Герцогиня в изгнании (СИ) - Дурман Диана - Страница 22

Скелеты снесли все клети с дичью в центр ритуального круга — я сделала его совсем небольшим, вырезав на каменном полу в центре башни пентаграмму, которую заряжала каждое полнолуние. Муторно, но что поделать, если ты слишком человечный некромант.

Опустив на пол чаши с тлеющими травами, расположила их у внешнего кольца и, взмахнув рукой, заставила дым, исходящий от них двинуться к животным. Вначале раненая или откровенно старая дичь переполошилась, но стоило ей вдохнуть дым, она тут же успокоилась. Некромант подверженный приступам излишнего сострадания? Видимо и такое бывает. Я ничего не могла с собой поделать — даже в лагерь наёмников мне пришлось идти с фиалом успокоительного в руке. А потом и в желудке. Иначе мне бы не удалось сохранить и половины того хладнокровия.

Вот и теперь мои лесные жертвы сладко спят и видят прекрасные сны, пока жизненная энергия уходит из их маленьких тел причиняя боль, но они так ничего и не почувствуют, и спокойно уйдут пребывая в стране грёз. Это всё что я могла для них сделать. Пусть во многих пометках в гримуаре наставницы упоминалось, что страх и ужас жертв некромантов значительно повышает качество энергии, но я не была готова так измываться над живыми существами. Кажется, даже после всего случившегося мне не достаёт кровожадности.

Приподняв левую руку с браслетом из бусин чистого оникса, правой ладонью стала выводить пассы, вслед за которыми последовало ключевое слово ритуала:

— Моэрти! — такое маленькое, короткое слово в устах тёмного мага было способно забрать не только жизнь, но и любую душу.

Пока пентаграмма наливалась силой, я вспоминала речь наставницы:

— Сказав это слово, почувствуй, как энергия струится прямо из твоего сердца через источник и направляется к жертве. Пока ты не достигнешь вершины мастерства, не забывай о действующих ограничениях. — Наставница строго следила, чтобы я всё записывала, всегда повторяя, что это заставит меня не только точно запомнить, но и улучшит мою письменность. — Первое ограничение — это количество. Только одна жертва, с которой обязателен физический контакт. Если жертва не одна, тогда нужен заряженный высшей энергией круг. С ним уже прикасаться к жертве необязательно.

— Наставница, а почему только одно слово? Да и такое лёгкое? — это меня тогда заинтересовало больше всего.

— Медея, точного ответа я тебе не дам. Однако есть мнения, что таким способом некроманты осознают всю опасность своего дара. Ведь так легко отнять жизнь никто не может. Например, сделать это всего-то при рукопожатии сказав одно слово и человек, что тебе не нравиться, потому что он намедни тебе нагрубил, упадёт замертво. И лишь ты будешь знать, что умерший от твоей руки человек за миг ощутил столько боли, сколько в жизни не испытывал.

Взгляд наставницы тогда наполнился горечью, а голос непривычно дрогнул под конец фразы. Но она быстро вернула себе обычно строгое выражение лица и продолжила:

— Поэтому запомни, Медея, забрать чью-то жизнь очень просто, но вот вернуть её не сможешь даже ты. Некромант способен создавать нежить или нечисть, но они уже не будут теми, кого ты знала. Их часть, в основном большая, навсегда остаётся в загробном мире, а сюда возвращаются лишь обрывки когда-то жившего человека. — Наставница серьезно посмотрела на меня, и почему-то в тот раз мне даже не захотелось развивать эту тему.

А ведь у меня вертелся вопрос, который я побоялась озвучить. Неужели кто-то дорогой наставнице умер, и она с помощью некроманта попыталась его вернуть? Очень жаль, что мне теперь никогда не узнать о наставнице больше. Надо было не бояться задавать вопросы, пока был шанс, но я всё откладывала, веря, что мы всегда будем вместе.

Во рту разлилась горечь, которую я поспешила проглотить. Ритуал восстановления для моего дворецкого перевалил за половину и не время раскисать. Выдохнув, я очистила разум, полностью сосредотачиваясь на колдовстве.

Энергия жизни и крохотные осколки душ оставили своё вместилище, прошли через моё тело и осели в одном из камней браслета. Его сразу можно было отличить среди более бледных сородичей — теперь “полный” камень имел широкие прожилки насыщенно коричневого цвета. Раньше некроманты использовали только драгоценные камни в качестве вместилища живой силы, но тот же оникс прекрасно подходит для этой роли. Так зачем вся эта показуха?

Вернувшись к Бьерну, я пристроила его голову на место и произнесла заклинание регенерации, использовав большую часть энергии из кристалла. Рана быстро закрылась, оставив после себя грубый рубец. Через пару дней он начнёт становиться больше, а потом голова опять утратит связь с шеей.

— На какое-то время этого хватит, — проворчала я и, поддавшись желанию высказаться, принялась вещать Бьерну: — В такие моменты я сожалею, что не целитель. Хорошо им — берут энергию из окружающего мира, соединяют со своей искрой и преобразовывают в жизненную силу. А я ведь тёмная и так не умею! Костяшки вот тоже пришлось чинить подручными средствами: кому-то тканью и верёвками связывать разломившиеся кости, а потом укреплять смолой хрупкие части тела, или вообще использовать раствор для строительства, чтобы они не разваливались на ходу.

Скелеты, польщённые моим вниманием, зашаркали ногами и одобрительно замычали. Не слуги, а золото: не устают, всегда выполняют поставленные задачи, а главное молча, без пререканий, и смотрят на меня горящими глазницами полными обожания. Единственный их минус — они безумно слабые, даже люди будут посильнее. Поэтому если нужно сдвинуть что-то тяжелое, то этим занимается Бьерн.

— Так, тебя исцелила, а это значит: первым делом отправляйся в город. Пока магия свежая, ты прекрасно сойдёшь за живого, да и голова не отвалится в неподходящее время, — принялась раздавать поручения я, радуясь тому, что Вилейт настроил портал не только на живых. Потому моя нежить могла спокойно проходить преграду и навещать Радек. — И ещё, Бьерн, после возвращения навестишь наших зомби-шахтёров, проверишь, как движется работа, и заодно пополнишь кое-какие запасы. Вы же, мои милые костяшки, — обратилась я уже к ожидающим приказа скелетам, — идёте в зимний сад и продолжаете восстановительные работы. Мне очень нужен свой огородик для разных полезных трав!

— Как прикажите госпожа, — Бьерн осторожно поклонился и пошел в кабинет за списком покупок, которые нельзя было доверить торговцу, и монетами. После набега на лагерь наёмников удалось неплохо запастись золотом. Душу грело осознание, что полученные мешочки так и не влились в казну одного подонка-императора.

— М-м-м, — промычали согласно скелеты и двинулись к выходу, а я решила вернуться к заброшенной смеси. Если все получится, то скоро вдоль дорожек у меня появятся красивые и очень опасные цветы.

— Срочное дело. У входа, — прогудел голос стража в моей голове, отвлекая от усиления уровня безопасности поместья.

Я встрепенулась и поспешила посмотреть, что же такого случилось, раз страж побеспокоил меня во время работы. Обычно такое мог позволить себе только Бьерн.

Теневое создание обнаружилось на крыльце — в горле тут же застряло возмущение, но оно прошло, едва я увидела, что именно прижимал страж к ступеням.

Гибкий хвост удерживал за туловище чье-то тело, облаченное в довольно дорогие одежды.

— Гх-х, — застонало неопознанное тело, и я удивилась, поняв, что мужчина после встречи со стражем остался жив, но, похоже, ненадолго. Из бока незнакомца торчала рукоять короткого меча, отсчитывая его минуты в мире живых.

Ревенант* — нежить, вернувшаяся после смерти с какой-либо миссией. Традиционно они получаются из убитого человека, желание которого отомстить своим убийцам дало ему возможность временно обмануть смерть. Однако в этом мире цель ревенантов не всегда связана с местью и описанный случай как раз из таких.

Глава 16.

— Бьерн! Скорее сюда! — позвав ревенанта в надежде, что он ещё не отправился в город, я опустилась рядом с раненным мужчиной.