Запретный плод (ЛП) - Ричардсон Аманда - Страница 78

— Привет, милый, — воркую я, прижимая его маленькое тело к себе. — Я так по тебе скучала, — шепчу я, мой голос срывается на последнем слове.

— Да-да! — кричит он, перебегая из моих рук в руки Лиама.

Я улыбаюсь им на секунду, прежде чем встать и повернуться лицом к Каролине.

— Большое спасибо, что присмотрела за ним, — говорю я ей, обнимая ее.

— Это действительно не проблема, — возражает она, отмахиваясь от меня.

Я изучаю ее несколько секунд. Когда Лиам получил работу в Нью-Йоркском университете, я была недавно беременна Бронте, и Каролина настояла на том, чтобы поехать с нами на восток, чтобы помочь нам. Она открыла в городе еще одну очень успешную юридическую фирму и живет в нескольких кварталах от нас на Мэдисон-авеню. Несмотря на многочисленные интрижки, она предпочитает оставаться незамужней и бездетной и при любой возможности балует Бронте.

— Ну, мы провели спокойную ночь, —говорю я, глядя на Лиама, который держит Бронте на руках, а та играет с его лицом, как с тестом для игры.

— Хорошо. Ты заслужила это. Ты же знаешь, я говорил тебе, что нужно провести ночь вдали от дома с тех пор, как ему исполнилось три месяца...

Я смеюсь. — Знаю, но он все еще на грудном вскармливании, так что это не так просто. Кстати говоря… — Я прервалась, и мои руки автоматически потянулись к груди. — Мне нужно покормить его, пока моя грудь не взорвалась.

Мы вчетвером заходим в дом, Лиам и Каролина разговаривают несколько минут, прежде чем она прощается со мной, оставляя меня сидеть на диване с сыном.

Я смотрю на него, пока он дремлет, а он хватает меня за палец и засыпает, как только наедается.

Лиам тихонько подходит и садится рядом со мной.

— Мне бы не помешало вздремнуть, — говорит он, потирая лицо.

Я смеюсь. — Мне тоже.

Когда мы решили завести ребенка, я не была уверена в том, что буду чувствовать себя матерью. Мысль о том, что Бронте потеряет меня, как я потеряла своих родителей, была почти невыносима. Но потом я подумала о Лиаме, о том, что он заслуживает иметь ребенка или двух, и о том, что он заслуживает иметь их до того, как станет слишком старым. Это был просто факт жизни - иметь мужа на двадцать лет старше меня. И хотя я никогда не представляла, что стану матерью в двадцать два года, это было лучшее решение, которое я когда-либо принимала.

— Нам пора собираться, — пробормотал Лиам, закрывая глаза и прислоняясь к дивану.

— Да. Через минуту, — бормочу я, глядя на Бронте.

Бронте - ее имя означает "Гром".

Называть ребенка в честь того, что пугает меня больше всего, может показаться противоречивым, но для меня это был идеальный способ отпустить этот страх и двигаться дальше.

Конечно, Лиам быстро согласился на это, ведь он любит литературу.

Оставив Бронте и Лиама дремать несколько минут, я отнесла Бронте в его детскую, чтобы дать ему подремать, пока я буду собираться.

Час спустя мы втроем садимся в поезд Q, направляющийся на Таймс-сквер. Бронте пристегнут к груди Лиама, а на моего нарядного мужа бросают восхищенные взгляды другие женщины.

Я хмуро смотрю на каждую из них, и Лиам не может не заметить, что я делаю.

Выйдя из поезда, мы втроем идем к печально известным мигающим рекламным щитам. Мои ладони потеют по мере того, как мы приближаемся, и я не могу удержаться, чтобы не проверить свои часы.

— Пять минут, — говорит Лиам, останавливаясь, когда мы доходим до середины площади. Бронте брыкается и визжит, прижимаясь к груди Лиама, лицом наружу и хватаясь за каждого проходящего мимо нас человека.

— Ты в порядке? — спрашивает он, становясь рядом со мной.

Я вытираю руки о джинсы, понимая, что они дрожат. — Да, я в порядке.

Отойдя на несколько футов, я разворачиваюсь и продолжаю вышагивать, пытаясь подавить колотящееся сердце, и так повторяется несколько минут.

— Одну минуту, — говорит он, глядя на рекламные щиты. — На каком из них это будет?

Во мне вспыхивает паника. — О боже. Я не знаю! Я не спросила своего агента.

— Подожди, — бормочет Лиам, сверкая глазами, указывая на одну из досок через мое плечо. — Смотри, вот ты где! — кричит он.

Я поворачиваюсь и тут же начинаю плакать, увидев большой рекламный щит с изображением моего нового релиза "Принцесса бури".

А под ним... Теперь это бестселлер №1 по версии New York Times!

— Вот дерьмо! — всхлипываю я, прижимая руки к лицу, когда обложка моей книги мелькает не на одном, не на двух, а на трех рекламных щитах.

Когда "Между всеми царствами" вышла в свет, она потерпела полное фиаско. У меня было много предзаказов, но книга не продавалась. Я так и не закончила вторую книгу, вместо этого попробовав свои силы в YA-фэнтези.

Лиам любит приписывать себе заслугу в том, что с него началась моя одержимость Перси Джексоном, которая в итоге привела меня на путь YA.

Я самостоятельно опубликовала "Ледяную принцессу" через шесть месяцев после выхода "Между всеми царствами", и она взорвалась. В итоге я подписала контракт с агентом, который продал книгу издательству большой пятерки, и они подписали меня на написание еще шести книг в этой серии.

Все книги попали в список New York Times.

А "Принцесса бури" заняла первое место в прошлом месяце.

Я самый молодой миллионер, подписанный с моим издателем, и мне нравится втирать Лиаму, что технически моя зарплата выше, чем его.

— Я так чертовски горжусь тобой, — говорит Лиам.

— Пру, мама! — кричит Бронте, и его высокий голос заставляет меня плакать еще сильнее. — Люблю маму!

Лиам подходит ближе и обнимает меня. Бронте брыкается и хихикает, наслаждаясь тем, что мы все прижались друг к другу.

— Я тоже тебя люблю, Бронте, — говорю я ему, целуя его, несмотря на то что мои щеки мокрые от слез. — А я люблю тебя, — говорю я Лиаму, вставая на носочки, чтобы поцеловать мужа.

Мы смотрим на рекламный щит еще несколько минут - даже после того, как он сменился.

И когда очередная реклама проносится над тремя рекламными щитами, я беру Лиама за руку.

— Кто голоден? — спрашивает Лиам.

— Я! Я! — говорит Бронте, глядя на своего отца.

Я ухмыляюсь, вытирая слезы. — Я могу поесть.

Лиам сжимает мою руку, пока мы идем к поезду Q, и я не могу не быть чертовски благодарной за него. За Бронте. За нашу жизнь в Крествуде, а теперь и в Нью-Йорке. Я скучаю по Калифорнии, но мы посещаем ее достаточно часто, чтобы я могла смириться с тем, что пустила корни здесь, на восточном побережье. Потребовались недели, чтобы убедить Лиама согласиться на должность преподавателя в Нью-Йоркском университете - он переживал, что оставит своих братьев.

Но после нескольких недель разговоров о еде и культуре я наконец убедила его. И впервые он сделал что-то для себя.

— Простите? Вы Зои Рейвэдж?

Маленькая девочка не старше тринадцати лет стоит рядом со мной, пока мы ждем поезда, и держит в руках экземпляр "Принцессы бури".

— Да, — медленно говорю я.

Вот черт. Она читает мою книгу.

Девочка начинает плакать, рассказывая о том, как она боится штормов и как моя книга помогла ей преодолеть страх.

Мне приходится активно работать над тем, чтобы не расплакаться, пока я подписываю ее книгу и смотрю, как она уходит, проскакивая к своим родителям, которые благодарно машут мне рукой.

— Это никогда не устареет, — говорю я, и мой голос срывается.

Лиам обнимает меня за плечи, пока мы идем к нашему поезду. — Это потому, что ты потрясающая.

— Потрясающе, мама! — восклицает Бронте.

Notes

[

←1

]

LSAT или Law School Admission Test — это стандартизированный тест, который проводится четырежды в год в специализированных центрах по всему миру. LSAT администрируется Советом по вступлению в юридические вузы и рассчитан на потенциальных поступающих в юридические вузы США.