Скрытые шрамы (ЛП) - Ричардсон Аманда - Страница 37

Я выхватываю у него из рук содовую и делаю глоток. — Чем занят? Молишься?

Он ухмыляется. — Забавно. Но нет, помогаю другу с ремонтом.

— У тебя есть друзья? — поддразниваю я.

Он смеется. — Джулиан. Он только что вернулся в Крествуд из Лондона.

Мои брови взлетают вверх, когда я смотрю на Лиама, а мой старший брат просто потягивает свой напиток и смотрит в сторону, как будто не хочет вмешиваться.

— Джулиан - это твой лучший друг в детстве? — спрашиваю я.

Кай пожимает плечами. — Мы недавно воссоединились. Они никого здесь не знают, и я предложил им помочь по дому с небольшим ремонтом.

— Они?

Кай смотрит в сторону. — Джулиан и его жена, Софи.

Я отпил еще глоток из его бокала. Малакай и Джулиан были... близки. Мне всегда было интересно, были ли они больше чем друзьями. Насколько я знаю, между ними никогда ничего не было, но однажды они перестали общаться, и через несколько недель Кай уехал в семинарию, а Джулиан вернулся в Лондон, где прошло его детство. И несмотря на то, что Кай то и дело заводил знакомства - он ведь не безбрачный священник, - ничего серьезного между ними не было. Теперь, когда он стал директором школы, он поэтично рассуждает о том, что слишком занят, чтобы встречаться, но иногда я задаюсь вопросом, найдет ли он когда-нибудь кого-то, с кем сможет остепениться.

— Майлз встретит нас в пабе на соседней улице, — говорит нам Лиам, убирая телефон в карман. — Пойдем?

— Да. Дай мне секунду, чтобы убедиться, что все здесь в порядке, прежде чем я уйду на ночь. Встретимся там?

Кай дает мне пять, а Лиам машет через плечо. Когда они уходят, я делаю глубокий вдох и подхожу к бару, руки все еще трясутся от разговора с Лейлой.

Быстро проверяю барменов, а затем возвращаюсь в комнату для сотрудников и хватаю куртку, медленно продеваю руки в рукава и мысленно готовлюсь к шквалу вопросов от четырех моих братьев.

Счастье, что Чейз и его жена Джульетта больше не живут в Крествуде. Ни за что на свете мой следующий старший брат не смог бы разглядеть маскировку, которую я пытаюсь изобразить.

Мой обычный телефон пикает, и я проверяю уведомления. Единственный человек, о котором я получаю уведомления, - моя сводная сестра, но изображение и подпись, появившиеся в ее социальной сети, едва не сбивают меня с ног.

Она смеется и держит бутылку пива правой рукой - рукой, на которой висит золотой браслет, который я ей подарил. Снимок немного размыт, но, конечно, она чертовски великолепна.

А подпись...

Твоя.

Тогда я понимаю, что сделаю все, чтобы Лейла стала по-настоящему моей.

Не только Starboy.

А моей.

ГЛАВА 12

Призрак

Лейла

Сделав глубокий вдох, я смотрю на свое отражение в зеркале во всю стену. Я арендовала платье на ночь — его фактическая стоимость в три раза превышала мою ипотеку — и я могла сказать, что платье было изысканным по тому, как ткань облегала мое тело, прилипая во всех нужных местах. Стелла, жена Майла, помогла мне выбрать его на прошлой неделе.

Плечо идеально держало форму с одной стороны, а пояс обеспечивал полную поддержку и слегка растягивался для комфорта. Платье представляет собой черное платье в пол с А-образным силуэтом, с высоким разрезом вдоль моего правого бедра. Одна половина без рукавов, а другая элегантно ниспадает на мое плечо, черный материал облегает мою руку до запястья.

Глубоко вздохнув, уставилась на свое отражение в зеркале в пол. Я взяла платье напрокат - его стоимость в три раза превышала мою ипотеку, - и по тому, как ткань обнимала мое тело, прижимаясь во всех нужных местах, я поняла, что платье было изысканным. Стелла, жена Майла, помогла мне выбрать его на прошлой неделе.

Плечо прекрасно держало форму с одной стороны, а лиф обеспечивал полную поддержку и слегка тянулся для комфорта. Платье - черное платье в пол с высоким разрезом вдоль правого бедра. Одна половина платья без рукавов, а другая элегантно драпируется через плечо, черный материал облегает руку до запястья.

Оно классическое и скромное со стороны рукавов, но с другой стороны демонстрирует грудь и ключицы.

В пару к нему я надела прозрачные туфли с цветами, вкрапленными в синтетический материал. Они великолепны, но не самые удобные - впрочем, я почти никогда не наряжаюсь вне спектаклей, так что мне нравилось, что у меня есть повод их надеть.

К тому же мои ноги знали толк в обуви.

Я собрала волосы в хвост и сделала минимальный макияж и украшения, не считая кремовых румян, туши для ресниц и нюдовой помады.

И, конечно, браслет Starboy1997.

Наряжаться было не обязательно, но мы вчетвером решили, что это будет весело, а поскольку на следующей неделе мы собирались на день рождения Зои, то использовали это как повод нарядиться.

Когда я выхожу из спальни, Воробей настороженно смотрит на меня со своего места на одной из многочисленных кошачьих подстилок по всему дому.

— Знаю, знаю. Я почти никогда не выхожу.

Он издает тихое мяуканье.

— Я не вернусь слишком поздно, хорошо?

Я покормила его раньше и выключила кондиционер, чтобы он не замерз. Завтра у нас ожидается жара, и я чувствую тепло, исходящее от входной двери. В апреле здесь нередко бывает жарко, но завтра температура должна стать рекордной. Как коренной житель Лос-Анджелеса, хорошо знаю, как важно заранее охладить дом.

Воробей растянулся на кровати, зевая. Я хватаю свою сверкающую сумочку-клатч и проверяю телефон. Мы поедем в Голливуд на шоу, а поскольку я как раз еду в Голливуд из Крествуда, они предложили заехать за мной. На мой телефон приходит сообщение от Зои, в котором она сообщает, что находится на улице.

— Хорошо, будь умницей, — говорю я Воробью и целую его.

Открываю дверь, и на меня сразу же обрушивается тепло. На улице сухо и ветрено, и пока я закрываю и запираю дверь, джип Лиама « Wrangler» стоит на обочине, а Орион обходит его, чтобы придержать для меня заднюю дверь.

Не думала, что он тоже поедет на машине.

Как только он оборачивается, его рука замирает на ручке двери, а глаза окидывают мое платье. Его взгляд задерживается на прорези, и я улыбаюсь, подходя ближе. Когда он снова поднимает на меня глаза и ему удается открыть заднюю дверь, в его выражении лица появляется искра восхищения и нотка уязвимости. Его рот слегка приоткрывается, как будто он собирается заговорить, но на мгновение теряется в словах, прежде чем медленная, искренняя улыбка распространяется по его лицу, смягчая его черты.

Мое сердце учащенно забилось.

Он выглядит хорошо, действительно хорошо.

Его костюм глубокого полуночно-синего цвета. Он имеет тонкий блеск, который улавливает свет заходящего солнца. Пиджак распахнут и идеально сшит, обнимая широкие плечи и сужаясь к узкой талии, с тонкими лацканами, окантованными черным атласом. Брюки зауженного кроя, с небольшим разрезом у щиколотки, открывающим полированные черные кожаные оксфорды. Под ними надета чистая белая рубашка.

Вместо традиционного галстука воротник рубашки расстегнут. Карманный квадрат имеет темный замысловатый узор пейсли, совпадающий с подкладкой пиджака. Завершает образ сшитый на заказ жилет из фактурной черной ткани с тонкой вышивкой.

Мой желудок переворачивается, когда я подхожу к нему. В его выражении лица смешались благоговение и теплота, а его взгляд на секунду задержался на моих губах.

— Привет, — говорит он, жестом приглашая меня забраться внутрь.

— Привет, — говорю я, задыхаясь. Он протягивает мне руку, и я беру ее - по моей руке пробегает электрический разряд, когда я забираюсь на заднее сиденье.

Как только он закрывает дверь, я на мгновение забываю, что Зои и Лиам сидят на передних сиденьях.

— О Боже, — говорит она, расширив глаза. — Ты так поражена...

Задняя дверь открывается, и она делает движение губами, прежде чем повернуться к Лиаму, своему мужу.