зажать голову руками, а затем свернуться в позу эмбриона, чтобы хоть как-то уменьшить боль. Перед глазами плавали цветные пятна, но и через них я сумел разглядеть единственный возможный источник моего состояния. Возле багажника третьей машины стоял и в упор смотрел на меня Лич.

Немертвый маг значительно отличался от того, которого я подстрелил почти год назад. Если тот ходил в рванине и разумом не особо отличался от остальной нежити, то этот был облачен в длинные одежды, чем-то похожие на земные монашеские рясы, и даже кости черепа прикрывала ткань. Но главное, в его глазах присутствовало абсолютное осознание того, что он делает. И все это ставило его гораздо выше по шкале опасности, даже если не учитывать ментальную атаку, которую мертвяк провел по мне. Если это не эмиссар нежити, я съем свою несуществующую ковбойскую шляпу.