Цикл романов "Целитель". Компиляция. Книги 1-17 (СИ) - Большаков Валерий Петрович - Страница 515

— Поехали тоже с нами! Ну вот где я найду такого начальника охраны — умненького и красивенького?

— Ладно, подумаю! — рассмеялась начохр, мимолетно прижимаясь ко мне, и удалилась.

Я проводил ее глазами, следя за тем, как колышется подол платья, и решил, что и вправду всё хорошо. И на работе, и дома.

Рита обещала запечь картошечку с сыром…

— Перерыв! — решительно объявил я, и ухмыльнулся: — Ровно в два жду всех в рабочем. У нас субботник!

Тот же день, позже

Италия, Сан Микеле дель Альпа

Протяжный и густой звон оплывал на зеленые холмы долин, расчесанные виноградниками и согретые солнцем. Но перед тем, как растаять в лучезарном воздухе Пьемонта, набатная дрожь пронизывала колокол звонницы — она, как рукотворный пик, перерастала плоскую вершину горы, суровой скалистой громады, увенчанной многоугольником каменных стен.

Старинная обитель сливалась цветом с крутыми склонами, выделяясь в природной разнузданности четкими гранями башен.

Брайен Уортхолл, он же Стивен Вакар, он же Степан Вакарчук медленно вобрал в себя горный воздух. Самое важное, самое ценное, что роднит монастырь с вышним краем тверди — это торжественная, воистину храмовая тишина, удаленная от шумливых низин. Внимая ей, ты и сам будто возносишься над мелочной суетой бытия.

Степан шумно вздохнул, припомнив, как радовался удаче с ключиками: операция «Сафари» продолжается! Ура!

А вот ныне радость увяла. Это было странно и непонятно, ведь сбылась невероятная, нереальная мечта любого толстосума — он стал самым богатым человеком в мире!

Вакарчук кривовато усмехнулся. Чего ж тут странного… Буржую мало иметь, ему надо, чтобы об этом знали — и завидовали. Толпились у трона, как римская клиентела, в надежде на подачку.

Хотя те же Ротшильды даже в списке «Форбс» не числятся — публичность им ни к чему. Клан ворочает триллионами долларов, но не напрямую, а через третьи, десятые руки, по сложным — и слаженным — цепочкам. Сколько у династии деньжат заныкано по всяким фондам и холдингам, ни одному аудитору не ведомо.

Так и он. На счетах у мистера Уортхолла — шесть миллиардов с копейками, а распорядиться он может суммой, на три порядка большей. Это и пугает — нечеловеческое количество дензнаков. А в деньгах, как энергия в уране, скрыта чудовищная власть.

Затеять войну? Да легко. Накормить от пуза индонезийцев, а их там полтораста миллионов? Да запросто. Или голодом уморить? Еще проще…

Вакарчук насмешливо фыркнул.

Не-е, властелина мира из него не получится… Да и причем тут он? Ни Уиллет, ни даже Барух-старший не таскали на голове корону земшарного императора. Координатор лишь направляет усилия главных буржуинов. «Олигархи всех стран, соединяйтесь!» — вот его девиз. Он, как король — будет править, пока своенравные герцоги с маркизами подчиняются его воле. А почему Рокфеллеры, Морганы и прочие Виндзоры слушались прощелыгу Седрика? А выгодно было!

Степан прерывисто вздохнул. Он лишь сейчас по-настоящему ощутил всю тяжесть ответственности, что легла ему на плечи.

Москва радуется его удачам — и ждет. Дождется ли?

Нет, направлять инвестиции в советские ОЭЗ, переманивать в Новороссийск или Калининград разные «Интел» или «Фольксваген» — это всегда пожалуйста. И прибыль на высоте, и дивиденды. Но это всё так, программа-минимум. А вот максимум…

Партия и правительство хотят, чтобы Рейган проиграл на выборах. Пускай, дескать, Картер займет Белый дом — Джимми мягче Ронни, с ним и договориться можно. Вот только как это всё провернуть? На советскую Родину надежды мало, да и кто оттуда подскажет, что делать? ИМЭМО разогнали, и правильно сделали. А чьи советы еще слушать? Арбатова? Ну и что академик смыслит в чаяниях «глубинного народа»? Или включить телик, и послушать Зорина из «Ленинского университета миллионов»? А толку?

Как отвадить американских олигархов от «ковбоя Рональда»? С чувством расписать, что «рейганомика» провальна, поскольку основана на займах? Дескать, живите в долг, на наш век хватит! Ага, ты еще припугни «жирных котов»… Чем⁈

«Полвека спустя триллионные долги обрушат „народное хозяйство“ Штатов!» И что? Олигархам-то какое дело до будущего? Они-то живут сейчас! И политика Рейгана им выгодна! А после них хоть потоп…

Вакарчук пригляделся. Из окна странноприимного дома открывался весь монастырский двор. Бенедиктинцы ковырялись на грядках, возились у сыроварен — монотонная, неспешная работа складывалась в однообразную жизнь, заполненную трудами и молитвами. Вставали монахи затемно, но и почивать укладывались рано, когда в городах лишь предвкушали вечерний загул…

Щелкнула дверь и подуло сквозняком.

— Настоятель на месте, — донесся голос Чарли. — Ждет.

— Пошли тогда, — Степан оттолкнулся от подоконника. — По слухам, здешний аббат обожает старинные реликвии…

Он бережно подхватил увесистый подарок — богато иллюминированный манускрипт Вульгаты. Правда, лишь второй том, с Новым заветом и частью Ветхого, зато сохранности необыкновенной — двести сорок листов пергамента высшего качества в переплете из свиной кожи. В XIII веке трудолюбивые писцы из скриптория неведомого монастыря исписали страницы чудным почерком в две колонки, а художники изузорили поля затейливым орнаментом. Царский подарок!

«Аз есмь царь!», — криво усмехнулся Вакарчук, припоминая, как Иван Васильевич менял профессию.

— Слушай, Чак… — невнятно вымолвил он. — Как нам не пустить Рейгана в президенты? Вернее, как отвадить спонсоров? Им же выгодно усадить Рона в Овальный кабинет!

Выдержав паузу, индеец ответил с равнодушием вождя:

— Выгода — это пряник. А ведь у тебя и кнут есть. Предупреди Морганов, Дюпонов и прочих, чтобы поддержали кого-нибудь другого… Ну, кого там можно…

— Картера, — подсказал Степан.

— Во, его пусть и спонсируют! А не послушают, им же хуже. Накажешь! Обрушишь акции Дюпонов на бирже. Устроишь панику среди вкладчиков, и пусть те осадят отделения «Джей-Пи Морган чейз» по всей стране, снимая кэш. Понятно, что сверхбогатый банк они не разорят, но убытки-то всё равно выйдут офигенные. Хау!

— Слушай, а действительно! — воспрял Вакарчук. — Чего это я? «Жирных котов» можно и против шерсти гладить!

— Нужно! — сказал Призрак Медведя наставительно. — Чтоб похудели…

Его высокопреподобие занимал покои обширные, но почти пустые. Между двух окон с витыми колонками висело почерневшее от времени распятие, у беленой стены тяжко проседали шкаф и пара сундуков, крест-накрест окованных полосками позеленевшей бронзы.

Да и сам настоятель вполне подходил аскетичному дизайну — сухощавый, в черной сутане, с лицом изможденным и благостным, он живо напомнил Степану карикатуры на инквизиторов.

Не желая нарушать обет молчания, принятый у бенедиктинцев, и не понуждать к разговору аббата, Вакарчук молча поднес дар, отвесив сдержанный поклон.

Хищно улыбнувшись, настоятель выпростал из рукавов костлявые лапки, принимая инкунабулу. Благоговейно возложив ее на простенький крепенький столик, устланный драгоценной парчой, он осенил гостей крестным знамением. Мигом развернулся, мотнув сутаной, и поднял крышку сундука, доверху набитого толстенными книжищами да шкатулками.

Вероятно, его высокопреподобие с вечера отложил старинный сундучок-подголовник с истертым, будто подтаявшим узором. Перетащив ларец на стол, аббат выжидательно посмотрел на Степана.

«Мой выход», — верно понял тот, и снял с себя цепочку с ключиками.

Серебряный подошел, проворачиваясь с тихим звоном. Невидимые пружины отжали наклонную крышку, и Вакарчук облегченно кивнул, трогая шершавые листы, исписанные не слишком давно, но с почтением к давним канонам.

Счета, счета, счета… Швейцарские банки, Банк Англии, Банк Америки, Уэллс-Фарго… На жизнь хватит. На миллион жизней.

Степан переглянулся с Чаком. Идея наказать разбалованных олигархов пустила корни в сознании, множа варианты «кнута и пряника». Его так и подмывало устроить акцию устрашения, сунуть заносчивых магнатов мордой в дерьмо! А рычагов и рычажков воздействия у него нынче хватает…