Последний путь (СИ) - Ярыгин Антон - Страница 45

— Говорит Морзе, — прошипела рация. — Они опять запрашивают позывные базы.

— Не боись, — отвечает рация голосом Гора. — Пусть идут.

Где-то через пятнадцать минут первый «Хэмви» въехал во двор базы. Ещё через минуту — второй. Солдаты оперативно выпрыгнули из машин, заняв вокруг них круговую оборону. Никто в них не стрелял. Все лишь ожидали дальнейших действий. Морзе, находившийся до этого в радиорубке, благополучно добрался до машины через технические тоннели.

Прошла минута. Ситуация была подозрительно спокойной. Из второй машины вальяжно вылез какой-то мужик с офицерскими погонами. Видимо, считал себя хозяином ситуации. Остальные бойцы тоже расслабились и разошлись по базе.

— Странные они, — шепчу на ухо Коляну.

— Чего так? — также шёпотом спрашивает он.

— Я бы на их месте при подобном раскладе уже бы начал лупить ракетами, — говорю ему. — Что-то тут нечисто.

— Ладно тебе! — махнул он.

В это время двое наших бойцов прокрались к машинам. Залезли в них и запустили моторы. После чего решили отогнать их. Включили передачу, чуть добавили газу… И тем самым они выдали себя! Враг начал по ним стрелять. Но, к счастью, ни одна пуля не задела наших бойцов. Поняв, что можно гнать, они лихо выгнали «Хэмви» за пределы базы. Тогда как стрелков ликвидировали наши бойцы. Тихо так, по одному, из-за угла. Офицера они захватили очень быстро. Сначала он что-то возмущался про то, что нам всем крышка. И что сюда идёт ещё несколько групп солдат. Но мастера допросов сильно не церемонились с ним. И он очень быстро сдулся.

Дальнейший допрос подтвердил, что если они не выйдут через пять минут на связь, то по базе через полчаса прилетит ракетный удар. Его убили, а мы, убедившись, что «Хэмви» требуют к себе довольно много внимания для отключения аппаратуры слежения, бросили их. Наши машины завелись с первого раза. Первым выехали мы с Коляном на «Крузере», за нами — тесть на «Патрике» с прицепом. А потом — все остальные. Прощай, чужая база, ты хорошо помогла нам.

А дальше произошло то, о чём говорил пленный натовский офицер. Примерно через полчаса беспрерывной езды в небе появились дымные следы ракет. А затем — до нас дошли толчки. Всё, база была разрушена. Как бы печально это не звучало. Мы едем дальше…

— Слушай, Тох, — начал Колян, — ты знаешь, а я ведь понимаю тех, кто нас предал.

— Слышь, Колян, ты внатуре Колян? — опешив отвечаю ему. — Ты разделяешь их мнение???

— Да подожди… — начал он, но меня уже понесло.

— Мы должны были остаться в городе, по твоему? — спрашиваю его, не отрываясь от дороги.

— Да ты не понял, — начал он. А потом пояснил: — народ устал ехать. Нам бы передышку серьёзную…

— Передышку? — говорю ему. — А ведь мысль. Если повезёт как примерно с базой…

И поехали дальше молча. Еду и думаю: по сути, это мы — кто в «Крузере» или в «Патрике», едем довольно долго. И, быть может, устали. Но вот те, кто с Челябинска или недавно из города, те-то с чего устали? Но, наверное, Колян прав.

— Ищи топливо, — говорю ему.

— Я что — собака? — беззлобно отозвался он.

— Нет, ты — сенс, — говорю ему. — Твоё чутьё круче, чем у собак, — поясняю ему.

— Ладно, — говорит он.

Мы едем молча полчаса. Час, два. Наконец, Колян находит заброшенную базу. И, что самое удивительное, с топливом в виде солярки и бензина. Кое-как найдя дорогу мы туда добрались. На территории были несколько казарм, пара больших гаражей, несколько построек типа «сарай». И, судя по количеству снега, она была заброшена давно. Но народ воодушевился — нашли лопаты, мётлы. И начали чистить базу от снега. Позже, буквально через пару часов интенсивной чистки, уже были затоплены печки. В казармах стало тепло, на кухне вкусно пахнуть, а мужики дальше валили лес и плавили снег. Они нашли баню.

— Знаешь, Колян, — говорю своему другу, товарищу и почти что брату, — а ведь это почти новогодний подарок для них.

— Почему? — спрашивает меня он, глядя также, как и я, на спешащих и снующих по базе людей.

— Сейчас конец декабря, — говорю ему. — Как раз, считай, пару недель здесь проторчим. А потом — ехать дальше.

После этого тяжело вздыхаю. Колян тоже. А затем говорит:

— Может, не стоит отсюда дальше? Смотри — еда есть, судя по растениям — земля плодоносная. Наверняка есть также чистые водоёмы. Чем не земля обетованная?

Эх, как же тяжко вам всем объяснять это. Особенно, когда даже не знаешь — зачем мы бежим? И куда? Но попробую.

— Я с тобой соглашусь. Но… Понимаешь, я не могу тебе сказать, почему нам надо будет уезжать отсюда. Вот… Вот я чувствую, что нельзя оставаться. Но почему — не знаю…

— А когда узнаешь? — спрашивает меня Колян, глядя мне в глаза.

— Чувствую, что скоро, — говорю ему. — Скоро мы узнаем ответы на все вопросы.

Это был славный день! Что для счастья надо? Тёплая кровать, которая, пусть и не очень удобная, но стоит. И её собирать не надо из всякого хлама. Горячая банька и радость от осознания, что никуда больше ехать не надо. Пока что. И даже на лицах парней, идущих в караул, была улыбка. Какая радость! Мне самому было очень приятно видеть их счастливыми.

Иду обратно в ту казарму, в которой мы с Леной обосновались. Однако тут мне навстречу приковылял Колян с какой-то женщиной.

— О, Коля, ты подругу себе нашёл? — говорю ему. — Надоела холостяцкая жизнь.

— Тоха! — в его голосе и взгляде читалась укоризна. — Мы с ней ещё в Челябинске познакомились.

И тут меня осенило! На каждой стоянке Колян шёл именно к ней. Видел же их иногда прогуливающимися. Но не придал этому значения. А оно вот как…

— Ну молодцы! Искренне рад за вас! — с радостной улыбкой отвечаю им.

— В общем… — начала она.

— Тоха, — поддержал её Коля. — Ты здесь — власть. Поженишь нас?

А вот тут мои глаза стали почти как колёса моего джипа.

— С чего это я вдруг власть? — спрашиваю его.

— Ну… — теперь Колян встал в тупик.

— Все идут за вами, — говорит его подруга.

— Кстати! А вас как зовут? — спрашиваю подругу Коляна.

— Нина, — ответила она.

— И вы решили, что если я веду весь этот караван, то я — власть? — тычу в себя пальцем. — Колян, ты такая же власть. И, быть может, даже больше: эту базу нашёл, предыдущую.

— Тоха, — начал он, но я ему не дал.

— Мне путь указала Катя, — говорю ему. — По идее — она власть! Она указывает, куда ехать.

— Антон! — возмутилась Нина.

— Вот мы оказались в городе. Кто власть — Гор? Штырь? — задаю ему вопрос.

— Ну эта… — потерялся Колян.

— А ведь действительно, — задумалась Нина, — у нас как-то так получается, что лидера как такового нет.

— Ну а я о чём? — хоть до кого-то дошло.

— Надо бы устроить голосование, — говорит она.

— Ага, надо найти сначала Владимир Владимировича, — не удержался от смеха. — И тогда все выборы — его.

— Тоха! — возмутился Колян.

— Ладно, я шучу, — отмахиваюсь от него. — Но доля правды в этом есть.

Этим же вечером, чуть позже, собрали весь лагерь. Для освещения места собрания зажгли несколько костров. Помимо них светила луна, поэтому мы все друг друга видели.

— Итак, друзья, — друзья ли? — Нет, пожалуй, братья и сестры.

Всё внимание переключилось на меня.

— Сегодня мы все собрались здесь для того, чтобы путём голосования выбрать лидера.

— Чё за фигню толкаешь? — говорит один из толпы. — Ты и есть наш лидер.

— Да! — поддержало его несколько человек.

— Подождите! — вожу перед собой выставленной ладонью правой руки. — Помимо меня здесь присутствуют Алексей Михайлович Молчанов, который собрал вас всех в Челябинске. А также Геннадий Николаевич Желябов, который в Городе был старостой Трущоб. Далее: за время нашего отсутствия Сергей Петрович Звягин организовал вас всех. Как видите, помимо меня есть ещё кандидатуры. Потому я свою кандидатуру снимаю с голосования.