Цикл "Детектив Киёси Митараи. Книги 1-8" (СИ) - Симада Содзи - Страница 612

Преждевременная смерть родителей от туберкулеза легких глубоко напугала Муцуо уже позже, когда он стал взрослым. В то время туберкулез был буквально неизлечимой болезнью. Этот диагноз был равносилен смертному приговору, и семей, заразившихся туберкулезом, обычно сторонились, исходя из чувства самосохранения, свойственного сельским жителям.

Началась новая жизнь семьи Тои, бабушки, давно вышедшей из трудоспособного возраста, и двух ее внуков. Конечно, жизнь была бедной, но Инэ смогла вырастить двух своих маленьких внуков, постепенно продавая небольшими кусками свои поля и выращивая небольшое количество риса. Муцуо был очень тихим ребенком, застенчивым и болезненным. Позже его старшая сестра Мисако показала, что они с братом были в хороших отношениях, и не вспомнила ни случая, чтобы они поссорились.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Бабушка Инэ изо всех сил пыталась заработать на жизнь и одинаково любила двух своих внуков, но всегда следила за тем, чтобы Муцуо сидел на главном месте у очага. Каким бы молодым или застенчивым он ни был, Муцуо был главой семьи. Однажды, когда Мисако игриво села на главное сиденье, Инэ так отругала Мисако, что она заплакала. В то время подобные обычаи соблюдались беспрекословно, поэтому убеждения Инэ были совершенно в порядке вещей.

Тем временем цена на рис продолжала стремительно расти, достигнув 59 сэнов. Поэтому директора начальных школ этого региона совместно подали петицию с просьбой об увеличении жалованья в два раза. Узнав об этом, Инэ страшно разочаровалась в директорах. Для нее директор школы был чем-то вроде священника, который должен был стойко переносить бедность. А тут они воспользовались своим положением и повели себя как снобы. Из-за этого она невзлюбила школу.

В 1921 году, когда Муцуо было четыре года, Инэ переехала в Оадза Конакахара в Каисигэ. Дом сдавался в аренду на годичный срок. Семья провела здесь три года. Летом 1923 года, когда Муцуо было шесть, семья снова переехала, на этот раз на родину бабушки в Оадза, Ниси Каисигэ. Инэ была родом из этих мест, поэтому была к ним привязана и хорошо их знала. 500 иен, которые пришлось заплатить за дом и поле, выручили от продажи леса в Курами. Инэ вернулась с намерением поселиться здесь навсегда.

Дом, которому шестнадцать лет спустя суждено было стать местом «инцидента Муцуо Тои», по рассказам выглядел гораздо лучше прежнего, но был старомодным и несколько ветхим. После инцидента в отчете написали, что внутри было очень темно и буквально ощущалось присутствие призраков, но когда семья переехала сюда, дом был довольно новым и, вероятно, мало чем отличался от других домов. Однако на самом деле этот дом с самого начала был связан с инцидентом, и эту связь нельзя отбросить как случайное совпадение. Яэ Инубо, одна из жертв инцидента, рассказала полиции, что она спряталась в нем под полом, и это ее спасло.

2

Старшей сестре Муцуо, Мисако, пришло время поступать в начальную школу. Муцуо, будучи ребенком застенчивым, до этого не играл ни с кем, кроме сестры, и теперь остался совершенно один. Да и без этого местность, где они жили, была для него совершенно чужой. У Инэ, напротив, в ее родных местах нашлось много знакомых, и такая жизнь ее вполне удовлетворяла.

Она была человеком тихим, но теперь выходила из дома гораздо чаще, чем раньше, и Муцуо повсюду следовал за ней. Ему больше нечем было заняться, пока сестра не возвращалась из школы. В результате Инэ еще больше полюбила Муцуо и старалась его от себя не отпускать.

В 1924 году Муцуо исполнилось семь лет. Муцуо, родившийся в марте, в этом году должен был пойти в начальную школу. Однако из-за врожденной застенчивости в школу он идти не хотел. Он никогда не выходил из дома один. Он очень боялся даже общаться с детьми на улице, куда уж ему было ходить в школу.

Инэ тоже не хотела отпускать его на учебу. Она предпочитала, чтобы Муцуо не отходил от нее ни на минуту, и поскольку другие дети, родившиеся с ним в один год, все еще оставались дома, она считала, что и он мог бы подождать еще год, прежде чем начать учиться.

Сотрудники учебного отдела деревенской управы несколько раз приходили к Инэ, чтобы убедить ее. Она ссылалась на слабое здоровье Муцуо. И это была не ложь, Муцуо часто болел, но не то чтобы все время лежал в постели. На все уговоры Инэ отвечала отказом, настаивая, чтобы подождали еще год. Ей было жалко внука, который боялся школы. Инэ, обычно сдержанная, тут проявила упрямство и не поддавалась ни на какие уговоры. Учебный отдел потерпел полное поражение, и ему ничего не оставалось, как выпустить особое предписание об отсрочке зачисления ученика. Вот до такой степени дошла любовь Инэ к внуку и нежелание с кем бы то ни было им делиться.

1 сентября того года в Токио произошло Великое землетрясение Канто, в результате которого 91 802 человека погибли и 42 257 человек пропали без вести. Конечно, семья Муцуо, жившая далеко от Токио, от землетрясения напрямую не пострадала, но ходили слухи о беспорядках, устроенных корейцами, и Инэ отнеслась к ним очень серьезно, поэтому каждый день держала двери и ставни своего дома наглухо запертыми и несколько дней ложилась спать, не раздеваясь. Она даже ходила просить дежурного полицейского и почтальона следить за их домом, потому что в нем жила одна старуха с маленькими детьми, и просила так отчаянно, что они не могли удержаться от смеха.

Муцуо, как обычно, не стремился выйти из дома и терпеливо ждал, пока сестра вернется из школы, чтобы они могли вместе поиграть. Соседским детям его поведение казалось странным, и они часто смеялись над ним, крича, что мальчики не должны играть с девочками. Видя это, Муцуо стал еще больше бояться школы.

Несмотря на это, в следующем 1925 году Муцуо не осталось ничего другого, кроме как поступить в школу. Чем ближе был день поступления, тем больше рос страх Муцуо, и это глубоко огорчало Инэ, но когда он наконец пошел в школу, он не слишком отличался там от других детей.

Самого Муцуо это удивило. В школе он обнаружил, что дети бывают не только плохие, что есть много тихих детей, таких, как он сам.

Муцуо почувствовал облегчение и после этого стал ходить в школу точно так же, как и все другие. И школа, и учебный отдел, ожидавшие серьезных неприятностей, вздохнули с облегчением. Более того, как только Муцуо, ребенок крайне замкнутый, занялся учебой, он показал даже лучшие способности, чем другие ученики, и добился отличных результатов. Согласно записям того времени, из 10 возможных у него было 9 по поведению, 9 по японскому языку, 10 по арифметике, 8 по рисованию, 8 по пению, 8 по гимнастике, в целом он был на втором месте по успеваемости в своем классе.

По словам его тогдашней классной руководительницы Каяко Фудзиты, он «слушался учителей, был дисциплинированным, просто образцовым ребенком в своем классе. К тому же он безупречно учился и помогал другим ученикам». С другой стороны, он был «несколько слаб здоровьем и часто пропускал занятия из-за простуды». В течение первого года обучения Муцуо отсутствовал в общей сложности 72 дня. За Муцуо закрепилась репутация хоть и болезненного, но хорошего ученика.

Однако все эти пропуски были вызваны не болезнями или несчастными случаями. В школьном журнале сохранилась запись: «Бабушка Инэ эгоистично воспитывает внука. При малейшем ветре или дожде не пускает его в школу». Видимо, когда ей бывало одиноко, она не хотела отпускать от себя внука и часто придумывала разные причины, чтобы оставить его дома.

Летние каникулы были для Инэ раем, но к их концу ей вдруг стало грустно, и она, ссылаясь на плохое самочувствие Муцуо, долго не давала ему пойти в школу. Но даже при всем этом Муцуо учился хорошо.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Муцуо перевели во второй класс, и количество пропусков занятий уменьшилось. Успехи по-прежнему были хорошими. Несмотря на то что Муцуо был интровертом, у него появились друзья, и он начал ходить к ним в гости. В то время многие крестьяне в долине Каисигэ разводили шелковичных червей для подработки. Их кормили листьями тутового дерева. Поэтому крестьяне выращивали тутовые деревья. Детям полагалось рубить ветки шелковицы. Ветки можно было использовать в играх как мечи. Во время работы дети сражались на этих мечах. Так они не только зарабатывали деньги и еду, помогая взрослым в их работе, но и получали огромное удовольствие от фехтования друг с другом. Поэтому Муцуо ходил в дом своего одноклассника, чтобы помочь с этой работой. В доме Муцуо не было ни шелкопряда, ни шелковицы.