Иоанна Хмелевская (Избранное) - Хмелевская Иоанна - Страница 389

Павлик взял в руки подарочную лампу и высоко поднял ее над головой, пытаясь рассмотреть ее дно. Вроде там что-то нацарапано.

— А ну-ка посвети,попросил он сестру.

Соскользнув с постели, Яночка присела на корточки и снизу посветила электрическим фонариком на лампу.

— Точно! Такие же червячки!

— В таком случае придется и их перерисовать, никуда не денешься. Подержи лампу и фонарик, а я перерисую. Алжир большой, может, тут еще какие сокровища запрятаны, не обязательно в виде драгоценных минералов.

Когда супругам Хабровичам удалось избавиться от незваных гостей, их дети уже давно спали. Отложив расспросы до утра, отец с матерью тоже обсудили между собой проблему необычного арабского сувенира.

— Не очень-то хорошо я знаком с обычаями арабов,рассуждал пан Роман,но, насколько знаю, подарки даются или за какие-то услуги, оказанные им в прошлом, или в чаянии каких-то услуг в будущем.

— Ничего специфически арабского я лично в таких обычаях не вижу, — заметила его жена.У нас поступают точно так же. Ты лучше скажи, как нам сейчас отнестись к такому финту?

— А никак. Если даритель будет околачиваться поблизости, значит, надеется на ответный сувенир. Тогда что-нибудь придумаем. Лампа и в самом деле изумительна. Можно будет взамен подарить ту шкатулку с ключиком, что ты привезла. Ну, изделие наших народных промыслов. Или декоративную тарелку. Особой проблемы я тут не вижу.

— И все-таки я бы на всякий случай спросила господина Хакима, что он мыслит на сей счет.

— Хорошая мысль! — обрадовался пан Роман. — Он ведь собирался к нам на пикник прийти, вот и спросим.

Сенчиковские, как и обещали, приехали в выходной день. Хозяева свозили их к водопаду, повозили по городу. На этом осмотр местных достопримечательностей, собственно, и закончился. Вернулись домой, а вскоре пришел и господин Хаким.

За вкусным обедом хозяева рассказывали гостям об экспериментальном пикнике, и пани Сенчиковская буквально заходилась от смеха, так что слезы лились потоком. Подали десерт. Пан Роман вспомнил о лампе-сувенире, попросил Павлика принести ее, чтобы продемонстрировать гостям.

Выслушав подробный рассказ о том, как жена какого-то араба принесла эту лампу в подарок их детям, полицейский улыбнулся и заявил, что всецело разделяет мнение пана Романа о том, как Хабровичам теперь следует поступить. Если даритель станет настырно околачиваться поблизости — тоже подарить ему что-нибудь, а если нет — так нет.

Облегченно вздохнув, Павлик с Яночкой поспешили унести лампу к себе с глаз долой. Тут пани Кристина продемонстрировала пани Сенчиковской аметисты, подобранные в каменоломне, и разговор необратимо свернул на рельсы происшествия в каменоломне. О лампе сразу же забыли.

Сбежав от гостей, дети опять поставили лампу на ящик в комнате Павлика и вернулись к своим проблемам. До завтра к Павлику переселили и Яночку, а в ее комнату поместили приезжих гостей. Уединившись, дети опять принялись осматривать обе лампы, удивляясь сходству нацарапанных на их дне непонятных таинственных надписей.

— А может, он хочет завербовать нас к себе в шайку? — выдвинул свежую идею Павлик.Потому и прислал лампу с тайными знаками. Дескать, давайте искать сокровища вместе...

— Не думаю, — возразила Яночка. — Одному ему сподручнее заняться сокровищами, ведь он из местных. Зачем ему мы?

— А ты откуда знаешь, что легче? Может, он рассчитывает на Хабра? Или думает, что мы больше него знаем о сокровищах.

— Погоди-ка, может, для этого нужны обе лампы? Вроде вот этот малюсенький значок на второй лампе немного другой...

И две головы опять склонились над рисунками, изображающими таинственные письмена на обеих лампах. И тут в дверь к ребятам постучал господин Хаким.

— Вы разрешите войти? Мне хотелось бы с вами поговорить без взрослых. Ведь вы говорите по-французски ?

— Говорим, но медленно. И не очень хорошо, — ответил Павлик. — Конечно, входите. Садитесь вот на эту табуретку, стульев у нас нет.

— Или вот здесь, на кровати, если хотите. Все стулья в гостиной, пардон.

Полицейский начальник без церемоний уселся на краешек постели и приступил к делу.

— Итак, я пришел побеседовать с вами, — весело начал он, блеснув черными глазами.

— О чем, интересно? — недоверчиво спросила девочка.

— А вот об этом! — махнул рукой полицейский на новую лампу. — Мне бы хотелось знать в подробностях, что говорила вам жена человека, приславшего лампу в подарок. Повторите, пожалуйста, каждое слово.

Брат с сестрой переглянулись. Им вовсе не хотелось повторять полицейскому слова женщины о том, что они оказали ее мужу какую-то услугу и что они любят друг друга.

Родителям они, во всяком случае, об этом не рассказывали.

Как всегда в трудные минуты, разговор начала Яночка, взглядом велев брату молчать.

— Эта женщина сказала: «Это для вас. Подарок. Сувенир»,осторожно начала Яночка, следя за своими словами. — Потом сказала, что прислал его ее муж. «Он знать, что вы его любить»,добавила она. И еще раз повторила, что это подарок и сувенир.

— И вы совсем не удивились, получив такой сувенир? — откровенно засмеялся полицейский.

— Конечно же, мы были очень удивлены, — как можно правильнее по-французски ответила девочка и для верности добавила: — Очень удивлены! Страшно удивлены! Абсолютно удивлены!

— Что же вас так страшно удивило? Ее слова?

— Да все вместе.

— Ответьте мне, пожалуйста, не удивили ли вас ее слова о том, что ее муж знает — вы его любите. Не показалось ли вам самим странным такое утверждение? Не удивлялись ли вы тому, откуда ее муж может знать о вашей любви к нему?

Брат с сестрой лихорадочно переговаривались по-польски, уточняя смысл вопроса арабского полицейского. Особенно волновался импульсивный Павлик, которому этот вопрос только сейчас пришел в голову.

— Чтоб мне сдохнуть, с какой стати она такое ляпнула? — нервничал он.

Отвечать на вопрос полицейского опять пришлось Яночке.

— Да, месье, мы были страшно удивлены, абсолютно удивлены, — сказала девочка, в волнении позабыв некоторые французские слова. — И мы совершенно не понимаем, почему она так сказала. А вы понимаете?

— Понимаю, — опять рассмеялся господин Хаким. — Я же ведь... беседовал с этой бандой воров. Они видели, как вы украли их лампу. И поняли, что вы очень любите лампы.

Павлик от возмущения вскочил с места.

— Что?! Мы украли их лампу?

— Да нет же! — тоже очень эмоционально возразила Яночка.Вы не так их поняли. Это они украли нашу лампу!

— Нет, я все правильно понял. Они украли вашу лампу, а вы украли у них их лампу. — Да нет же! Это была наша лампа! Полицейский спокойно пояснил:

— Украденная ворами ваша лампа находилась совсем в другом месте. А вы выкрали их лампу. Они видели, как вы крали, но ничего не говорили.

Нет, наверное, они все-таки чего-то не поняли, как-никак беседуют на иностранном языке. Дети попросили полицейского еще раз повторить им свое сенсационное сообщение и, по возможности, более доступным для них языком.

Господин Хаким послушно повторил. Получилось то же самое.

Павлик по-польски допытывался у сестры:

— Растолкуй мне по-нашему, правильно я понял — мы стибрили ихнюю лампу? А они видели и молчали? Как это понимать? Да нет, ведь Хабр нас туда привел и сказал — там наша лампа!

— Хабр привел нас к кривоглазому вору! — неуверенно заметила выбитая из колеи сестра. — А на другой день мы уже сами нашли тот дом.

— Но он нашел лампу!

— И показал комнату, где скрывали украденные вещи... Погоди...

И девочка обратилась к полицейскому:

— Господин Хаким, в том доме, с лампой, в одной из комнат мы видели много всяких вещей. Они их украли?

Господин Хаким, очень довольный, подтвердил:

— Да, но намного раньше. Они были похищены еще до вашего приезда сюда.

— Ну вот, видишь, — сказала Яночка брату.Хабр привел нас туда, потому что там были все эти вещи, они пахли нашими знакомыми. И лампа там тоже была, точь-в-точь, как наша, и она пахла так же, как и наша. И помнишь, Хабр говорил, там были люди? Выходит, они видели, что мы проникаем в их дом. И опознали нас.