"Великая река". Компиляция. Книги 1-8 - Токацин . - Страница 923

- Почтенный Шафкат, - Алсек подошёл к задумавшемуся магу, - а как вышло, что на вас напали змеи? Вы ведь кошек искали - там, где кошки, змей не бывает.

- Вот именно, - сверкнула из-под стола глазами Ярра.

- А? Кошки? - растерянно мигнул Шафкат. - Интересно, почему... Нет, Алсек, мы не искали кошек. Мы искали то, что нашли. Рассказы о том, что в Пустыне Ха стаи небесных змей, оказались чистой правдой. Вот только поговорить с ними, кажется, труднее, чем я думал.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Кошка буркнула что-то неразборчивое. Хифинхелф приподнялся на локтях. Алсек изумлённо мигнул.

- Говорить с небесными змеями?! Никогда о таком не слышал!

- В том году видели мы одного северянина, - задумался иприлор, - так он рассказывал про странные земли на западе... там с ними разговаривать умеют. Но в нашших краях?

- Они наделены даром речи, - покосился на него Шафкат, - и не знаю, что мешает им его использовать. Возможно, я чего-то не учёл...

- Несомненно, - заметила кошка.

- Но судить о чём-то по одному лишь неудавшемуся эксперименту - преждевременно, - нахмурился чародей. - Завтра продолжим опыты. Возможно, дело в приманке...

Алсек и Хифинхелф переглянулись. Ящер приоткрыл пасть и пошевелил языком - это означало, что он сомневается в здравомыслии мага. Изыскатель нахмурился и исподтишка показал ему кулак - обижать чужеземца попусту не следовало.

Со двора донёсся шорох привратной завесы.

- Аманкайя! - на всю улицу возвестила Гвайнаиси, свесившись из окна. - К вам приехал жёлтый ящер, и там ещё кошка и старый маг!

- И снова она не в гончарном квартале, - пробормотал изыскатель, выглядывая во двор.

...Потом Алсек ворошил горячие угли в уличном очаге, грелась вода для похлёбки и поспевали зарытые в золу земляные клубни, Шафкат беседовал с Ксарной о западных и восточных пряностях, а Аманкайя причитала над раненым Хифинхелфом, устроившимся в тени дома. Ничего странного вроде не происходило, вот только Алсеку отчего-то было не по себе. Он отгонял смутную угрозу, как мог, и почти уже успокоился, налив себе похлёбки и разделив печёные клубни...

- Алсек! Ты не видел в полдень тонакоатля в небе? - вдруг оживилась Аманкайя. - С белыми и золотыми лентами, со всадником на спине.

Алсек переглянулся с Ксарной, бывший переписчик изменился в лице. Такие ленты надевали нечасто - лишь на тех существ, которые приносили в город посланца от Ханан Кеснека, но не от Явар Эйны, а от кого-то из его братьев. С тех пор, как началась междоусобица, никто таких знаков в небе Эхекатлана не видел. Город, хвала богам, лежал в стороне от Кештена, полей неспешной войны, крепостей, на которые падали солнечные снаряды, и северных пустынь, о которых ходили уж вовсе жуткие слухи.

"Посланник? Откуда бы?" - растерянно мигнул жрец.

- Не видел, - отозвался он. - От кого такой прилетал? Неужели к наместнику?

Аманкайя кивнула.

- Я видела из окна, как он садился на крышу. Если б не стражник посреди коридора, все бы пошли подслушивать, но Глорна с места не столкнёшь. Пока тонакоатль не улетел, нас не выпускали, а потом Глорн сам пришёл, странный, словно только что из смерча выпал. Он слышал кое-что, а больше ему рассказали... они ведь всё запоминают, только молчат. А тут даже Глорну показалось чудным...

- Хсс, - шевельнул языком Хифинхелф, отставляя полупустую миску и придвигаясь к очагу. - Я знаю Глорна. Шшто было дальшше?

- Этот вестник - он от Джаскара Ханан Кеснека, из самого Чакоти, - понизив голос, сказала Аманкайя, и все растерянно переглянулись. Город Чакоти был весьма далеко и от Эхекатлана, и даже от Кештена, земли Явар Эйны и Джаскара нигде не граничили, для межевых споров причин не было. А то, что Явар Эйна, Джаскар и ещё пятеро Ханан Кеснеков уже два десятка лет не могут решить, кто из них достоин священной столицы... вроде бы Эхекатлан тут ни при чём.

- Он говорил с почтенным Даакехом, - Аманкайя кивнула тому, что прочла на лицах слушающих - тут не нужно было быть Магом Мысли, чтобы понять, о чём они задумались. - Недолго, но громко. Глорн даже подошёл к двери зала - вдруг помощь понадобится... но обошлось. Он принёс слова Джаскара... слова о войне. Джаскар сказал, что скоро он будет править священной столицей... и всем остальным тоже. И те, кто попытается выйти против него, превратятся в пепел. А если Эхекатлан присягнёт ему сейчас, его не тронут, и он будет наполнен могуществом и дарами богов, по воле Джаскара Сапа Кеснека.

- Что?! - Алсек вскочил, выпрямляясь во весь рост, и жёлтый свет потёк по его пальцам. Потревожила его не угроза от Джаскара - будь он в силах взять Эхекатлан, не тратил бы время попусту - и не жалкая попытка припугнуть чужого наместника. Все Ханан Кеснеки были со странностями, только у Ти-Нау не принято было потешаться над правителями. Но вот имя Сапа Кеснека...

- Ссам ссебя он так назвал? - переменился в лице и Хифинхелф. - Наглоссть несслыханная. Шшто сскажешшь, Алссек? Шшто у васс сс такими делают?

Жрец медленно сел обратно к очагу и покачал головой.

- Это больной бред, Хиф. Никто сейчас не может стать Сапа Кеснеком - и никто не станет, пока не закончится война. И это имя не присваивают себе по первой прихоти. Ты верно сказал, Хиф... наглость - или безумие.

- Этот гонец подтвердил как-то угрозы Джаскара? - тихо спросил Ксарна. - Никто из Ханан Кеснеков не станет так говорить в чужом городе, если не знает наверняка, что хозяин города не испепелит его. Давно ли Джаскар стал сильнее Явар Эйны?

- Гонец сказал... - Аманкайя покачала головой, сама не в силах поверить в то, что узнала. - Он сказал - этой весной взошло Кровавое Солнце, и оно под рукой Джаскара Сапа Кеснека. Он будет править, остальные падут. А на тех, кто будет сопротивляться, небо прольётся огнём. Гонец говорил громко, а почтенный Даакех - тихо, Глорн его слов не слышал. Но гонец ушёл быстро и был очень зол, а Даакех, увидев, что Глорн не на месте, наложил на него взыскание. Он не делает так обычно - ясно же, что Глорн хотел помочь. Почтенный Даакех, как видно, тоже был зол...

- Ну рразумеется, - оторвалась от миски крылатая кошка. - У вас обычно нагрраждают за невыполнение прриказов?

Аманкайя растерянно мигнула.

- Тише, Ярра, - Шафкат недовольно покосился на кошку. - Мы мало знаем о местных порядках. И о легендах, кажется, тоже. Что такое "Кровавое Солнце", под чьей оно рукой, и что должно случиться с небом? Ни о чём подобном я в Ирту не слышал.

- Зген всесильный! - покачал головой Алсек. - До чего странные слова! Этот человек был один? Он прилетел с востока и на восток улетел?

- Один, - кивнула Аманкайя. - Он наверняка из Вегмийи - Хурин Кеснек... А обратно он не полетел. Видели, как тонакоатль повернул на запад, к Икатлану. Вот я и спрашиваю, видел ли ты его.

- Не видел, - вздохнул жрец. - Боги! Вот это беда. Хурин Кеснек, воин Вегмийи, на крыльях тонакоатля - и безумен, как голодный умран. Что же почтеннейший Даакех не приказал страже удержать его? Наверное, в Чакоти вообще не знают, куда он пропал. Если и в Икатлане его не перехватят - как бы он не натворил дел...

Хифинхелф сочувственно хмыкнул.

- Джасскар Ханан Кесснек, говорят, очень ссуров ссо ссвоими людьми. Этому нессчасстному не жить. Хссс... Сскверный сслучай.

Повисло молчание - тень безумия словно накрыла всех ледяным крылом. "А будь почтеннейший Даакех не так благоразумен, из-за этого несчастного случилась бы резня..." - подумалось Алсеку, и он поёжился. Резать куманов ему доводилось, мертвяков он уничтожал с радостью, много огнистых червей, злобных небесных змей и песчаных крыс пало от его руки, но убивать разумных - совсем другое дело, и лучше, если ты не воин, в это не ввязываться.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Первым заговорил Шафкат.

- Грустно думать о судьбе этого воина, и всё-таки, уважаемые Ти-Нау, мне интересно было бы услышать о Кровавом Солнце. По вашим лицам я прочёл, что все вы знаете, о чём речь... Это очень известная легенда?