Последний путь (СИ) - Ярыгин Антон - Страница 44

— Я для тебя теперь не Тимоха, — со сталью в голосе говорит «Штырь». — Я сейчас для тебя буду «Пожалуйста, не надо!», говнюк. Понял???

Затем пошёл жёсткий допрос. Илья вместе со стулом летал по комнате. В него вливали разные жидкости, крутили суставы, и постоянно спрашивали. Не давали подумать над ответом… В общем — парень быстро сломался. В результате стало известно, что их было тринадцать человек. Восемь улетели, двое убиты после открытия ворот. Ещё двое ходят по базе. Но их поймать — вопрос времени. Далее: бойцы, которые ехали с Петренко, дали им конкретное задание — обязательно погрузить в самолёт Антона Мягкова, Николая Красикова и Екатерину Красикову. А также вояк — они городу будут нужнее. Также до кучи решили нагрузить ещё людей. Зачем — им Петрович уже не пояснил. И, пока Илье приспичило в туалете посидеть, самолёт благополучно улетел.

Он также сдал своих оставшихся дружков. А на вопрос «Зачем?» ответил, что ему надоело вот это мотаться. Хотел спокойствия. Гор и Штырь оставили его в живых, а сами снарядили группу на поиски оставшихся предателей. Одного нашли сразу. А вот второй успел пробраться в гараж. Он успел открыть ворота и уже садился за руль джипа Ивеко. Именно в этот момент бойцы Гора и Штыря закрыли ворота. А в гараж вломились сами командиры.

— Вышел из машины! — приказывает ему Гор.

— Оставьте меня в покое! Или они будут мертвы! — огрызается предатель и стреляет в воздух.

В салоне завизжали заложники. Однако Гор одним выстрелом его убил. После чего открыл дверь и вытащил гранату из руки убитого. Ему повезло — чека валялась рядом.

— А если бы она взорвалась? — начала выносить мозг одна из заложниц.

— Не взорвалась же, — спокойно отвечает Гор, заправляя чеку в запал.

— Ну а всё же? — не успокаивалась она.

— Не взорвалась бы. Я вам это гарантирую, — спокойно отвечает он, после чего забирает гранату и уходит.

Бойцы, которые закрывали ворота, вытащили труп из машины. После чего помогли заложникам выйти и вывели всех из гаража и закрыли его. Гор и Штырь возвращались в допросную.

— Ты знал, что у него будет граната? — спросил Штырь Гора.

— Да, — коротко ответил Гор, глядя вперёд.

— А почему выстрелил? — спросил Штырь.

— Потому что его надо было прикончить, — сухо ответил Гор. Затем пояснил, обрывая лишние вопросы: — Есть у человека такая точка, попадая в которую он не просто умирает, но и оказывается неспособным передать последний нервный импульс.

— Ясно, — не стал задавать дальнейшие вопросы Штырь.

— Они предали наш микрорайон, — начал боец с позывным «Пуля».

Предатели сознались в своих грехах. И сейчас оба стояли, глядя себе под ноги. Все, кто остался на базе — порядка тридцати человек, сейчас стояли вокруг них. Сами парни сожалели о содеянном. Но им было ясно, что их никто не простит. Им не хотелось умирать.

— Они продали наших друзей за пиво и телевизор! — кричит Пуля.

Толпа и до него была возбуждена — угон самолёта со значительной частью людей. Вдобавок каких — весь командный состав и сенсов. И кто, вдобавок, это сделал? Те, на кого никто никогда не подумал бы.

— Что вы скажете в своё оправдание? — спрашивает их Пуля.

— Не верьте им! — начал тот, которого недавно поймали. — Они сами не знают, куда ехать!

— Придурок, молчал бы! — пытается вразумить того первый.

— Это всё, что вы хотите сказать в своё оправдание? — спрашивает Пуля.

— Вы — рабы системы! — орёт тот, который начал первым.

— Понятно, — спокойно говорит Пуля.

— Простите меня, смалодушничал, — кается тот, которого поймали и допросили первым.

— Что скажете? — обращается Пуля к толпе.

— Расстрелять их без вот этих расшаркиваний! — крикнул кто-то.

— Смерть предателям!!! — крикнул кто-то ещё.

— Смерть им! — заведённо кричит толпа.

Пара бойцов, стоявших за спинами предателей, молча выстрелила каждому в затылок. На этом показательная казнь кончилась.

После того случая парочка бойцов собиралась мчаться за Михалычем в Город. Однако где крепким пинком, а где — незлым тихим матерком удалось им вправить мозги. Пояснили, что никто не знает куда ехать. И поиски почти ста человек — верх безрассудства.

— И что теперь, будем сидеть, сложа ручки? — с возмущением спрашивает один из желающих отправиться на поиски.

— Не знаю, — отвечает Гор, который взял на себя командование базой. — Пока будем ждать. И надо быть готовым ко всему.

После всего этого база мобилизовалась. Запасы еды и воды пополнили по максимуму. Бойцы тренировались ежедневно, кроме тех, кто был на дежурстве. Среди оставшихся людей нашёлся тот, который вызвался контролировать связь.

Прошёл день, за ним — другой. Третий. Всё было хорошо. На четвёртый день с базой связались. Связному на земле хватило знаний английского, чтобы понять, что угнанный «Геркулес» возвращается. О чём было немедленно доложено Гору.

Самолёт аварийно сел. Радости на базе не было предела. Хотя и грусти добавилось — не все, кого похитили, вернулись. Позже стало ясно, что появление в рядах беглецов майора Желябова с его людьми, усилило табор. Но и осложнило переезд.

Я был рад встретиться со своей женушкой. Мы все были на полосе живыми. Правда — не все здоровыми. Кого-то всё же растянуло по полосе. Кто-то ногу повредил. Пилоты погибли в самолёте. Это сообщили часовые, которые сбежали со стенки прежде, чем её пробило. Они без опаски зашли внутрь.

— Сидят такие, упёршиеся лбами в рули. Не дышат, — пояснил один.

— Понятно, — отвечает ему Гор.

Боец ушёл, мы же остались втроём. Гор сначала хотел рассказать что да как, но именно в этот момент к нам подошёл лысый мужик с седыми усами.

— Товарищ лейтенант, разрешите обратиться, — начал он, обращаясь к Гору. Потом повернулся ко мне: — Или теперь вы за старшего?

— Говори, — говорю ему с усмешкой. — Я вообще гражданский.

— Говори, Морзе, — с улыбкой произносит Гор.

— В нашу сторону движется поисковый отряд, — сообщает Морзе.

— Что? — спрашиваю его.

— Далеко они? — интересуется Гор.

— Сомневаюсь, — ответил Морзе. — Насколько знаю, данная радиостанция способна связаться с бортом в радиусе трёхсот двадцати километров.

— Что вообще ни о чём, — подвёл итог Гор.

— А если по земле? — пытаюсь развить эту мысль.

— Загоризонтная связь возможна где-то километров на тридцать, — говорит Морзе. — Вряд ли больше без репитера*.

— А репитер там вряд ли присутствует, — развивает мысль Гор. — Это уже постоянный пост.

— Тридцать километров, — думаю вслух. — Вряд ли они будут идти пешком.

— А автомобилю это час езды. Два — максимум, — говорит Гор.

— Что будем делать, господа командиры? — подошёл Михалыч.

— По идее вы должны знать, — говорю ему. — Вы — военный. Я бы на вашем месте подготовился к встрече.

— То есть? — не понял подошедший Желябов.

— Моё мнение — пусть приходят, — выдаю свой результат мыслей. — Мы им окажем отпор, тем самым добавив себе где-то ещё с полчаса-час на эвакуацию.

— Что? Опять бега? — с разочарованием спрашивает Морзе.

— Почему? — спрашивает Гор.

— Они её наверняка будут уничтожать, — говорит Михалыч. — Если группа пропадёт.

— Да. К сожалению, — подытожил Николаич. — Час-два, говоришь, в запасе? Действуйте!

Наш совместный анализ оказался верным: примерно через час появились пара джипов. На этот раз — американские «Хэмви». Мы собрали с базы всё, что могло представлять хоть какую-либо ценность в пути. Вся еда, запасы воды, чистых и стираных вещей. Оружие. Было даже желание отбить «Хэмви», но передумали — слишком сложно будет у них отключить следящую электронику в полевых условиях. Хотя как транспортные единицы они были бы очень кстати. Но лучше «в тесноте, да не в обиде», чем в комфорте, но с осознанием того, что тебя видят.