"Фантастика 2024-154". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Барчук Павел - Страница 469

— Ладно… ну а проблема в чём?

— Левк испугался, что Максимилиан разгневается, узнав об этом.

— Ой, только человек со слабым умом может думать, что кто-то может быть лучше Максимилиана, — беззаботно махнула рукой Алкмена и повернулась к Левку. — А где Зиоса? Она уже освободилась?

Мужчина изумлённо открыл рот и начал глотать воздух как рыба, не зная, что ответить на это.

— Дорогая, пусть она побудет с… ой я даже не знаю, пусть будет мужем, — сказала Лина.

— Мужем, мужем, она согласна, — довольно заулыбалась Алкмена. — А может быть, вечер с ней проведу я, а тебе отдам её на ночь? А?

— Вы подружились? — заинтересованно спросила Лина.

— Да, она чудесная девушка и мы с ней шьём прекрасные платья и мне новые сапожки. А то Дианта вдруг вспомнила, что ей надо учиться и теперь всё свободное время пропадает в университете, Зоя слишком громкая и то и дело говорит о Тигране, она меня утомляет, а мне скучно.

— Я передам ей, что ты желала её видеть, — кивнул Левк с плохо скрываемым изумлением.

Когда он вернулся, то сразу же пошёл к Зиосе, очень радуясь, что она воспользовалась предложением Максимилиана и на время его отсутствия поселилась в гостевой комнате дворца. И зайдя к ней, Левк её не узнал. У девушки было прекрасное настроение, одета была в красивый длинный хитон, который можно было носить только благородным дамам, волосы были красиво уложены, и уверенный, полный радости взгляд.

Это было настольно непривычно и удивительно видеть радость от встречи с ним… и она так искренне обняла его, что он был готов умереть от счастья. Его не было всего один месяц, а она так изменилась.

Спустя два дня

— Куда ты так спешишь? — спросил Максимилиан, изумлённо смотря на жену, которая вскочила с кровати, и побежала одеваться, как только первый лучик солнца показался из-за горизонта.

— С Алеем поговорить. Я же тебе больше не нужна? — с надеждой спросила Лина, смотря на мужа, который уже был одет, и в очередной раз поразилась его умению всё делать быстро.

Она два дня практически безвылазно просидела в зале, в котором проводили все советы, рассказывала полководцу всё, что видела в спартанских лагерях, и свои мысли относительно этого, и не было никакой возможности пообщаться с лекарем, а он уже несколько раз подходил.

— Нужна, но можешь идти, — кивнул Максимилиан.

— Ага… — произнесла она, накидывая на плечи плащ, и замерла на месте.

Перед ней стояла Афина.

— Ты никуда не пойдёшь, — холодно произнесла она.

— Почему?

— Что? — переспросил Максимилиан и замолчал, увидев, что взгляд Лины был устремлён в пустоту. По всей видимости, она разговаривала с кем-то из богов.

— Ты не должна приближаться к Алкмене.

— Она рожает? — закричала Лина и как ветер вылетела из спальни и понеслась по коридорам. Но как только показался коридор, ведущий на половину принцессы, она со всего размаху врезалась в невидимую стену.

— Ты слышала приказ! Не приближайся к ней! — прогремела Афина.

Лина упала на колени, не устояв на ногах, и ощупывала руками невидимую преграду перед собой. А по всему дворцу уже разносились крики Алкмены, которые пробирали до самого сердца.

— Пожалуйста, Афина… — сквозь слёзы прошептала она, не обращая внимания на мужа, стоящего за спиной.

— Нет.

— Госпожа, — прибежал запыхавшийся молодой лекарь, — Алей зовёт вас.

— Передай ему, что он должен справиться сам, — ответил Максимилиан, видя, что жена не в состоянии разговаривать с кем бы то ни было. Она судорожно что-то трогала перед собой и шептала сквозь слёзы, умоляя Афину пустить её.

Лекарь низко поклонился и в мгновение ока убежал, а полководец попытался поднять Лину с колен, но она забилась в его руках как рыба.

— Нет! Нет! Она не может умереть!

— Успокойся милая, — тихо сказал Максимилиан, но Лина оттолкнула его и бросилась в сторону коридора, но не смогла сделать и шага.

Крики начали стихать и довольно быстро прекратились совсем. Вокруг образовалась оглушительная тишина, и были слышны только тихие всхлипывания девушки, сидевшей на полу.

Максимилиан настороженно прислушивался. Неужели это всё? Неужели Алкмена умерла?

Он посмотрел на жену, перевёл взгляд на коридор, и не знал, как поступить. Нужно было узнать, что случилось, почему Алкмена перестала кричать. Она не могла родить на столько быстро… А рядом на полу, выложенном красивой мозаикой, сидела Лина, и она явно была не в себе, но трогать её сейчас не стоило.

О боги, что же делать?

Нет, нет, если бы Алкмена умерла, то ему бы сообщили об этом. Скорей всего этот лекарь Алей сейчас помогает ей родить.

И приняв решение, полководец сел рядом с женой и притянул к себе, нежно обнимая её. Она покорно прижалась к широкой груди, и закрыла глаза. Её всхлипывания превратились в тихий стон, а потом и вовсе стихли. И только непрекращающиеся горькие слёзы текли из её глаз.

— Лина? Милая, — услышала она через черноту, — Алкмена жива. Слышишь?

Лина подняла затуманенный взор на Максимилиана, пытаясь понять, что он хочет от неё.

— Что? — осипшим голосом спросила она.

— Алкмена жива, — повторил он. — Алей просил передать, что операция прошла успешно, и он преклоняется перед тобой, за неоценимую помощь и знания, которые ты ему дала, — улыбнулся Максимилиан.

— А мальчики?

— Один, к сожалению, родился уже мёртвым, но второй очень крепкий.

— Это чудесно, — прошептала Лина, задыхаясь от слёз. На этот раз слёз радости. — Это чудесно…

— Милая, пошли в кровать. Ты весь день провела сидя на полу, — сказал Максимилиан и требовательно потянул её за руку, поднимая на ноги.

Девушка покорно ухватилась за руку мужа, прижимаясь к нему и медленно пошла в спальню. Ноги плохо слушались, и рук она практически не чувствовала, но это было уже не важным. Алкмена была жива. Жива!!!

Глава 6

Проснулась Лина от того, что ей было неудобно… Нет, даже не так. Ей было очень, очень неудобно лежать. Под спиной как будто находились острые камни, больно впивающиеся в рёбра, руки и ноги, а под головой вместо мягкой подушки солома.

Солома? Странная мысль, ворвавшаяся в сознание, прогнала остатки сна окончательно. Лина совершенно чётко слышала запах соломы. Да ладно с этой соломой… напугало другое. Вокруг была мёртвая тишина. Нет, конечно в афинском дворце тоже было достаточно тихо, но до ушей всегда доходили какие-то звуки. Или шёпот ветра, доносящийся из окна, или журчание воды из небольшого фонтанчика, стоящего недалеко, или тихие разговоры слуг… и даже глубокой ночью можно было услышать хоть что-то.

Но пугаться неизвестно чего самое последнее дело и она нерешительно открыла глаза.

В первый момент показалось, что зрение пропало. Вокруг было невероятно темно, и только какие-то неясные тени проплывали перед глазами.

— О, смотрите, очнулась, — послышался незнакомый мужской голос, и Лина тут же села, пытаясь сориентироваться в пространстве.

Через несколько секунд глаза привыкли к темноте, пелена спала, и она смогла более-менее осмотреться. Но то, что открылось перед взором, ей совсем не понравилось. Лина совершенно чётко помнила, что засыпала в постели с любимым мужем, и эта постель была во дворце в Афинах, и это не вызывало сомнений. Но сейчас же её странное ложе из камней вперемешку с соломой и песком находилась в очень тёмном помещении. Хотя нет, чёрное глубокое небо над головой, говорило о другом.

Но больше всего не нравились то, что её окружила огромная толпа мужчин.

Лина медленно осмотрелась, пытаясь понять, что происходит, но ничего разумного в голову не приходило. Перед ней были греческие солдаты, в этом не было сомнения, но почему они так смотрели?

— Привет, — поздоровалась Лина.

— Ты как тут оказалась? — задал вопрос самый шустрый из них. Он стоял в центре, и, не стесняясь, разглядывал девушку перед собой с ухмылкой на губах, и буквально раздевал глазами.