Книжные люди (ЛП) - Эшенден Джеки - Страница 30

— Ты хороший, Себастиан. Но в Блэквуд Букс можно устраивать потрясающие мероприятия. Не такие, как у меня, но похожие по концепции.

В её глазах появляется блеск.

— Можно устраивать лекции по истории искусства, по архитектуре, по фотографии.

Её лицо порозовело от возбуждённой идеи, и она мне нравится такой.

— Или вечера шахмат? Или поэтические чтения? А клуб по книгам у тебя есть? — Она вдруг пристально смотрит на меня. — Почему у тебя нет книжного клуба, Себастиан?

Я выпускаю её локон из пальцев и перекатываю нас, прижимая её к кровати.

— Потому что я не знал, что он мне нужен, — говорю я, устраиваясь между её бёдрами.

Она кладёт ладони мне на грудь, большими пальцами легко гладит кожу. Это приятно. Нет, это чертовски приятно.

— Но он тебе нужен, — говорит она. — Книги сами по себе уже не продаются. Надо выходить и продавать их. Рассказывать людям, почему им стоит читать вместо того, чтобы смотреть Netflix или играть в World of Warcraft. Спрашивать, что им нравится, рассказывать о новых релизах... Много чего можно делать.

Она поднимает руку, кончиками пальцев касается моего скул. Её прикосновение нежное.

Я давно забыл, что такое — когда тебя нежно трогают.

И это почти слишком.

— У тебя огромный опыт, Себастиан. Ты знаешь своё дело. Но главное — у тебя есть страсть. Я уверена, многие захотели бы разделить её с тобой.

Я наклоняюсь в её ладонь, так же, как она склонялась в мою.

А потом целую её ладонь.

— Я не очень-то люблю, когда мне говорят, как делать мою работу. Но ради тебя сделаю исключение.

Я снова полушучу.

— Это хорошая идея, — настаивает она. — Ты знаешь, что я права.

Я двигаюсь, прижимаясь к ней чуть сильнее, и слышу её резкий вдох.

— Ты права, — соглашаюсь я. — Ты невероятно умная женщина, Кейт Джонс. Можно даже сказать, гениальная.

Её лицо заливает румянец, волосы растрёпаны по подушке, как водоросли, выброшенные морем.

Русалка, которую я поймал.

— Скажи что-нибудь, чего я не знаю, — говорит она, улыбаясь. — Если ты поможешь мне с моей историей, я помогу тебе с организацией мероприятий. Или с рассылкой новостей.

Я не должен соглашаться.

Не тогда, когда её постоянное присутствие в моей жизни — испытание.

Но я уже согласился на слишком многое. А то, что она предлагает, поможет магазину.

Что касается её присутствия...

Ну, пусть этим занимается моё будущее я. Сейчас у меня есть другая проблема.

— Я бы с радостью принял твою помощь, — говорю я. — Но, кажется, у меня есть ещё одна небольшая проблема.

Я снова двигаюсь, и она сдавленно стонет.

— Какая же?

— Одна красивая ведьма снова свела меня с ума, и я понятия не имею, что с этим делать.

Она дышит чаще.

— Правда? Тебе нужно руководство?

Я хватаю её запястья, прижимаю к подушке.

— О, думаю, я разберусь.

А потом я наклоняюсь и целую её.

И мы оба теряемся в этом бесконечном мгновении.

Глава 15

Я не смогу прийти сегодня. Мне так жаль. Я скучаю по тебе так сильно, что это больно. К.

Кейт

Я отпираю дверь книжного магазина и переворачиваю табличку на «Открыто». Потом замираю на мгновение, глядя через стекло на Блэквуд Букс через дорогу.

Он наконец-то поменял витрину. На заднем фоне висит большая карта, и если я не ошибаюсь, это карта Средиземья. Книги аккуратно разложены перед ней — разные издания Властелина колец, Сильмариллиона и Хоббита, а также книги о создании фильмов, включая путеводитель по Хоббитону в Новой Зеландии.

Витрина потрясающая, и мне хочется сделать что-то в ответ. Уже представляю, какой поставить знак: «Если вам понравился «Властелин колец», вам обязательно понравятся и эти замечательные фэнтезийные книги!»

Я вижу, как его высокая фигура двигается по магазину, и у меня перехватывает дыхание.

Прошло два дня с той ночи, и, хотя я знала, что это меня разрушит, я все еще стараюсь не дать этому случиться. Утром он не остался, хотя я предложила ему завтрак. Он только покачал головой, поцеловал меня крепко и ушел, не сказав ни слова.

Повторять то, что мы уже сказали друг другу, не было смысла. Мы оба знали, что это всего лишь одна ночь.

Но с тех пор я чувствую себя... опустошенной. И это раздражает. Я ведь знала, что мне будет хреново, и вот, пожалуйста. Ненавижу, когда оказываюсь права.

Он не писал мне уже два дня, и это тоже бесит. Хотя и я ему не писала. Я хочу дать ему пространство. И мне тоже нужно пространство, потому что ходить по кругу с томным выражением лица — явно не вариант.

Я не подросток. И я не схожу по нему с ума.

Эта ночь была лучшим сексом в моей жизни. Она стала исцелением после всего дерьма с Джаспером. Но хороший секс — это не любовь. Я не настолько глупа.

Я отворачиваюсь от двери, прогоняя из головы всю эту мешанину чувств, и возвращаюсь за стойку. Включаю компьютер, проверяю почту. Письмо от Лизы. Открываю его, сердце начинает колотиться.

Она в восторге от моих заметок. Ей нравится идея Уичтри. Она как раз ищет вдохновение между книгами, и, возможно, это оно. Она с радостью приедет на фестиваль и — нет, гонорар ей не нужен!

Волна адреналина накрывает меня, и я сжимаю кулак в коротком победном жесте. Это потрясающая новость. Это блестяще. У нас есть главный гость!

Я бросаюсь к двери, готовая мчаться через дорогу, чтобы рассказать Себастиану. Но когда берусь за ручку, замираю.

Делаю вдох.

И думаю.

Стоит ли мне так быстро снова появляться перед ним? Может, лучше просто написать ему? Уважить дистанцию, которую он держит между нами?

Ненавижу эти вопросы. Ненавижу эту неуверенность. С тех пор как я приехала в Уичтри, я чувствовала, что наконец управляю своей жизнью, но вот этим — нет. И мне это не нравится.

Я была права: он разрушил меня. Как когда-то разрушил меня Джаспер, но по-другому.

Джаспер был скрытным, коварным. Он отнимал у меня кусочки меня самой, понемногу, незаметно. Я даже не осознавала, что теряю их, пока не настал тот вечер, когда он потребовал, чтобы я перестала горевать ради него, и я вдруг поняла — он вычеркнул из моей жизни всех моих друзей.

Как на портрете Дориана Грея, я наконец увидела его таким, какой он есть. Не успешным, красивым мужчиной, с которым я жила и которого любила четыре года, а капризным нарциссом.

Себастиан тоже красив, но он не нарцисс. Он прямолинеен, напорист, но он не лжет и не ставит себя в центр всего. Он ничего у меня не забирает — он отдает. Говорит, что я блестящая. Говорит, что я красивая.

Но я не могу позволить своим чувствам к нему управлять моим поведением. Фестиваль — это что-то внешнее, не связанное с нашими отношениями, какими бы они ни были. Это отдельное.

Эта жизнь, которую я здесь построила, тоже отдельная. Она моя. В отличие от тех четырех лет с Джаспером. И если я хочу сохранить контроль над ней, мне нужно держать это в стороне.

Я не позволю тому, что случилось между мной и Себастианом, повлиять на фестиваль или на наши магазины. Нам все равно придется обсуждать рабочие вопросы.

Так что к черту сообщения. Он должен знать о Лизе, и я скажу ему лично.

Я распахиваю дверь и с решительным видом пересекаю улицу, направляясь в Блэквуд Букс. Колокольчик звенит, когда я вхожу.

Себастиан стоит у полки и разговаривает с Люси — местным риэлтором. Высокая, элегантная, в белом костюме, с безупречно уложенными черными волосами. Эйслин как-то говорила, что у Люси к нему слабость, и вот я вижу это своими глазами. Легкий румянец на щеках. Улыбка. Полное внимание.

Ревность впивается под кожу, как игла, но я стараюсь ее игнорировать. Мне все равно, если она с ним флиртует. У нас с ним была всего одна ночь, и все кончено. У меня нет на него прав. У него нет прав на меня. Это нормально.

Люси смеется, и звук ее смеха царапает меня, как наждачная бумага.