Кодекс Императора (СИ) - Молотов Виктор - Страница 41

Самолично они действовать еще не научились. Но чтобы попросить помощи у других — уже решились.

Все дело в том, что император для своего народа должен быть кристально чистым человеком, и плевать, что на самом деле он таковым никогда не был. Простолюдины никогда не увидят, что творится в стенах дворца, на самом деле. Они видят лишь то, что внушают им через средства массовой информации: газеты и интернет.

Касательно самого императора действует жесткая цензура и пресса не может просто взять и написать всё, что ей заблагорассудится, но к сожалению на наследников это правило не распространяется. И здесь новости контролирует лично служба безопасности каждого из преемников.

Здесь и возникают всевозможные сложности. И начинаются они с того, что на место начальника моей службы безопасности все пытаются посадить своих людей, а если мне и удавалось найти честного человека на эту должность, то он не выдерживал давления со стороны оппозиции и увольнялся, и это повторялось по кругу ровно до тех пор, пока я не прекратил поиски и не внедрил своих людей в партии братьев и сестры.

Но газеты и интернет — это лишь один из способов воздействия на массы, которым воспользоваться проще всего из-за скорости и эффективности. Выложил статью про цесаревича-палача в интернете и радуйся его испорченной репутации! А все почему? Потому что людям показана ситуация лишь с одной точки зрения, а как дела обстоят на самом деле, большинство из них никогда не узнает. Почему? Думать они не хотят.

Вот и мои братья решили сыграть со мной в грязную игру. То, что они писали в газетах раньше про цесаревича-палача и тому подобное — цветочки по сравнению с их новыми планами.

Понятно, что Григорий и Фёдор сами бы до этого не додумались и им подсказал кто-то из аристократов, а потому мне нужно попасть во дворец как можно быстрей.

— Дмитрий Алексеевич, мы же собирались ехать в северный Союз за заложниками. Как же они? — запереживала Алина.

На её лице отражалась реальная тревога за людей. Иронично, что убийца переживает о простых солдатах.

Это было именно то дело, ради которого мы изначально по официальной версии отправились на север.

— Я уже решил этот вопрос, — отвечаю я.

— Близнецы?

— Да, — киваю я.

Раз Ваня и Иван уже на месте, почему бы и нет.

Сперва я не хотел действовать через кого-то в этом деле по той причине, что сам хотел узнать, кто похищает наших солдат. А я такое очень не люблю.

«Российская империя сильна и нерушима. Каждый, кто поднимет руку на её граждан, будет наказан!» — вспоминаю строки, которые оставил своею рукой в Кодексе Императора.

В кабинете старшего наследника играла легкая музыка, которую включили для фона и даже не слушали, а ее и не было слышно за громкими и веселыми разговорами наследников Российской империи.

— Ну что, Фёдор, кто из нас станет императором? — шутливо спрашивает Григорий, делая глоток дорогого красного вина.

За вечер братья опустошили две бутылки, и в ход пошла третья.

— Конечно, я стану императором, тут никаких сомнений! — усмехается старший наследник. — Другого ответа быть не может. Или ты что-то иное ожидал от меня услышать?

— Как раз нет. Я бы удивился, скажи ты иначе.

— А я бы удивился, если бы ты согласился с этим утверждением.

— Тоже верно, — усмехается Григорий и опустошает бокал. — На данный момент шансы у нас равны.

— А не слишком ли мы жестоко с младшим братом поступаем? Наши с тобой друзья сильно постарались, — Федор кивает на лежащую на столе толстую папку.

Там были собраны и оформлены ложные обвинения против Дмитрия и для этого уже был созван совет империи. В него входят двадцать четыре советника, десять из которых точно поддержат эту идею, ведь они выступают на стороне Григория или Федора и не откажут им. Оставалось лишь убедить остальных.

В папке было собрано очень много всего: взятки от сомнительных личностей, сливание важной информации недружественным странам, даже изнасилование с фиктивной жертвой. Последнее придумал Григорий, который точно знает, что это подействует на двух князей из совета, и они даже разбираться не станут.

Нельзя сказать, что Федор любил младшего брата, но при мыслях о том, что будет после этой подставы, в его голове промелькнули последствия. А стоит ли? Черт… Конечно, стоит! Это лучше, чем убивать мальчишку.

А если не действовать кардинально, то Григорий добьется своего и младший брат окажется в могиле. Федор не был глупцом и видел происходящее вокруг. Покровители среднего брата постоянно подсылали к Дмитрию убийц. А если лишить его всех шансов на престол, окончательно опозорить, как бы дело до казни не дошло… А это возможно при самом наихудшем раскладе.

— Жестоко, а что поделать? — пожимает плечами Григорий. — Дмитрий должен знать свое место. Князь севера за него, это знаешь ли, неприятно, а приграничная территория сама по себе неприятная.

Судя по довольной улыбке Григория он нисколько не жалел о своих действиях. Наоборот! Он жаждал увидеть позор младшего брата и все последствия, которые ему грозят.

— Думаешь, князья во всё это поверят? — спрашивает Федор.

Несмотря на то, что все обвинения были подкреплены ложными доказательствами, над которыми работали хорошие юристы, и сделано всё было так, что не подкопаешься, сомнения оставались.

— А почему они должны усомниться? Есть фотографии и видео. Зря мы, что ли, нанимали актёров и платили за подставные отчеты?

Федор глотнул вина и задумался. После такого у Дмитрия не останется никаких рычагов власти. Ему не позволят занимать даже низший пост чиновника. Но, он вероятнее всего, останется жив. И будет знать, что бывает, когда рыба тебе не по зубам.

Сидел бы во дворце и не заикался про трон, и ничего этого не было. А раз сам захотел власти… Получай!

— А насчет жестоко это или нет… Это справедливо, — сделал вывод Фёдор.

— Вот видишь, ты сам ответил на свой же вопрос, — улыбнулся Григорий и потянулся к четвертой бутылке.

— Как бы его потом казнить не пришлось, если это всё выйдет в народ. Тогда могут потребовать казни.

Подобного исхода Федор не желал, но, к сожалению, при худшем раскладе это было возможно. И если это случится, Дмитрию он уже ничем не поможет.

Будет ли он жалеть о содеянном? Возможно. Но решения не изменил бы.

Григорий ответил через несколько секунд размышлений:

— Любая власть требует жертв.

И Федор был с ним абсолютно согласен.

Дверь кабинета отворилась и к братьям присоединилась их сестра Анастасия.

— О! Какие люди! — говорит Федор.

— А мы тебя ждем! — обрадовался ее появлению Григорий.

Анастасия смотрит на своих братьев, качает головой и говорит:

— У меня к вам только один вопрос. Кто придумал про изнасилование двух девушек?

Григорий звонко рассмеялся. А Федор улыбнулся, но отвечать не стал.

Анастасия и без того все поняла. Она подошла к Григорию и посмотрела ему прямо в глаза. Они блестели от алкоголя. Но пронзительный взгляд сестры заставил Григория убрать с лица самодовольную ухмылку.

— Вот ты точно получишь по морде от младшего…

Она бросает на стол толстую папку, что держала в руках.

— Идиоты! — говорит им и выходит из кабинета, громко хлопая дверью.

Глава 14

Князь Освальд Эльбрук сидел в своем кабинете и задумчиво читал письмо, которое перед отъездом оставил ему цесаревич Дмитрий. Написанное повергло его в замешательство.

Внезапно дверь кабинета распахнулась и туда влетела его дочь.

— Где он? Куда делся? Оставалось же еще время до его отбытия, — вид у девушки был крайне разочарованный.

Эрика была на нервах, но это и понятно, ведь она вломилась к князю без стука, хотя обычно старалась соблюдать все нормы приличия.

— У Дмитрия появились срочные дела и он уехал пораньше, — спокойно ответил князь.

— Дела? Я рассчитывала, что он сходит со мной вечером на прием к Ольховым. Кристина лично хотела поблагодарить его!