Запретный плод (ЛП) - Ричардсон Аманда - Страница 67

Как и последние восемь дней.

Так как это была последняя неделя в школе, я занимался своими делами, пока жил в лофте Ориона в центре города. Я дважды видел Зои на уроках, но она полностью игнорировала меня, чего я, наверное, заслуживал. Пару раз мне доставляли продукты, и я знаю, что Стелла заходила к ней пару раз, чтобы проведать, так что я знаю, что она, по крайней мере, выживает.

Когда я кладу телефон на пол, он звонит, и я смотрю на экран.

Зои

Запястье в порядке, не сломано.

Мое сердце начинает биться от ее слов, от того, что я вижу ее имя на экране.

Я действительно чертовски скучаю по ней, но если я скажу это, то только запутаю ее. Тем не менее, нам, вероятно, стоит поговорить о том, как мы собираемся двигаться дальше.

Это хорошо.

Ты дома?

Я быстро сбрасываю с себя одеяло и натягиваю брюки, быстро застегивая их, пока смотрю на экран. Три точки то появляются, то исчезают несколько раз, и к тому времени, как я натягиваю рубашку и чищу зубы, она все еще не ответила.

Мы должны поговорить.

Как и раньше, появляются три точки. На этот раз приходит длинный текст, и мне интересно, писала ли она его все это время.

Зои

Я уже еду в аэропорт. Из-за всего этого безумия последние две недели я забыла сказать тебе - я подала заявку на участие в писательском семинаре, и меня приняли. Он длится 30 дней, так что я вернусь к занятиям в январе. Я ценю твое желание поговорить, но мне нужно немного пространства. Ты очень обидел меня, отдалившись, и если я увижу тебя, то, возможно, не захочу ехать в Лондон. Дай мне знать, нужно ли попросить Лейлу присмотреть за капитаном, пока меня не будет, или ты вернешься к себе домой..

Холодный, сильный ужас проникает в меня при ее словах.

30 дней.

Ты действительно причинил мне боль.

Твой дом - не наш дом.

Сглотнув, я набираю ответ.

Я горжусь тобой. Я позабочусь о Суши... не беспокойся об этом. Будь в безопасности в Лондоне..

Зои

Спасибо

Моя кредитная карта все еще у тебя, так что смело используй ее.

Зои

Я оставила кредитку на стойке. Со мной все будет в порядке.

Я пожевал нижнюю губу и задумался, как сделать так, чтобы у нее были деньги хотя бы на еду и осмотр достопримечательностей, когда она напишет мне ответное сообщение.

Зои

Мой телефон там не работает, но если нужно связаться со мной, ты можешь позвонить в inklondon по номеру +44788 977219.

Я спорю с ней, но не могу удержать ее от этого.

Проведя быстрый поиск в Интернете, я убеждаюсь, что это легальная программа, поэтому сажусь обратно на кровать и запускаю руки в волосы. Мысль о том, что следующие тридцать дней я проведу в одиночестве, угнетает, но, полагаю, теперь я могу отправиться домой. Надеюсь, Капитан не набросится на меня, как только я войду в дверь. Он всегда защищал Зои, но я никогда не думал, что он будет защищать ее от меня.

Я собираю вещи, когда моя рука натыкается на письмо Элиаса для Каролины. Вытащив его, я тяжело вздыхаю.

Полагаю, я могу сделать одну остановку, прежде чем отправиться домой.

Поездка через каньон в Малибу живописна и прекрасна. Небо ярко-голубое, а холмы зеленые от недавно прошедшего дождя. На улице шестьдесят пять градусов тепла, поэтому я приоткрываю окна, пока еду по извилистой улочке рядом с пляжем Зума.

Я бывал здесь всего несколько раз, поскольку, когда мы ужинали вместе, она обычно предпочитала приезжать к нам.

Я паркуюсь за ее машиной на подъездной дорожке и подхожу к большому современному дому, из которого открывается вид на побережье. Ее письмо у меня в правой руке, поэтому я звоню в дверь левой.

Через минуту дверь открывает Каролина, и сначала она выглядит почти удивленной, увидев меня.

— Лиам?

Будучи старше Элиаса почти на десять лет, она всегда была очень компетентной старшей сестрой, и в этом смысле мы всегда ладили. Мы часто сближались из-за того, что были самыми старшими, из-за того, что нам приходилось заботиться о младших братьях и сестрах.

— Мы можем поговорить? — спрашиваю я, потирая рот.

Она отходит в сторону и жестом приглашает меня зайти в дом.

Когда я захожу в дом и закрываю за собой дверь, она прислоняется к ней и скрещивает руки.

— Полагаю, ты здесь по той же причине, по которой Зои приходила ко мне вчера вечером?

Я открываю и закрываю рот. — Зои была здесь?

Каролина закатывает глаза и проходит мимо меня. — Я принесу нам что-нибудь выпить.

Она исчезает на кухне, а я прогуливаюсь по безупречно чистой гостиной. Я улыбаюсь, когда вижу, что в основном это фотографии Зои, разбросанные по книжной полке: Зои в младенчестве, Зои в толстовке с логотипом юридической фирмы Каролины, когда она была маленькой девочкой, фотография Зои на выпускном...

У меня защемило в груди, когда я подумал о том, что не видел Зои целый месяц. Не слышать ее низкий, горловой смех. Не ощущать сладкий, пудровый аромат фиалок, не чувствовать, как она забывает поесть и превращается в голодную угрозу. Не шутить с ней и не наблюдать, как она закатывает глаза, когда я неизбежно говорю что-то на "старческом жаргоне миллениалов".

Я прочищаю горло, когда Каролина входит в гостиную, держа в руках две рюмки и бутылку серебристой текилы.

— Рановато для этого, — бормочу я, намереваясь пошутить.

Каролина смотрит на меня, садясь на одно из кресел напротив дивана, а затем наливает нам обоим по рюмке, после чего берет свою.

Я поджимаю губы и стараюсь не улыбаться, поднимая свою рюмку и отпивая из нее. Я не вздрагиваю - ожог приятен.

Если это то, что мне нужно, чтобы снова стать хорошим другом Каролины, то так тому и быть.

— Что это? — спрашивает она, вытирая рот и указывая на конверт, все еще зажатый в моей правой руке.

— Письмо от Элиаса. — Ее лицо белеет, когда она несколько раз переводит взгляд с конверта на мое лицо. — Знаешь, я предполагал, что Зои уйдет жить к тебе, когда узнал о случившемся, — медленно говорю я, садясь на диван напротив нее. — У тебя хорошая работа, большой дом и семья.

Каролина ничего не говорит - она слушает с открытым выражением лица. Тогда я продолжаю.

— Но в тот день, когда они пропали, Зои позвонила мне в панике. Она была совсем одна... — Мой голос срывается, поэтому я делаю глубокий вдох, прежде чем продолжить.

— Я заехал за ней домой, и мы разработали план. Мы пошли в полицейский участок, но нам сказали, что мы не можем подать заявление о пропаже человека, пока не пройдет двадцать четыре часа. Поэтому мы решили не говорить тебе. Мы не хотели тебя волновать.

— Ну, ты знаешь, что случилось потом. Мы все присоединились к поисковой группе, а потом они нашли тела… — Я сглотнул. — В общем, я предполагал, что ты получишь опеку над Зои. А потом мне сказали, что это я...

— Я рада, что это был ты, — предлагает Каролина, наливая нам обоим еще по рюмке. — Как бы я ни любила Зои, я не создана для того, чтобы быть матерью.

Мы замираем на минуту, каждый из нас делает еще по рюмке.

— Элиас написал мне письмо, а внутри было письмо и тебе, и Зои.

Каролина сжимает брови. — И ты отдаешь его мне сейчас?

Я качаю головой. — Нет. То есть да. Я открыл свое только в прошлые выходные.

Выражение лица Каролины смягчается в понимании.

— После того, что я тебе сказала, я уверена, что прочитать его было нелегко. Вот почему Зои пришла ко мне вчера вечером.

Я киваю. — Может быть. Не знаю. Мы не разговаривали с той ночи.

Каролина вздыхает и берет письмо, когда я протягиваю его ей, открывая его, когда она откидывается назад. Ее глаза скользят по словам брата, а рука подносится ко рту, когда она заканчивает, и она кладет письмо на стол, прежде чем сделать еще одну попытку. Она борется со слезами, но одна все же проскальзывает. Смахнув ее со щеки, она фыркает и качает головой.