"Фантастика 2025-54". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Еслер Андрей - Страница 590

Ко всему прочему на пирсе невыносимо воняло смесью запахов пота, немытых тел и гниющей рыбной требухи.

На «Хромую Мери» явились чиновники с таможенным досмотром. Все прошло гладко, несмотря на то что у Бобо не имелось никаких документов на ржавку, перегруженную с «Челесты». Оно неудивительно: получив небольшую взятку, таможенник сказал, что не усматривает в грузе никакой опасности, и с удовольствием шлепнул печать на сопроводительные бумаги.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

После того как все формальности были улажены, Клешня протянул мне свиток:

— Вот карта Юмериона. Гуляйте по городу, пейте, жрите, но через четырнадцать дней возвращайтесь.

— А куда ты посоветуешь нам сходить? — спросила Мара.

Бобо на секунду задумался, почесывая бороду, затем ответил:

— В «Синий бурдюк» не ходите.

— Там собирается местное ворье или бандиты? — поинтересовался я.

— Нет, хозяин, старый хрен, ржавку разбавляет, — выдал Клешня и сплюнул на палубу.

Мы не стали продолжать интересную беседу, молча двинулись к трапу. Там нас уже ждал Лис с дорожным мешком на плече. Втроем мы спустились и ступили на деревянный пирс. Было непривычно после качки ощущать твердую почву под ногами.

Протолкнувшись сквозь галдящую, отчаянно воняющую толпу, двинулись в глубь города по широкой дороге, которая, если верить карте, вела на рынок. Вскоре Роману остановился и заявил:

— Думаю, здесь расстанемся.

— Уверен, что не хочешь отправиться с нами? — спросила орка. — Мы не против…

— Я же обещал, что больше не выйду в море, — ответил Лис, упрямо мотнув головой. — Сыт по горло морскими приключениями. Я вор, а не охотник на чудовищ.

— Тогда до встречи! Может, еще увидимся, — сказал я, протягивая руку.

— Сомневаюсь, — ухмыльнулся Роману.

С этими словами Лис шагнул в сторону и вскоре скрылся в ближайшем переулке.

— Жаль, он был хорошим попутчиком, — произнесла Мара, глядя вслед вору.

— Ничего не поделать, у нас разные пути.

Мы снова двинулись по дороге к рынку.

Юмерион оказался красивым, светлым и довольно чистым. Архитектурой он отличался от арвалийских городов. Сложенные из крупных белокаменных глыб, дома были невысокими, имели маленькие, словно бойницы, окна и плоские крыши.

Прохожих по пути встречалось на удивление мало. Те немногие зирийцы, которых мы видели, были смуглы и темноволосы, как Роману, и наряжены в легкие цветастые одежды.

Вскоре мы поняли, почему на улицах так мало народу. Мы шли на рынок, а оказались на самой настоящей праздничной ярмарке — как говорится, с корабля на бал. Уж не знаю, к чему она была приурочена, но радости это не прибавляло. Я хотел спокойно закупить необходимые для дальнейшего путешествия вещи, а не участвовать во всеобщем веселье. Судя по недовольному лицу Мары, она полностью разделяла мое мнение.

— Что будем делать? — прокричала орка, стараясь перекрыть стоящий на площади гомон.

— Придется проталкиваться, — ответил я.

Казалось, на площади собрались все жители и гости города. В толпе можно было заметить не только людей. Встречалось немало моих сородичей, иногда мелькали коренастые фигуры гномов и низкорослые — гоблинов. Последних было даже много: сказывалась близость торфяных болот. Гоблинам попасть в Зириус гораздо проще, нежели в Арвалийскую империю. Маленький зеленый народец хорошо уживался с людьми. Благодаря своей природной ловкости, юркости и острому слуху они легко устраивались посыльными, делали карьеру шпионов, выступали в цирке. И не только: гоблины, обученные шаманству, отлично разбирались в травах и медицине, что давало им возможность работать лекарями в людских городах.

Единственными, кого в толпе я не наблюдал, были орки. Это и неудивительно, откуда им тут взяться? Т’хар далеко от Зириуса, а обитатели степей не любят путешествовать по человеческим землям. Потому Мара стала объектом пристального внимания, люди глазели на нее, не скрывая пристального интереса.

Представления, устроенные на площади, были достойны отдельного внимания — рядом с некоторыми помостами мы даже останавливались, чтобы немного поглазеть. На одной из сцен несколько раздетых до пояса людей без всякой магии вытворяли чудные вещи: глотали огонь, выдыхали его, словно драконы, жонглировали пылающими факелами, крутили горящие шары на цепях, выполняя при этом акробатические трюки. На другом помосте несколько гоблинов разыгрывали какой-то юмористический спектакль. И, судя по тому, как смеялись зрители, маленькому народцу это удавалось на славу.

Еще нам запомнился иллюзионист. Человек, несмотря на жару одетый в черный, наглухо застегнутый костюм и шляпу, показывал удивительные фокусы. Доставал из воздуха цветы, выпускал из шляпы рой бабочек. Затем поставил посреди сцены стол с горшком и на глазах удивленной толпы вырастил небольшое дерево. Я тоже был поражен: перейдя на магическое зрение, даже проверил, не саторис ли он. Однако все, что показывал человек, было хоть и сложными, но трюками.

Последнее зрелище меня очень разозлило. На помосте выступали дрессированные животные: медведи, лисы, кошки, собаки и еще много других зверей. Бедным тварям приходилось выделывать дурацкие фортели за небольшое угощение или из страха перед кнутами, что были в руках у дрессировщиков. Долго у этой сцены я задерживаться не стал, впрочем, ее обходили все эльфы. Гоблины, которые, также как даллирийцы, любили и уважали природу, тоже торопливо пробегали мимо. К сожалению, человеческие законы позволяют издевательство над животными, сделать я ничего не мог. Утешился тем, что незаметно швырнул в помост воздушное заклятие. Ветхая сцена медленно завалилась набок, дрессировщики с руганью принялись поправлять ее. Судя по количеству латок на помосте, здесь отметилось немало эльфийских волшебников и гоблинских шаманов.

На площади мы с оркой не нашли лавок с нужными нам вещами. Здесь продавали только сувениры, выпивку и всякие безделушки, которые разгоряченная толпа с удовольствием расхватывала. Единственное, что нам приглянулось, — горячие пироги, которыми мы и перекусили.

Я сверился с картой, нашел улицу, на которой располагались более серьезные торговые лавки. Туда и пошли, пресытившись зрелищами.

Пока мы проталкивались сквозь толпу, бесцеремонно распихивая людей локтями, Мару попытался обокрасть юркий мальчишка. Но орка резко обернулась, дала ему легкий подзатыльник, отчего бедный ребенок пролетел несколько ярдов и шлепнулся на мостовую.

Наконец мы оказались на нужной улице. Дома здесь не отличались от остальных в городе, но над каждым входом покачивались вывески, изображавшие понятные любому иноземцу вещи.

Для начала, хоть я и пытался протестовать, зашли в оружейную лавку. Орка настояла на том, чтобы подобрать мне кольчугу. Мои доводы, что железяки на жарких тропических островах не нужны и даже обременительны, Мара слушать не стала. В итоге я стал счастливым обладателем легкой стальной рубахи с короткими рукавами.

Следующей на очереди была лавка с травами. Ее хозяином оказался пожилой гоблин, с которым, зайдя внутрь, я поздоровался на его родном языке. Диалект низкорослого народца мне знаком — как любого аристократа, в детстве меня обучали множеству языков. Гоблин очень обрадовался, увидев эльфа: не каждый день попадаются знающие посетители.

Мы со стариком увлеклись, неспешно беседовали, подбирая травы, которые могли быть полезны в путешествии. Теперь недовольной выглядела Мара. Орке пришлось ждать весьма долго. Она бесцельно бродила по комнате, в которой царил полумрак, и периодически чихала от резкого запаха сушеных трав. В конце концов я обзавелся сумкой с набором на все случаи жизни — от ингредиентов для натирания против насекомых до сбора от насморка.

(function(w, d, c, s, t){ w[c] = w[c] || []; w[c].push(function(){ gnezdo.create({ tizerId: 364031, containerId: 'containerId364031' }); }); })(window, document, 'gnezdoAsyncCallbacks');

Очередным местом нашего паломничества стала лавка готового платья. Но тут мы долго не задержались. Быстро подобрали несколько комплектов одежды и обуви: высокие кожаные сапоги, штаны и рубахи из плотной ткани, повязки на голову, шляпы для защиты от солнца. Помимо этого купили еще много необходимых в путешествии вещей: несколько мотков крепкой веревки, два масляных фонаря, огнива, походную посуду.