"Фантастика 2024-148". Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Малунов Николай Александрович "Дневники Бродяги" - Страница 702

– И малефик, и некромаг, и призывающий чародей, и маг Леса, и стихийный волшебник, и рунный маг, и алхимик – за несколько лет до катастрофы они начали обращаться к архивам, где хранились трактаты по магии крови и созданные для ее ритуалов артефакты. Кто-то обратился к сангвинемософии за четыре года до трагедии, кто-то за три, кто-то, как Энрике, – за полгода. И, что самое интересное, они, судя по всему, прошли реинициацию на сангвинемософию.

– Реинициацию? – переспросил Тидид. – Не дополнительную инициацию, а полную реорганизацию Локусов Души на новую магию? Зачем?

– Зачем – не знаю. Однако точно известно, что Ян Тохаус-Шират, Чарльз Линдслам, Джулио д’Эсте и Энрике Сервет перенастроили Локусы Души. Самые достоверные сведения имеются по д’Эсте – он реинициировался Клавдием Зарроном, моим заведующим кафедрой магии крови. Малефик реинициировался в Черной империи, Линдслам на Архипелаге, а Сервет – у эльфов Крови в Северных территориях. Об остальных точно сказать не могу, но поскольку Майнэ видели на Архипелаге, на тех же островах, что и Линдслама, а фон Урах путешествовал в Северные царства, то можно предположить, что реинициировались и они.

– А тагборка? Лиссандра?

– К сожалению, с орденами Тагбора у меня плохо налажены связи. Да и не только у меня. Но Заррон изучал труды по сангвинемософии в королевской библиотеке северных кланов и консультировался с тагборскими жрецами Уорлука Сияющего по некоторым вопросам магии крови. Так что перенастроить Локусы Души Лиссандра могла и дома. В общем, из семерых магов, внезапно заинтересовавшихся сангвинемософией, о четверых доподлинно известно, что они реинициировались, а остальные трое реинициировались с высокой долей вероятности.

– Вы еще упоминали Мирту, мастер Эвиледаризарукерадин, – напомнил Сервет.

– Что касается Города Магов, то, как я уже говорил, Энрике Сервет посещал его незадолго до отбытия в Шастинапур. А также его посещали Ян Тохаус-Шират и Вильгельм фон Урах. В разное время, на разный срок. Осведомителей в Мирте у меня нет, а из магов-исследователей, увы, плохие наблюдатели.

Гордий скрыл улыбку. Как всегда, Эвиледар лукавил. Наверняка имелись у него глаза и уши и в Тагборе и в Мирте – но Эв признается в этом разве что на Суде Истины.

– Впрочем, я считаю, что они, скорее всего, посещали Роамна Теллерика.

– Кто это? – резко спросил некромаг.

– Шард-а-аротский телерид и величайший сангвинемософ во всем Равалоне.

– Он как-то связан с Шастинапуром?

– Не стоит выносить поспешных суждений. Книги по магии крови как-то связаны с Шастинапуром? Или библиотеки, где они хранятся, как-то связаны с Шастинапуром? Новоиспеченные сангвинемософы жаждали знаний, а кто лучший в этой области? Роамн Теллерик. Смущает, конечно, тот факт, что Роамн не особо известен широкой публике. Да и среди сангвинемософов немногие слышали о нем. Ну а больше всего смущает, что месяц назад я получил письмо от Роамна.

– Как все становится интересно, – восхищенно сказал Кашьяпа.

Архиректор замолчал и удивленно посмотрел на жреца. Он совсем позабыл о присутствии якши в комнате. Южанин стоял позади стола, за моделями, практически незаметно для остальных. Опять эта невнимательность, чтоб ее! Когда в Шард-А-Ароте Эвиледар согласился на эксперимент с обработкой сознания, он и представить не мог, какие последствия его ждут. О, плюсов много, почти одни сплошные плюсы, да вот минусы нет-нет, да напомнят о себе в самый неподходящий момент. Южанина, конечно, как и даларийца, проверяли и перепроверяли, но Конклав в последнее время научился многоходовым комбинациям с использованием агентов, не ведающих, что они агенты, или агентов с набором разных личностей под многообразные ситуации. Стоит следить за тем, что говоришь.

– Да, я получил письмо от Роамна. Обычные любезности, банальные фразы. И просьба встретиться с одним из моих Магистров, который в кандидатской работе рассматривал чары крови в перспективе новейших магических достижений. – Эвиледаризарукерадин задумался, рассматривая разбухающую темноту в центре модели эфирной динамики Шастинапура. На соседнем изображении в центре города разгорались черные костры.

– И? – нетерпеливо спросил Сервет. Некромаг волновался и не скрывал этого.

– И? Ах да, простите… Роамн, значит. Конечно, столь неожиданный интерес со стороны затворника, да еще на фоне открывшихся обстоятельств, настораживает. Но все же я решил, что это нам на руку. Так или иначе нам пришлось бы искать подходы к Роамну, а тут на ловца и зверь бежит. Магистра в Мирту я отправил.

– Он знает? – поинтересовался Тидид.

– О возможной связи Роамна и катастрофы в Шастинупуре? Нет. Он должен вести себя как обычный молодой маг, встретившийся со старым магом. Если, подчеркиваю – если вдруг существует некая взаимосвязь между Роамном, махапопской семеркой и Великим Прорывом, если мы действительно нащупали что-то реальное, некий умысел, то нельзя дать понять, что мы об этом знаем. Магистр должен вести себя естественно. Лишние знания – лишние волнения. Роамн не только величайший знаток магии крови, но и телерид. Он легко заметит странности в поведении гостя.

– Но как же тогда ваш Магистр что-то обнаружит? – раздраженно спросил Сервет. Видно было – он готов хоть сейчас сорваться с места и отправиться в Мирту допрашивать Теллерика.

– Он не лазутчик, чтобы что-то обнаруживать, – усмехнулся Архиректор. – Это простая встреча.

– Какие заклинания на него наложены? – деловито спросил Тидид.

– Еще раз – это обыденный разговор двух магов. Никаких заклинаний.

После этих слов Тидид окончательно убедился – в Мирте у Эвиледара осведомители есть. И они будут внимательно следить за «обыденным разговором двух магов».

– Но если что-то пойдет не так? Если вдруг после встречи с Роамном твой Магистр начнет собираться, скажем, в Туллистан или в Преднебесную империю? И вещать о новой магии, которая изменит мир?

– Вот тогда, думаю, мы сможем задать Роамну вопросы, для которых имеются основания, да и Архонтам будет что предоставить, кроме наших догадок и предположений. Ну а Уолта я в Туллистан, и уж тем более в Преднебесную, не отпущу. Уж поверьте.

Тидид верил. Эвиледар скорее прихлопнет своего Магистра, чем позволит тому дискредитировать Школу, устроив локальный конец света. Хотя прихлопнет – это уже крайний случай. Заблокирует Локусы Души и бросит в карцер, связанного по рукам и ногам. И будет потом хвалиться своим гуманным отношением к подопечным.

– Я так понимаю, предлагаете подождать возвращения вашего Магистра из Мирты? – Поднявшийся из кресла Сервет подошел к столу. – Считаете, что этих моделей недостаточно?

– Разумеется. Ни для меня, ни для Архонтов.

– А если… если он вернется – и ничего? Совсем ничего? Будет заниматься теми же делами, что и до встречи с этим величайшим сангвинемософом? Что тогда? Где вы будете искать доказательства?

– Доказательства? Мастер Сервет, я же уже обозначил свою позицию. Работая вместе с вами, «Оракулом» и орденом Шанкхи, я ищу опровержение своих взглядов, а не доказательства истинности ваших. Поведение моего Магистра не изменится – ну и хорошо. Продолжим искать дальше.

– А вдруг Магистр не возвращаться? – неожиданно сказал Кашьяпа, выглядывая из-за моделей. – Вдруг он исчез в Город Маг?

– И действительно, – согласился Тидид, хитро ухмыляясь. – Без наблюдателей в Мирте, и уж тем более без готовой оперативно действовать команды, как нам реагировать, если этот Уолт не вернется? Если Роамн захватит его и устроит второй Великий Прорыв в Мирте? Раз он затворник, то о нем мало что известно, верно? Вдруг кроме четырех основных сект Отверженных существует еще и скрытая пятая? Какие-нибудь Фанатики Крови. И Роамн их возглавляет. Нападут Фанатики на Магистра – и что тогда?

– Во-первых, он не просто Магистр, а боевой маг. Так просто его не взять. Во-вторых, разве это будет не тем самым доказательством, которое вам так нужно? Ну и, в-третьих, – Архиректор улыбнулся, – я подстраховался.