"Фантастика 2025-41". Компиляция. Книги 1-43 (СИ) - Парсиев Дмитрий - Страница 877

— Так и что же ты предлагаешь? — решил я перевести разговор ближе к сути, понимая, к чему идёт дело.

— Я пойду с тобой, но не на правах полноправного духа и тотема. Я уже увидел, что ты действительно можешь выделять камень душ из своей ауры или ауры рода. Поэтому, как только я решу от тебя уйти, ты меня отпустишь. И не сможешь отказать мне, опираясь на то, что не умеешь вынимать камень душ из своей ауры.

— Но это же нелогично. Если я буду нуждаться в тебе, если меня будут осаждать враги, и ты меня бросишь в самый опасный момент, это теряет какой-то смысл. Получается, что я не смогу на тебя положиться.

— Я клянусь, что не буду покидать тебя во время битвы.

— Или перед битвой, — добавил я.

Носорог кивнул.

— Это справедливо, и это я поддерживаю. Нет чести в том, чтобы бежать от сражения. Наши цели с тобой временно сходятся. Но есть ещё один пункт. Если ты сойдёшь со своего пути и не будешь внимать моим просьбам вернуться на путь своего духа, я тоже покину тебя, ибо не во всех битвах я обязан участвовать. Если ты пойдёшь войной против этого мира и войной против духов этого мира, я поддерживать тебя не буду. И смогу уйти. Также я не буду поддерживать тебя в попытках истребления себе подобных, не заслуживших такой участи. Если ты перейдёшь на сторону тьмы, разбоя и злодейств, я не стану делиться своей силой.

— Тоже разумно, — покивал я. — И меня это более чем устраивает, — заявил я. — По крайней мере, что-то мне подсказывает, что Барлин, тотем рода Медведевых, не ошибся, подсказав мне этот путь. Да и я ни разу не пожалею о том, что решился на связь с тобой.

Носорог вдруг кивнул чему-то своему, потом прислушался и сказал:

— Я готов стать твоим духом-хранителем.

В следующий миг его могучее тело засветилось красным светом. Я ожидал, что сейчас он превратится в камень или ещё что-то вроде того, но нет, ничего не произошло. Однако в моей ладони вдруг появился небольшой камешек, по форме напоминающий черепаший панцирь.

Я устремил внутренний взор туда, где обычно располагался камень душ. И увидел там мощный копьевидный камень, вершина которого напоминала рог моего нового товарища.

Будто специально, именно в этот момент помещение зверинца заполнили разнообразные воины с оружием наголо. Часть из них обступила меня, направив в меня копья.

Другая часть принялась теснить носорога. Третьи бросились на помощь господину. Четвёртые принялись ловить разбежавшихся в разные стороны животных, которые не успели смыться куда подальше.

Я кивнул носорогу, и тот принялся таять. Сначала медленно, а потом резкой вспышкой. Хлопнуло так, что у меня заложило уши, а окружающих воинов попросту разметало в стороны. Однако не так сильно, без увечий, травм и жертв.

— Прошу вас объясниться, — раздался грозный голос мужчины, залатанного в сверкающий золотом доспех.

Кем он себя возомнил? В его шлеме длинным пучком торчали разноцветные перья. На боку висел меч, украшенный камнями. Его толстые пальцы, не скрытые латными рукавицами, украшали перстни и кольца со здоровенными драгоценными камнями.

При этом, несмотря на несколько комичный внешний вид, воин вызывал к себе уважение. От него веяло настоящей силой. Он явно был опасен.

— Я знаю, что вы гость нашего господина, но учитывая тот факт, что здесь полнейшая разруха, а вы единственный уцелевший, я требую ответа от вас, господин Бронин, — повторил он вопрос.

Я глубоко вдохнул, потом, глядя в упор на мужчину, произнёс:

— Для начала представьтесь, я должен знать, с кем имею честь беседовать.

— Вам имеет честь представится, барон Дмитрий Росомахин.

Вот жеж…

Да уж, с этим типчиком лучше не спорить, будет безопаснее для нервной системы.

Глава 14

Завершающая стадия переговоров

Ситуация, мягко говоря, выглядела не очень. Я это прекрасно понимал. Всё же целое поместье разрушено, огромное количество артефактов и трофеев рода Гадюкиных испорчено или где-то потеряно. Все слуги и воины что были при графе Гадюкине разбросаны вокруг в разной степени сохранности. А сам Гадюкин валяется без сознания. И один я, вполне свеженький и бодренький, стою и утверждаю, что не при делах.

Любой уважающий себя безопасник засомневался бы в моих честных речах, какими бы ясными глазами я на него в этот момент ни смотрел. Поэтому следовало дождаться, когда хозяин придёт в себя и даст разъяснение. Можно было бы, конечно, начать качать права, лезть в бутылку или вовсе попытаться прорваться отсюда силой. Но, боюсь, ничем хорошим это не закончится. Поэтому надо потерпеть.

Я, признаться, несколько раз попытался пробиться сквозь защиту Гадюкина, чтобы привести бедолагу в сознание, но не тут-то было. Защита была установлена не слабая. Даже телекинез не смог прорваться. Таким образом, заёмная защита Гадюкина сыграла злую шутку не только с ним, но и со мной.

Тем временем Росомахин, (как же непривычно даже по себя произносить эту фамилию, безотносительно своего однокурсника), не теряя меня из виду, раздавал указания своим бойцам, чтобы те оцепили периметр и исключили любые угрозы для господина. Затем он распорядился, чтобы лекари попытались привести в порядок раненых и самого Гадюкина. Всё это время он цепко оглядывал меня, то и дело задерживая взгляд на моей лысине. Как только указания были розданы, он вернулся ко мне.

— Значит так, господин Бронин, я требую от вас объяснений. Что произошло, и при каких обстоятельствах? Почему здесь случился такой бедлам и что произошло с господином Гадюкиным, несмотря на всю его защиту?

— Да тут как-то всё само собой завертелось, — ответил я, решив пока не вдаваться в подробности и всячески уходить от ответов. — Слушайте, а у вас случайно сын не учится в Муромской академии? — решил поинтересоваться я, предположив, что это отец моего закадычного товарища по учёбе. Заодно подумал, что это прекрасный способ уйти от неудобной темы.

— Никто у меня там не учится, разве что племянник старшего брата. А чего это вы интересуетесь? Вынюхиваете? — напрягся он.

— Да нет, я же сам учусь в Муромской академии, недавно поступил.

— Недавно, значит? Ну да, ну да, — пробормотал Росомахин, который, очевидно, приходился дядей Борису.

По крайней мере, учитывая всё то, что транслировал сам Росомахин-младший, странно было бы, если бы его отец выглядел как павлин с перьями, золотом и драгоценными камнями.

— Представляете, на соседних курсах с ним учимся. Он штурмовик, я разведчик. Первокурсники мы.

— Первокурсники, — снова повторил за мной Росомахин. — Что-то вы, мне кажется, зубы заговариваете, от темы уходите. Я вам вопрос задавал. Опишите, пожалуйста, произошедшее и не юлите, — с нажимом произнёс Росомахин.

— А чего мне здесь юлить? — изобразил я возмущение. — Некий злостный элемент устроил здесь дебош, принялся хулиганить, выпускать зверей из клеток, всячески буянить, нападать на хозяина и на меня, в том числе.

Я замолчал. Росомахин выжидательно смотрел на меня. Вообще удивительно, что столь прямолинейный род оказался на службе у типчиков типа Гадюкиных, которым вряд ли честность по вкусу. Наоборот ведь, Гадюкиным больше по душе интриги и хитрости. Любопытно, при каких обстоятельствах Росомахин вообще стал им служить. Скорее всего, Гадюкин воспользовался какой-то хитростью, других объяснений у меня нет.

— Так, — требовательно протянул Росомахин. — И куда дальше делся этот ваш возмутитель спокойствия?

— Испарился, — ответил я. — Прямо таки исчез.

Росомахин нахмурился.

— Что вы мне голову морочите⁈ Как это, исчез?

— Да вот так взял и исчез. Прямо-таки перед вашим приходом. Думаю, ваши воины застали этот момент.

Росомахин хотел было что-то возразить, но подозвал одного из своих бойцов и что-то едва слышно у него спросил. Тот закивал головой и принялся что-то живо рассказывать. Росомахин удивлённо посмотрел на меня.

— Так значит, это был носорог? — спросил он.