Не щелкай клювом, или Подножка для препода (СИ) - Мордвинцева Екатерина - Страница 35

— Она воровка! Воровка! Верни моё тело, гадина! — тянула она ко мне руки.

— Ничего я у вас не крала. Я, так же, как и вы пострадала, — попыталась я оправдаться.

— Тихо! — вновь прогремел голос мистера Илвурста. — Ничего не понимаю…

— В общем, — продолжил ректор, когда миссис Етлес немного успокоилась и перестала кидаться на меня. — Вот ваша настоящая дочь, — указал он на девушку с моим телом. — А это, — указал на кидающуюся на меня дамочку, — Васаита Етлес — член попечительского совета Академии элементалей, а третья девушка — наша адептка, — указал он на меня.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— О, всемогущие Боги! — запричаталась миссис Илвурст, ринувшись к настоящей дочери.

— Саяра, прекрати с ней сюсюкать! — остановил жену мужчина. — Если бы эта негодница не сбежала, ничего бы не случилось!

— К чему сейчас это?! — возмутилась матушка девушки. — Главное, что она жива и здорова.

— Как же?! Случится с ней что-то! Вместо того, чтобы за ум взяться и к свадьбе со своим женихом готовиться, она шашни с каким-то безродным водит.

— Отец!

— Вы совсем меня не знаете! — вмешался Франсторс.

— И не желаю знать! Вон из моего дома!

— Отец! Ты не посмеешь! Если выгонишь Энтони, то и я уйду следом! — пригрозила настоящая Эсмина.

— Уйдет она! В комнату к себе уйдешь и будешь там сидеть до самой свадьбы!

— И почему я должна слушать весь этот бред? — фыркнула миссис Етлес.

Я даже не заметила, как она покинула дом. Очнулась лишь тогда, когда нарастающий скандал остановил ректор.

— А теперь послушайте все меня! Пока Эсмина Илвурст и Ребекка Оздерн являются адептками Академии элементалей, ответственность за них лежит на мне. А это значит, что сейчас решать где им быть и что делать буду я!

— Я её отец!

— А я государственный служащий. На своё место я поставлен самим королем, и мои полномочия — это его воля. Или вы желаете спорить с Его Величеством? — с вызовом спросил Нортон у отца Эсмины. Тот благоразумно промолчал. — Вы, молодой человек, сейчас возвращаетесь домой. Свои любовные дела будете решать в другое время. Адептки отправляются со мной в академию, родители смогут увидеть дочь в установленные для встреч с родственниками часы. В остальном будете решать свои проблемы на спокойную голову. Но имейте в виду, господин Илвурст, что я буду всячески отстаивать право девушки на обучение.

Отец Эсмины недовольно скривился, явно не разделяя точки зрения ректора.

— Бегхард, ну как же так? Сделай же что-нибудь! — умоляла матушка Эсмины своего супруга, глядя, как ректор уводит её дочь.

— Хватит причитать! Пусть идет! А я ещё до самого короля дойду!

Больше мы уже ничего не слышали, так как вышли на улицу.

— Кто видел где миссис Етлес? — наконец спросил у нас ректор.

Я пожала плечами:

— Она как-то неожиданно исчезла.

— Придется ехать к ней домой. Живо в карету! — приказал Нортон.

— Господин ректор, — остановил его Энтони. — Позвольте поговорить с Эсминой.

— Молодой человек, я вам все сказал. Возвращайтесь к себе и дождитесь, пока её отец остынет. Потом улаживайте с ним отношения. Как только получите его благословение, то можете приехать навестить девушку на правах официального жениха.

— Но…

— Никаких «но»! — отрезал ректор. — Мисс Илвурст, я жду!

***

Какое-то время Эсмина молчала, уткнувшись взглядом в сложенные на коленях ладони. Лишь когда мы отъехали от её дома на приличное расстояние, она решилась заговорить.

— Простите меня, господин Нортон. Теперь из-за меня у вас будут крупные неприятности, — подняла на ректора виноватый взгляд.

— Вам не об этом стоит думать, мисс Илвурст. Свои проблемы я смогу уладить, а вот вам будет куда сложнее решить ваши.

— Вы правы, — согласилась девушка. — Даже не знаю, как мне быть дальше.

— Для начала решим вопрос с вашей внешностью, а уж потом постепенно и об остальном подумаем.

Ухватившись за эту тему, я решила отвлечь Эсмина от грустных мыслей о её семье.

— Господин Нортон, а как мы сможем опять телами обменяться? У вас есть зелье?

Ректор усмехнулся.

— Тут одним зельем не обойтись. Придется ехать к придворному магу.

— Но ведь в таком случает все станет известно, — испугалась я неминуемых последствий.

— Это и так не удастся скрыть. Лучше уж мы сами обо всем расскажем, чем это сделает кто-то сторонний.

— Наверное, вы правы. А если миссис Етлес не согласится с нами ехать?

— И с этим тоже смогут помочь при дворе. Незаконное владение чьим-то телом, будь то физическое или ментальное, является преступлением, — пояснил Нортон. — Если кто-то решит оказать сопротивление при устранении этого факта, то это чревато попаданием под арест.

— И нас арестуют? — встрепенулась Илвурст.

— Разумеется нет, — успокоил её ректор.

— Но ведь это все из-за нас.

— Я думаю, что это лучше оставить между нами, — подмигнул нам мужчина. — Для всех остальных вы занимались в лаборатории практической работой. А то, что произошёл взрыв, это лишь случайность. Вы меня поняли? — настоятельно уточнил Нортон.

Мы послушно кивнули.

Особняк четы Етлес находился в живописном районе города практически на берегу полноводной реки. Высокие деревья охраняли его покой, скрывая от посторонних глаз.

Как раз-таки у ворот поместья мы и застали скандалящую Васаиту Етлес. Ещё на подъезде были слышны её крики:

— Остолоп! Немедленно впусти меня!

— Мисс, прекратите скандалить, — твердил ей слуга по ту сторону ворот. — Если вы не прекратите, я буду вынужден вызвать служителей порядка.

— Да как ты смеешь?! Я хозяйка этого дома! Я Васаита Етлес! Сейчас же позови моего мужа!

— Ага, — хмыкнул слуга. — Уже бегу!

— Да как ты смеешь дерзить мне! Уволен! — орала дамочка.

— Ишь, напугала она меня! Иди отсюда по добру, по здорову.

— Дурень! Открывай, кому велено!

Как только карета остановилась, Нортон вышел из нее, не дожидаясь нас, и направился к слуге у ворот.

— Любезный, — обратился он к мужчине. — Сообщи хозяину, что с ним желает встретиться ректор Академии элементалей Альберт Нортон.

Слуга с почтением поклонился гостю.

— Сию минуту, господин Нортон, — покосившись на скандалящую девицу, он засеменил к дому.

— Что вы тут делаете, Нортон? — зашипела на него Етлес.

— Вас спасаю, — спокойно ответил ей ректор.

— А вас об этом не просила.

— Вот как? — удивился тот. — То есть и ваше тело вам не нужно?

Мы всё ещё продолжали сидеть в карете, не решаясь показаться на глаза разъяренной женщине.

— Зачем оно мне? — Етлес сложила руки на груди, с вызовом глядя на Нортона. — Это куда лучше прежнего: молодое, не дурное собой. Конечно, не такое эффектное, как моё, но… Молодость стоит того, — рассмеялась она.

— Миссис Етлес, вы не хуже меня знаете закон.

— Любой закон любит деньги, — оскалилась дамочка. — а у моего мужа они в избытке. Думаю, он не откажется от такого подарка от меня, — обвела она руками изгибы тела Эсмины, отчего та едва не выскочила из кареты. В последний момент я остановила ее. — Думаю, как мужчина вы поймете.

— Если вы добровольно не последуете за нами, я заставлю вас силой.

— Да? Ну давайте! — дамочка протянула руки к Нортону. — Я люблю решительных мужчин, — промурлыкала она, но ректор её оттолкнул.

— Вы жалки!

— Аккуратнее со словами, господин ректор! Не забывайте, с кем вы говорите. Я не одна из ваших адепток!

— А я не один из ваших любовников, миссис Етлес! — парировал Нортон как раз в тот момент, когда к воротам подошёл супруг дамочки.

— О чем вы? Кто это?

Испугавшись назревающего скандала, мы всё же были вынуждены покинуть своё убежище.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Глава 20

Дэрен Морфайн

Очнувшись, я почувствовал, что лежу на чём-то твёрдом, и тело моё закостенело в неудобном положении: мышцы свело, было неудобно, а ещё жуткая боль пульсировала в голове. Из-за этой боли мысли почти не ворочались, превратившись в ленивцев, зависших в неподвижности на ветке дерева. «Где… Я… Что… со мной…А?» — с большим трудом оформился вопрос. Я шевельнулся, тронул рукой затылок, нащупал тряпку и очень этому удивился. С трудом сел, огляделся. Это моя аудитория.