"Фантастика 2025-66". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Заугольная Оксана - Страница 828

— Какого чёрта?! — Эр-Джей подскочил с места и подбежал к главарю. Тот подавил в себе крик. Глаза Роберта налились кровью, он громко и учащённо дышал носом. Эр-Джей аккуратно взял оторванную этикетку бутылки из руки босса, развернул. Корявым почерком, словно человек, написавший её, доживал свои последние дни, на ней было выведено:

ЭТО ДЕРЬМО ТЕБЯ ПОГУБИТ…

9

«Ренегаты» не заставили противника ждать ответа. Штаб «Стальных бесов» на Гетэуэй-авеню и бар на Третьей уничтожили первыми. Нескольких приближённых к Корбэллу Тексасу людей взяли в плен, а некоторые навсегда остались кормить рыб на дне Эопии. За три недели Роккерс-Вэллей превратился в поле боя, а улицы залило кровью. Обычные люди попадали под пули и становились жертвами взрывов по случайности, но ни «Ренегаты», ни «Стальные бесы» не разбирались, кто свой, а кто чужой. Некоторых беженцев приняли в обособленном Локхарде, правда далеко не всех. Полиция ввела чрезвычайное положение и забаррикадировала весь район, ограничив въезд и выезд. Они повели себя так же, как и при первой войне банд — не вмешивались. Охранникам правопорядка Нью-Роуз оказалось проще оцепить район и дать бандитам перебить друг друга, нежели патрулировать улицы. И этому было объяснение. В первом противостоянии между бандами пострадали более полутора тысяч полицейских, повторения такой тёмной истории ни правительству, ни «Малкольм Индастриз» не хотелось.

Роккерс-Вэллей угасал. Медленно, постепенно, плавно. Те, кто имел более-менее стабильный заработок, превратились в мародёров. Они грабили те немногие оставшиеся на плаву магазинчики, а маленькие бизнесы, как легальные, так и нет, остались не у дел.

Люк сидел на кухне своего трейлера, закуривая очередную самокрутку. Перед ним на столе лежал маленький листочек бумаги, на котором он записал имена всех тех, кто должен отправиться в мир иной. Несколько имён перечёркнуты. Он сделал глубокую затяжку и посмотрел в сторону спальни. Она вышла в его футболке с принтом NR№1 и кружевных трусиках. Немного растрёпанные волосы создавали домашний образ. Он перевёз её к себе, как только всё началось, ведь, как казалось Люку, здесь его никто не тронет. Он всегда заметал следы, исчезал с радаров. Трейлеры по соседству давно опустели, многие сбежали кто куда. Кто станет искать бойца «Ренегатов» в опустевшем поселении?

— Ты не идёшь в кровать? — спросила Вероника и села напротив своего молодого человека.

— Пока нет, малышка, мне нужно ещё кое-что уладить.

— Люк, послушай… Я… — девушка занервничала, её голос стих. — Давай свалим отсюда?

— Куда? — удивился юноша. — И потом, как ты себе это представляешь?

— В Карстон.

— Почему в Карстон?

— Там есть дома… Заброшенные. Я жила там какое-то время. Мы можем первое время обосноваться там. Я устроюсь в кафе официанткой, ты можешь попробовать устроиться водителем. Ты так потрясающе водишь.

— Вероника, милая, что ты несёшь?! — голос Люка задрожал от раздражения. — Ты понимаешь, что происходит там? — он показал рукой на открытое окно. — Ты понимаешь вообще, что на улицах война? Либо мы, либо нас!

— Не кипятись, милый. Я просто…

— Посмотри на это, — Люк стянул воротник футболки, обнажая зажившее клеймо «R». — Ты знаешь, что это?

Девушка молчала.

— Это предназначение. Это, моя милая, не просто символ. Это суть. Я слишком долго к этому шёл. Я не могу предать парней. Просто не имею права.

— Кого ты предашь, Люк?! Половина мертвы, как с вашей стороны, так и с их. Я просто подумала: не пора ли сесть за стол переговоров? Почему «бесы» напали на вас?! Зачем развязали войну?! Ты говорил с Робби?

— Он знает, что делает, детка, — голос Люка стал спокойнее, он подошёл к девушке и положил руки на плечи. — Он наш главарь. Сейчас затишье, они с парнями залегли на дно, чтобы проработать последний удар по этим сукам. Скоро всё закончится. Вот увидишь.

— Почему тогда ты не с ними? — Вероника нежными пальцами поглаживала руку Люка.

— Я боец. Я не принимаю решений, детка.

— А жаль, — Вероника подняла голову вверх, посмотрела на молодого человека. — Из тебя получился бы отличный главарь.

— Смеёшься? — Люк прислонил свою щёку к её.

— Нет, я серьёзно! А я могла бы стать твоей старушкой! Так ведь это называется? Женщина, которой принадлежит главарь банды.

Люк не успел ответить. В окно влетела бутылка с зажигательной смесью, Вероника от испуга закричала. Огонь распространился по столу, перекинулся на занавески, обои. Весь трейлер стал полыхать, будто сделан из соломы. Люк схватил Веронику за руку, повёл за собой к двери. Её чем-то забаррикадировали. Тогда он решил, что они выпрыгнут в окно в спальне. Трейлер наполнился синеватым дымом.

— Люк! Люк! — крикнула Вероника. — Мне страшно!

Как же он ошибался, решив, что его не найдут в опустевшем поселении. На юношу напал кашель, но выход уже был на расстоянии вытянутой руки. В глазах начало темнеть. Вероника обмякла и упала на пол. Он поднял её, закинул её руку себе на плечи. У комода возле кровати стояла светодиодная лампа, он аккуратно положил девушку на кровать и выбил лампой стекло. Подчистил осколки. Вероника не приходила в себя, в горле стало очень сухо, слёзы заполнили глаза.

— Суки! — крикнул Люк в порыве отчаяния. — Просто суки!

Аккуратно он подтянул к окну свою девушку, она, словно тряпичная кукла, уронила руки вниз. Люк резким движением вытолкнул её в окно, чтобы при падении она ничего не сломала, а затем прыгнул сам.

— Вероника! Вероника! Очнись!

— Люк… я…

— Отлично! Поднимайся, вот так, — он очень нежно поднял её, — уходим.

Стоило им отбежать от трейлера на несколько десятков метров, раздался взрыв. Вероника пришла в себя моментально. Они стояли, обнявшись, на дороге, наблюдая за тем, как горит их трейлер. Дом Люка на протяжении стольких лет. От которого через пару часов останется только пепел и обгоревшая мебель.

— Стоять, голубки, — послышался мерзкий, пропитый голос позади. Люк обернулся и увидел пистолет, направленный в их сторону. — Не двигаться.

— Отпустите девушку, — попросил «ренегат».

— Что ты несёшь, панк? Никто никого не отпустит.

Его ударил кто-то сзади. Последнее, что он слышал, прежде чем отключиться, — крик Вероники о помощи.

10

Темнота захватила Люка. Пугающая, томная тишина, сквозь которую отдалённо слышался смех и знакомый мужской голос. Звуки постепенно превращались в трудноразбираемые слова.

— Очнись, э! Ау-у-у-у-у! Очнись!

Люк открыл глаз. Болели рёбра и нос, видимо, его приложили несколько раз. Второй глаз заплыл.

— Приходит в себя, надо же! — говорил мерзкий голос.

— Где… где…

— Ты? У нас в гостях, дурень. Конечно, не такой шикарный штаб, как раньше, ведь тот вы, говнюки, взорвали к чертям собачьим.

— Она… где?

— А-а-а-а… Подружка твоя. Так вот же! Босс не разрешил с ней развлечься. Но ты не переживай, мы твою девку оприходуем так, что родная мама не узнает!

Вероника сидела напротив, привязанная к стулу. Разодранная футболка Люка едва прикрывала её грудь, на лице и руках девушки красным горели несколько царапин.

— Ублюдки! — Люк попытался броситься на одного из бойцов «бесов», но он также был привязан к стулу. — Нет! Нет! Не смейте!

— Заканчивай орать. И так голова раскалывается.

От этого голоса Люка бросило в дрожь. Ноги стали словно не его. По всему телу пробежали мурашки. Воздух резко перестал поступать в лёгкие, в голове он слышал бешеный ритм сердца. Эр-Джей обошёл Люка и наклонился, пронзающим взглядом осматривая синяки юноши.

— Неплохо так тебя, — подытожил он.

— Нет… — смог выдавить из себя Люк. — Как?

— Бизнес, мой друг, только бизнес. Времена меняются. Власть двух банд в одном районе — это чересчур.

— Ах ты ж сука… — гневно произнёс Люк. — Ты предал нас. Интересно, что с тобой сделает Робби, когда узнает.

— Робби? Да я срать хотел на твоего Робби, ты не понял? Где он, твой Робби?! Могучий предводитель «Ренегатов». Идеалист, который ничего не умеет, кроме как лить воду в уши. Сколько лет мы говорили о расширении, сколько лет мы говорили, что в Роккерс-Вэллей место только для одной банды?! Но нет, он же человек воровской чести! И что?! Я тебя спрашиваю, Люк, что?! Он поджал хвост, как побитый пёс, и спрятался в недрах района. Но я его найду. За это можешь быть спокоен.