Компас желаний (СИ) - Кас Маркус - Страница 35

— Не только между нашими мирами, верно? — осторожно уточнил я, заметив многозначительность в его певучей речи.

Хакан промолчал и двинулся дальше. Что я принял за утвердительный ответ, но настаивать не стал. Уже научился понимать, когда этот пустынный вождь не намерен пояснять.

— Те ночи в нашей памяти живы всегда, — продолжил джинн свою сказку.

Под негромкое завывание ветра он говорил о настолько давних временах, что я сам ощущал себя маленькой песчинкой в таких масштабах. Это не пугало, а наоборот — завораживало. Ну и рассказчик был шикарный. С манерой речи Хакана только такие истории и вещать.

Пустыня тогда была полна жизни. Повсюду прятались оазисы, где росли удивительной красоты растения и деревья. А также водились птицы и разнообразная дичь. В местах этих всегда была вода — и возле неё никто не трогал друг друга. Даже заклятые враги временно примирялись, не смея нарушить священный закон.

Самые страшные ядовитые змеи не обращали внимания, даже когда им наступали на хвост. Скорпионы позволяли взять себя в руки и гладить, словно ласковые коты. Вроде как даже кактусы убирали свои колючки, когда кто-то случайно натыкался на них. Райские местечки — не то слово.

Тогда в пустынном мире были и люди. Первые, кого привели эти самые Скользящие. Впрочем, об этом джинн мне уже говорил. Про эпоху мира и процветания.

Кто всё испортил — не было понятно. Легенды об этом молчали, но похоже, что постарались обе стороны. Столетия покоя сменились годами противостояния.

И, как гласила эта сказка, всё началось с пролитой крови в одном из оазисов. Вроде как том самом, куда мы направлялись.

Был нарушен главный закон, и всё изменилось. Словно сам мир решил изгнать как обитателей, так и гостей.

Я слушал, невоспитанно распахнув рот и устав спотыкаться. В итоге объявил привал, достал бутерброды, которые мне дал с собой адмирал, и продолжил внимать без риска переломать ноги.

— Быть изгнанным из собственного дома, Искандер-амир, — с грустью говорил джинн. — Самое страшное, что случиться может. Всё потерять в одно мгновенье. И долгие года как наяву представлять…

Именно поэтому джинны пришли в наш мир. Отверженные Великой пустыней, разладившие с людьми. Враги везде, и тут и там. Незавидная участь и вполне закономерное развитие подобной ситуации.

Я узнал, как началась старая война, конец которой я успел застать. И, что уж говорить, поучаствовал в его успехе для людей.

Но Хакан знал и помнил всё — от момента открытия миров до сегодняшнего дня, когда джинны почти исчезли из обоих миров. И когда он говорил, я будто слышал саму вечность.

И в нашем мире не было оазисов, пока не пришли элементали. Их магия и старания смогли сделать почти невероятное. Потому что…

— Душа вождя — источник силы, способной средь песков устроить жизнь. Везде, где есть укрытие для путника — заложена частичка джинна, — сказал Хакан.

Частица души… Так элементали тоже, можно сказать, создавали артефакты!

Словно погрузившись в память Хакана, я увидел всё воочию. Не знаю, специально ли он это сделал, но перед глазами ожила картинка, дополненная всеми чувствами.

Я ощутил холод — пронизывающий насквозь. От которого не укрыться и не сбежать. Верный спутник темноты и преданный слуга. Точнее, палач. Безжалостно забирающий жизни тех, кто осмелился выйти в пустыню после заката.

Я увидел огненную фигуру, медленно идущую по острию бархана. Вот она упала, покатилась вниз и рассы́палась искрами. Каждая искра, падая на землю, превращалась то в дерево, то в кустик. А последняя разлилась маленьким озерцом. Вода будто прожигала песок, расплавляя его, образовывая долину. Песок убегал, обнажая скалы. А те укрывали убежище.

— Ого, — шумно выдохнул я, сообразив, что затаил дыхание, пока смотрел на это чудо.

— Там, — слегка помрачнел Хакан, указывая на запад. — Говорят, душа хранится сильнейшего из нас. Там прародительница роз пустынных. Цветов царица. Там… погибель ждёт нас.

Царица цветов… Пожалуй, подходящая цель для взятия ранга.

Хакан нахмурился из-за того, что последняя фраза меня совсем не впечатлила. Но снова промолчал. Джинн явно скрывал что-то. Важное, но неопасное. И мне думалось, что скоро я сам пойму, что именно.

— Вы много говорили с человеками, — немного коряво перевела джинна наша связь. — Узнать пытались побуждения и суть. Когда наступит час выбора — не забывайте о тех беседах, Искандер-амир.

— С людьми, — машинально поправил я. — И я всегда выбираю верно.

Элементаль поклонился, соглашаясь. А я поднялся, стряхнул с одежды песок и с новыми силами отправился в путь.

Хакан шёл чуть позади, размышляя о былом. До меня долетали отзвуки битв, празднований и снова битв. Всё же воин в нём был сильнее земледельца. Хотя в последнем джинны больше преуспели.

Я шёл и старался ощутить это место. Раствориться в нём, чтобы понять.

Пустыня дышала. Тяжело, шумно. Не только ветер, пронзительный и тоскливый, издавал здесь звуки. Под толщей земли текла вода. Очень глубоко и неторопливо. Сухие корни оплетали всё вокруг. В части их теплилась жизнь, но большая была мертва. Тем не менее эти корни будто удерживали пустыню.

Удивительное место всё же.

Сколько мы так шли, я не знал. Время здесь и правда шло иначе. То казалось, что позади часы, то минуты. Но я не уставал, поэтому просто продолжал двигаться вперёд. Тоже своего рода отдых — иди себе и иди. Думай о приятном, планируй и наслаждайся.

— Опасно, — вклинился мои размеренные мысли тихий голос джинна.

— Что? — резко остановился я и огляделся.

Те же барханы и пыльный туман. Ну и подобие дороги под ногами, чуть отличавшееся от окружающего.

— Ущелье шепчущих душ, — с некоторым трепетом произнёс Хакан.

Будто по волшебству воздух стал чистым. Достаточно для того, чтобы увидеть препятствие. В десятке метров от нас виднелись камни, а за ними пустота. Я осторожно приблизился и заглянул за край.

Не так и глубоко — тридцать или сорок метров. Столько же в ширину. Дно ущелья тоже было каменным и лишь слегка присыпанным песком. Что удивительно, учитывая окружающее и ветер.

Я присмотрелся уже магическим зрением.

Точно, без силы не обошлось. Искусное сплетение стихий и чужеродного аспекта сохраняло это место от песка и разрушения. Оценив стены, я удовлетворённо кивнул — как спуститься, так и подняться было реально. Множество выступов и даже целых ровных площадок.

— А почему это ущелье душ? — наконец спросил я, поворачиваясь к элементалю.

— Там те навек застряли, кто пройти пытался дальше. Теперь они хранят проход.

Я вновь посмотрел вниз. Ни единого движения, во всех планах. Как и призраков, если речь была про них. Не ощущалось ущелье враждебным. Без лишних слов я начал спускаться. И, подняв голову, увидел, что джинн тоже решился.

Спуск занял много времени. Зная коварность подобных мест, я тщательно выбирал, куда наступить и за что держаться. И не зря — некоторые камни превращались в крошку прямо в моих руках.

Когда я добрался до дна, то первым делом хорошенько потянулся. От долгого напряжения все мышцы затекли. Укреплять тело магией я не стал — лучше не тратить силу на такие мелочи. Кто знает, что нас ждёт впереди. Не погибель, это точно, но неприятный сюрприз возможен.

Сказки сказками, но на чём-то они основываются.

Странности начались на середине пути по дну. Словно ветер запутался в скалах и печально подвывал. К этому звуку вскоре присоединились шорохи. Будто песок струится сверху. Ну или кто-то шаркает по сухой земле…

Я остановился и внимательно осмотрелся. Ничего.

Хакан же вдруг пошёл в сторону, но так уверенно, что я не сразу заметил в этом нечто необыкновенное.

— Ты куда? — окликнул я элементаля.

Никакой реакции — джин продолжал удаляться. Я рванул за ним, нагоняя. Положил руку на плечо, чтобы остановить, и тут увидел. Скорее всего, физический контакт позволил мне видеть то, что видел Хакан.