Выгодная позиция (ЛП) - Каффери Ребекка Дж. - Страница 7

Но он также проехал триста кругов в этот уик-энд, и я надеялся, что он будет немного более вымотанным.

«Просто пытаюсь немного успокоиться». Однако это не так уж и важно. Либо он делает это намеренно, либо не умеет считывать намеки.

«Пара парней собирается сегодня поужинать и выпить. Ты присоединишься к нам?»

Он переоделся в спортивные шорты и тонкую жилетку, обрезанную до пупка. Я

никогда не видел ничего подобного в Хендерсоме за всю свою карьеру.

Я не совсем понимаю, о ком он говорит, когда говорит «парни». За последние пару дней я видел, как он общался с гонщиками других команд, и я уверен, что видел сотню фотографий, на которых он запечатлен с Йоханнесом из команды Red Bull Ford.

«Я в порядке. Хорошего вечера». Мой тон сух и ясно дает понять, что я хочу, чтобы меня оставили в покое.

До первого уик-энда Гран-при в Бахрейне у нас есть две недели свободного времени, и у техников есть время внести последние коррективы в машины и отладить настройки. Роскошь гонок заключается в том, что мы не живем в одном номере отеля, как, я знаю, делают некоторые другие спортивные команды во время путешествий.

«Не беспокойся. Увидимся через час на интервью в Sports Mag». Он уносится вслед за Эшем, а из его уст сыплется шквал вопросов о том, почему мы решили установить в нашу машину подножку. Я не завидую Эшу сейчас.

Затем его слова доходят до меня. Я быстро достаю телефон, и оно тут же оказывается там: Интервью Харпера с журналом Sports UK. Не знаю, как я пропустил это сегодня утром. Наверное, потому, что завтрак состоял из безостановочного тявканья мне в ухо одного новичка, а не из моей обычной рутины по подготовке к дню.

Нехотя я поднялся со стула и пошел искать Келси. Она занимается организацией всех поездок, а мне нужно вернуться в отель, чтобы принять душ и переодеться.

«Хорошо выглядишь, Ки». Она всегда полна комплиментов, хотя это мне следовало бы ее похвалить - все поездки и проживание до сих пор были безупречными.

«Спасибо, Келс. Могу я попросить подвезти меня до отеля?»

«Вам повезло. Я только что вызвала машину для Харпера. Если вы поторпитесь, то поймаете его». Я секунду размышлял над решением. Келси - замечательная девушка, и я не хочу создавать для нее двойную нагрузку, но это последнее, чего я хочу. И все же я просто улыбаюсь и быстро говорю «спасибо», прежде чем повернуться и направиться в ту же сторону, что и Харпер, внутренне застонав. Как ни странно, я успеваю как раз вовремя, несмотря на то, что тащусь по пятам.

Харпер как раз открывает заднюю дверь, и мне хочется, чтобы с моей стороны не было невежливо лезть в переднюю.

«Я знал, что ты не сможешь удержаться», - говорит он с ухмылкой.

Он...? Его тон был кокетливым?

Переполох, вызванный неотложной медицинской помощью Элайджи и внезапным появлением Харпера в команде, заставляет меня все обдумывать. Это одна из моих худших привычек, и именно поэтому я так много времени уделяю медитации и развитию умственной концентрации. Я быстро отряхиваюсь.

«Келс сказала, что только что организовала для тебя машину, и я не собираюсь заставлять ее вызывать мне другую, когда мы едем в одно и то же место».

«Если это то, что ты хочешь сказать себе, Киан. Я знаю, что тебе не терпится узнать меня получше. Может, все-таки придешь поужинать?» Его дразнящие глаза такие яркие и восторженные - и вблизи, в золотой час оставшегося дневного света, они мерцают прозрачной бирюзовой синевой.

Завораживающе.

Поневоле прямо сейчас я понимаю, почему все мужчины и их жены так стремятся лечь с ним в постель.

Я отворачиваюсь от его взгляда, вспоминая, как сильно он меня раздражает. Может быть, его суперсила - это настойчивость? Кажется, он никогда не принимает отказа.

«Не совсем мое дело. Мне нужно принять душ, пройти интервью и успеть на занятия». Он явно не умеет улавливать тонкости, поэтому я пытаюсь четко, но твердо его отшить.

«Занятия? Что ты изучаешь?» - спрашивает он, вклиниваясь в разговор как раз в тот момент, когда я пытаюсь положить ему конец.

«Йогу». Гибкость жизненно важна для спортсменов, и не то чтобы мои тренировки не были общеизвестны, так что я не понимаю, почему мне так неловко говорить об этом с ним.

Он изучает меня, его томный взгляд скользит вверх и вниз по моему телу. Изучает меня с головы до ног. Его глаза мерцают от возбуждения, как будто он наслаждается тем, что видит, и я не знаю, как к этому относиться. Этого категорически нельзя допустить.

«Джеймс!» - огрызаюсь я.

«Прости. Просто пытаюсь представить, как ты занимаешься йогой. Ты не очень-то кричишь об элегантности».

«Это йога, а не балет. Речь идет о контроле, дыхании и исследовании пределов наших мышц и конечностей. Звучит знакомо?»

Я знаю, что говорю глупости, но у меня в голове все перевернулось, и я действительно устал от него. Это заставляет меня скучать по Элайдже еще больше.

В кои-то веки Харпер ничего не ответил. Может, потому что он согласен со мной, а может, до него наконец дошло. А может, потому что в его глазах все еще пылает жар, и он не может смотреть на меня. Как бы то ни было, я просто благодарен за тишину.

До отеля еще пять минут, но атмосфера настолько неловкая, что эти пять минут кажутся вечностью, прежде чем мы подъезжаем к парадному входу в отель и водитель открывает дверь, чтобы выпустить нас.

Мы оба быстро бежим по фойе и оказываемся в одном лифте на одном этаже.

Когда я обгоняю его в коридоре по пути к своему номеру, он хватает меня за руку.

«Хочешь встретиться здесь через полчаса, чтобы пойти на интервью?» - спрашивает он, стоя у двери в свой номер, зажав ключ-карту в замке. Пространство между нами пропахло потом и прорезиненным номексом, который впитывает свой запах в кожу независимо от того, как давно вы его сняли.

Не знаю почему, но я сдаюсь. В конце концов, нельзя же пинать щенка.

«Конечно». Кажется, я застаю его врасплох, потому что он путает свою карточку с ключом в то же самое время, когда собирается войти в дверь, даря мне зрелище того, как он бьется головой о дерево, когда дверь не открывается.

Спасибо, Вселенная.

Это моя награда за то, что я терплю его неустанное присутствие, и я наслаждаюсь каждой секундой.

Его лицо изображает смущение и растерянность. Он открывает рот, чтобы что-то сказать, но вместо этого бесшумно прикладывает карточку и исчезает в своей комнате.

________

Через полчаса мы снова встретились в коридоре. Я сразу же пресекаю его попытки завязать разговор - точнее, увлечься моим отцом, - и остаток пути до лифта мы проходим в молчании. Это умиротворяет, и я надеюсь, что, может быть, Харпер наконец-то понял, о чем идет речь. Но как только мы заходим в лифт, он нажимает на кнопки всех этажей по пути вниз.

«Да что с тобой вообще такое?» Моя возмущенная вспышка шокирует нас обоих.

«Со мной не так? Что, черт возьми, с тобой не так? Почему ты такой придурок?»

«Что, прости?»

Я веду себя как придурок?

«Это наше первое совместное интервью. Не мог бы ты сделать вид, что хоть немного рад моему приходу в команду?»

«Это будет обычное дерьмо. Как вы относитесь к предстоящему сезону? Готовы ли вы к следующим выходным? Кто ваш главный соперник в этом году? Просто дай несколько стандартных ответов, и все будет в порядке».

«Ну, извините, мистер Пятнадцать лет в бизнесе, но у некоторых из нас нет такого опыта, как у вас».

Ладно, это вполне справедливо.

«Так. Ну, интервьюер, Эва Гонсалес, - профессионал. Но она также уважительна.

Даже ты не сможешь все испортить».

Харпер заметно отшатывается от меня.

Может, это я такой засранец, но все, что он делает, кажется, вызывает у меня неприязнь.

Мы снова стоим в тишине, но на этот раз тишина заставляет мою кожу чесаться так, как никогда раньше. Я вздыхаю, когда мы доходим до медиа-комнаты, но пора надеть свое игровое лицо, и я не позволю ему овладеть собой. Это будет мой сезон.