"Фантастика 2025-41". Компиляция. Книги 1-43 (СИ) - Парсиев Дмитрий - Страница 368

Не так давно тут полегло какое-то количество боевиков Вьюрковского, новых он пока что не пригнал, так что я уверенно забурился в дом и немедленно переместился на Изнанку в своё надёжное убежище.

Как же давно я тут не был!

Я включил систему отопления и, раздевшись, смело полез в воду, в озерцо. Оно было бодряще холодным, чистым и каким-то пронзительным.

Несмотря на сковывающий меня холод, лёг на мелководье и пару минут наслаждался тишиной и уютом пещеры. Тишина. Я — снова я, хаотичные мысли пытаются успокоиться, улечься. Внутренняя собранность — путь к победе и выживанию.

Конечно, трудолюбивые башкиры не успели закончить все работы и была куча недоделок, в пещере без меня было холодно (отопление было погашено до уровня «тлеющий минимум»), на громадной остеклённой стене щедро выступали капли конденсата, но в пещере больше не дуло, дверь в туннель установлена и заперта, дом готов, мебель в массе своей стоит. И вообще — красота.

После холодного, хотя и бодрящего озера, я залез в ванну, она у меня стояла на отдельной площадке под стенами домика и была пуста.

Для водоснабжения башкиры установили здоровенный, на полтора кубометра круглый бак чуть в стороне от моего домика, на металлических массивных стойках. Оттуда по трубам шла вода, в процессе перетекания нагревалась, с шумом лилась в округлую керамическую ванну, неся умиротворяющее тепло моим щедро покрытым гусиной кожей бокам.

Тело постепенно согрелось, я расслабился и стал отдыхать, неспешно собирая в кучу мысли и прокручивая события последних дней.

Любой альпинист, даже с минимальным опытом, скажет, что подъём на вершину не есть финал похода.

Да, попасть к императору — это круто. Выйти от него живым и здоровым (а во время разговора я, несмотря на обилие блокирующих артефактов во дворце, чувствовал за дверью сразу четверых боевых магов-охранников) — тоже здорово.

Получить немагический артефакт, который сейчас помещён в тайник-сейф, небольшой, о котором даже башкиры не знают. Здорово.

Получил доброе напутствие и согласование по крайней мере по части моих планов.

Круто!

Что ж, вершина достигнута, осталась лишь малость, спуститься с этих поднебесных высот и не свернуть себе шею. Считать, что, поговорив с императором, ты уже схватил Бога за бороду, было бы не только чрезмерно тщеславно, но и опасно для самого себя.

Итак, нужен план. Старый не то, чтобы провалился, но раздражающе сильно тормозил. Учитывая частоту покушений на меня, недалёк момент, когда одно из них будет успешным. Маловероятно, что я так же дьявольски везуч, как Фидель Кастро, который пережил пять сотен самых разных покушений на свою жизнь и умер в глубокой старости. Не с моей удачей.

Итак. Старик-профессор и его специализация… Секретная служба, бюрократия, согласование возможности арестовать Вьюрковского как политика. Из-за чего тупят? Да потому что он для них кто? Наркоторговец и организатор ОПГ. То есть обвинения для его статуса «жидковаты». Ладно. Что у меня ещё за проблемы на горизонте?

Что ещё? Обычно я записываю, тут использую память. Медный завод, который пока что не дал никакой отдачи, но скоро начнёт. Турки — наследники старинного особняка. Стройка идёт стахановскими методами, надо её посетить. Прииск работает штатно, Мещеряков не отдаёт долги, самолёт пристроен (надо бы ещё полетать!).

Было тепло, как-то разом навалилась усталость, но я всё же нашёл в себе силы помыться. Разморенный, завалился спать в не застеленную, вкусно пахнущую свежим деревом кровать.

— Цветлан! — вопреки старшинству и крутости, сначала я пошёл к риелтору, просто потому, что он был на месте.

— Да, Ваша милость! — приветливо улыбнулся он.

— Слушай, что там с турками?

— Турками? — заметно напрягся он.

А потом, почти сразу же и я. Забыл, что ли, собака Калин?

— Ааа…. Которые… неприветливые наследники? — протянул он.

— Да.

— Есть их контакты, телефоны, имена, но с ними пока не общался, просто руки ещё не дошли.

— Давай сюда контакты, не надо с ними общаться, — допускаю, что Цветлан лучше, чем я, в дипломатии, очень даже допускаю, потому что дипломат из меня примерно так же, как капитан пиратского судна. Но в данном случае речь шла о моём родовом поместье, поэтому…

— Занимайся, прошу тебя, сделками по постепенному выкупу домов по улице Вестминстерская.

— Хорошо. Что-то кроме этого ещё поискать?

— У меня после поездки голова кругом, так сразу не соображу. Будет время, посмотри объекты в районе медного завода.

— Что конкретно ищем?

— Небольшое строение, метров триста-четыреста, отдельный въезд, возможность установки крана или кран-балки, своя парковка.

— Типа автомастерская? А Вас не смущает, что по городу эта бизнес-ниша уже перенасыщена? Или я чего-то не знаю, и у нас тут скоро автозавод вырастет?

— Может и не знаешь. Ладно, гони инфу по туркам…

…

Константин и Дмитрий встречали меня, лихо выпучив глаза и стоя по стойке смирно, дружно (но негромко) гаркнули:

— Здравия желаем, господин посол!

— Не знал, что в секретной службе принято стебать своих тайных агентов, — недовольно пробурчал и встал бочком, скрестив руки на груди и показательно обидевшись.

— Разрешите поздравить с успешным началом дипломатической операции, господин посол? — широко ухмыльнулся Константин.

— Не уймётесь никак? Ну ладно, типа разрешаю, поздравляйте.

— Аркадий Ефимович, довожу до Вашего сведения что Вы представлены к награде — медаль «Знак императорского благоволения» и его предварительно согласовал сам государь.

— Когда вручение?

— После оформления, это занимает от двух недель до нескольких месяцев.

— Ладно, буду знать.

— Разрешите садиться, господин посол?

— Мы будем сегодня серьёзными или как? Или я пошёл?

Константин показал мне на три новенькие кресла, стоящие друг напротив друга, и мы все уселись

— Так что Вам разрешили рассказать, Аркадий?

— Ничего не разрешали, не запрещали. Короче, государь расспрашивал про дипломатию и конституцию каганата.

— И?

— Ну, в целом он одобрил идею внедрения конституции в степном каганате, как возможности эксперимента. Но это далеко не всё.

— А что ещё?

— Согласовал создание там банка, торговли, железной дороги и местного казачества.

— Казачества?

— Ага, я вот прямо сейчас смотрю на будущего руководителя Южноалтайского казачества, — повернулся в направлении Дмитрия.

— Э, Аркадий, Вы уж не бурейте, голубчик, на моего заместителя рот-то не разевайте. Я Вам его не отдам.

— А кто сказал, что я его заберу? Наверняка Вас пошлют в каганат вместе с ним, присматривать за мной и новым конституционным проектом. Дмитрий будет рулить созданием казачества и военной поддержкой дружественному кагану, Вы — создавать агентурную сеть.

— Такое не Вам решать. Да и в Кустовом я недавно, зачем меня ещё куда-то перемещать?

— Это точно, не мне решать. Но простое прогнозирование показывает, что вероятность такого развития событий высока.

— Поживём-увидим, — недовольно нахмурился он. — Надеюсь на этом новости заканчиваются?

— Из того, что могу сказать, да.

— Когда Вы в каганат?

— Судя по вопросу, Вы больше претензий к моему самолёту не имеете?

— Имею. Мы его заберём, и Вы будете взлетать в разрешительном порядке, — вздёрнув вверх подбородок, победно улыбнулся агент.

— А у вас и пилоты есть?

На это Константин отвёл глаза и не ответил.

— Официально сообщаю любимой мной службе, что самолёт является собственностью дипломатической миссии, по принципам экстерриториальности он не подчиняется требованиям имперских или республиканских властей и нападение на него будет считаться актом войны, несмотря на наши дружеские отношения. Полагаю, что проведение каких-либо мероприятий подобного рода потребуют самых высоких согласований.

По мере того, как я говорил, улыбка Константина меркла, на последних словах он сжал челюсть и даже слегка скрипнул зубами.