"Фантастика 2025-64". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Богдашов Сергей Александрович - Страница 1120

Впрочем, Тайхарту и Асэми хватало друг друга. Они были счастливы и довольны жизнью. Двести лет пролетели как один миг.

К концу оговоренного срока Изумрудный архипелаг преобразился. Под грамотным управлением долгоживущей эльфийки Лаппи города росли, а деревни ширились. Даже простой люд жил безбедно и в безопасности.

Но прошедшие годы наложили свой отпечаток. Почти все знакомые Тайхарта и Асэми состарились и отправились к Истоку. Только некромант Лич, матушка Ини, чёрный дракон и сребровласая эльфийка остались рядом.

За прошедшие века некромант вывел множество видов новых мертвяков. Большинство из них оказались полезны не только в войне, но и в мирном деле: бессмертные лошади помогали вспахивать поля, четырёхрукие скелеты трудились в шахтах, парящие «скаты» следили за порядком.

Матушка Ини всё так же трудилась при своём храме, почти не покидая пределы его угодий. После отмены рабства она организовала небольшой приют, в который принимала беспризорных детей всех рас.

Унаследовавший силы Тэнашай дракон просто радовался жизни. Он то парил высоко в облаках, то нежился возле магических обелисков. В его жизни не было печалей, а только сочные коровки и любовь к хозяевам.

Лаппи с головой ушла в политику. Она ловко дёргала за ниточки и обеспечивала жизнеспособность империи. Именно благодаря эльфийке архипелаг процветал, а все отделы и службы работали как часы.

Настоящая утопия.

********

Настал последний день оговоренного срока. Двести лет канули в небытие.

Яркое солнце освещало широкие улицы города-крепости. Всюду высились огромные дома из камня и металла, на многочисленных площадях стояли грандиозные статуи императора и императрицы.

Асэми вприпрыжку бежала по тротуару, время от времени оборачиваясь к Тайхарту и широко улыбаясь. Она была в отличном настроении. Её янтарные глаза сверкали, лисьи ушки подёргивались в предвкушении, а пышный хвост возбуждённо бил по сторонам.

Тайхарт оглядел любимую и усмехнулся:

— Совсем не изменилась…

— А? Что вы сказали, Повелитель? — спросила Асэми, хитро щурясь.

— Мир вокруг стал другим, а ты всё так же по-детски радуешься каждому дню!

— У-у-у, Повелитель! Вы и сами остались прежним, разве нет?

— Да, время над нами не властно…

Тайхарт и Асэми взялись за руки и двинулись дальше. На дорогах было много гружёных ящиками телег и гуляющих горожан, при виде императора и императрицы люди расступались и низко кланялись.

Тайхарт и Асэми гуляли до самого вечера. Они из любопытства заглядывали в мастерские, смущали людей в торговых лавках, пробовали разнообразную еду в многочисленных тавернах, а в конце снова выбрались на центральную дорогу.

Асэми посмотрела вдаль и вздохнула:

— Так приятно побродить по этим улочкам, но излишнее внимание утомляет!

— Можем отправиться в более спокойное место или снова завернуть в закусочную. Тут рядом готовят отменную запечённую рыбу. А на центральной площади мы найдём лотки со свежей выпечкой…

— Нет, Повелитель! Нельзя вечно оттягивать неизбежное! Я уже нагулялась, нам пора! Время пришло!

— Ты права…

Расправив магические крылья, Тайхарт и Асэми унеслись в небо и направились в сторону воздушного моря. Удивлённые взрослые ещё долго смотрели им вслед, а дети смеялись и указывали вверх пальцами.

Спустя четверть часа Тайхарт и Асэми добрались до Храмового острова и приземлились на площадке возле огромного алтаря. Лич, матушка Ини, эльфийка Лаппи и огромный чёрный дракон уже ждали их там.

— О, а вот и мой любимый пёсик пожаловал! — воскликнула Лаппи, откидывая с плеча серебряные локоны.

Благодаря эльфийским корням, помощи некроманта и омолаживающим зельям Лаппи за двести лет почти не постарела. Лишь в её взгляде появилась небольшая усталость, а на шее проступили едва заметные морщинки.

— Следи за языком, — без злости в голосе попросил Тайхарт.

— Ой, не причитай, — захихикала эльфийка. — Я просто вспомнила о нашей первой встрече. Как там было? «Гав»?

— Лаппи, уймись…

В этот момент раздался треск, затем послышался низкий гул. Алтарь почувствовал близость наследницы народа Трёх Лун и пробудился. Магические камни ярко вспыхнули и завибрировали, на обелисках проступили странные символы.

Лаппи тяжело вздохнула и спросила у Асэми:

— Ты действительно этого хочешь? Может, стоит ещё подумать?

— Нет, всё решено! Мы с Повелителем отправимся в мёртвый мир, там заперто слишком много душ моего народа…

— Хочешь их освободить?

— Не только освободить! — воскликнула Асэми. — Я знаю, что моей силы достаточно, чтобы вдохнуть жизнь в мёртвый мир. Возможно, именно там мы с Повелителем сможем родить дитя…

— Увидимся ли мы снова? — спросила Лаппи дрогнувшим голосом.

— Конечно, тётя Лаппи!

— Ой, ну какая я тебе тётя! Прекращай уже, ты ведь императрица Изумрудного архипелага!

— За две сотни лет даже Повелитель не смог заставить меня говорить ему «ты». Так что…

Асэми и Лаппи рассмеялись и крепко обнялись. У обеих по щекам бежали слёзы.

К алтарю подошёл Лич, он обратился к Тайхарту:

— Владыка, я обещаю сохранить мир до вашего возращения. Можете на меня положиться!

— Знаю, старый друг! — ответил Тайхарт и протянул руку.

Лич со всей почтительностью принял рукопожатие и печально захлопал своей челюстью. В пустых глазницах некроманта почти потухли зелёные огни. Его проклятая душа скорбела.

Последней провожающей была матушка Ини. Жрица подошла к Тайхарту и протянула небольшой свёрток.

— Держи, сын Тьмы.

— Что это? — спросил Тайхарт, принимая подарок.

— Внутри путеводный камень, — пояснила матушка Ини. — Он поможет вернуться назад.

— Хм…

— Это прощальный подарок. Я уверена, что у тебя и наследницы всё получится. Тэнашай мёртв, его проклятье больше не властвует над мёртвым миром. Асэми станет Богиней Трёх Лун! Она возродит свой дом, вот увидишь…

— В ней я не сомневаюсь, — вздохнул Тайхарт. — И всё же меня что-то гложет…

— Всё будет хорошо! — заверила матушка Ини.

— Об этом вам сказало ещё одно пророчество?

— Ох! Ты ведь знаешь, что я давно утратила способность заглядывать в будущее…

Матушка Ини хитро улыбнулась, приложила свой лоб ко лбу Тайхарта и прочитала благословение. Из ниоткуда послышался звон колокольчиков, словно маленькие ложечки стучали по хрустальным бокалам.

— А теперь ступай, сын Тьмы! И спасибо тебе за всё! — произнесла жрица и отвернулась, чтобы скрыть печаль.

Тайхарт вернулся к Асэми и спросил:

— Попрощалась с драконом?

— Да, Повелитель! Жаль, что мы не можем взять Зубастика с собой…

— Запечатанные в нём силы могут помешать нашему плану.

— Знаю… — печально ответила Асэми и посмотрела вперёд.

Алтарь был переполнен Лунной магией. От обилия энергии обелиски гудели и заставляли землю дрожать. Магические камни ярко светились и порождали редкие молнии. Круг из символов переливался и искрился, словно был заполнен расплавленным металлом.

Тайхарт протянул Асэми руку и спросил:

— Ты готова, Огонёк?

— Да, Повелитель! Но мне немножко страшно…

— Матушка Ини сказала, что нас ждёт успех.

— Ох! Теперь мне стало ещё страшнее!

Асэми хихикнула и прижалась к Тайхарту. Они сделали шаг вперёд и растворились в луче белого света.

Роман Артемьев

Наследство Ушедших

Часть 1

Глава 1

В городах отражаются эпохи и люди.

Пусть смутно, но я помню Питер. Санкт-Петербург, Петроград, Ленинград и, что приняли далеко не все жители, снова Санкт-Петербург. Столица империи, со всеми её блеском и грязью, навсегда оставшаяся таковой. Очень разные люди, гордившиеся местом, в котором живут. Холодный, равнодушный, надменный город, не любящий чужаков.

Берёзов иной. Тоже столица, только не империи, а княжества, самого восточного из славянских княжеств. Жителей намного меньше, постоянных всего тысяч тридцать, не более, и почти четверть взрослых мужчин носят воинский пояс. За последние пять сотен лет город уничтожался дважды — один раз орда пришла, во второй, сто лет назад, тогдашний князь в многовекторность доигрался. С тех пор не всех соседей у нас любят, да… Каменных строений почти нет, даже опоясывающие кромник стены деревянные, даже Обители выращены из деревьев. Дома в лучшем случае двухэтажные и позволить себе этакую роскошь могут только бояре. Живет народ подворьями, одно подворье — одна семья, причем не «папа, мама, два ребенка», а не менее десяти человек, три-четыре поколения под властью матерого патриарха.