"Фантастика 2025-70". Компиляция. Книги 1-31 (СИ) - Калинин Алексей - Страница 321

«Как это нет?» — выдал на это я — вышло, пожалуй, довольно глупо.

«Она… Она умерла», — пояснила мне в общем-то очевидное далекая Катя.

«Как это случилось?» — задал я новый вопрос — суть ответа на который в целом уже тоже себе представлял.

«В разгар ритуала в дверь квартиры принялись ломиться. Ну, те люди, что гнались за вами. Элеонора Эдуардовна начала форсировать кут … В смысле, церемонию — так она у нас называется… Поднявшимся энергетическим вихрем меня попросту выдавило из комнаты. Ваши недруги уже были в квартире, в коридоре, но меня они не тронули, просто велели уйти на кухню и тихо там сидеть. Сами же попытались проникнуть к Элеоноре Эдуардовне — но, похоже, сумели не сразу. Говорю же: там, за дверью комнаты, такие силы бушевали… А потом я почувствовала, что ритуал оборвался — очень резко. Выглянула: чужие уже уходили. Я побежала к Элеоноре Эдуардовне — и нашла там два бездыханных тела. Ваше — и ее…»

«То есть они ее допросили и убили…» — пробормотал я.

«Нет, — неожиданно возразила мне девушка. — Они ее не убивали — да у них бы и не вышло. Я думаю, Элеоноре Эдуардовне пришел ее срок. Если бы ее смерть была насильственной — точнее, если бы возникла угроза насильственной смерти — мудан просто перенесла бы свой дух в другое тело — как сделала это с вами, все равно же вас сопровождала за порог миров… Она так уже поступала раньше — не думаете же вы, что это была ее первая и единственная за все время телесная оболочка?»

Вообще-то, именно так я и считал до сих пор — просто не помышляя о каких-то иных вариантах…

«А почему вы уверены, что и теперь этого не произошло? — спросил я. — Ну, что она тупо не переселилась куда-то еще?»

«Потому что ее дар перешел ко мне, — как-то несмело, будто пугаясь собственных слов, сообщила Катя. — А это значит, что мудан теперь — я, а Элеоноры Эдуардовны больше нет в нашем мире. Горевать тут не о чем: она прожила ровно столько, сколько ей было предназначено…»

«Понятно…» — протянул я.

«…Но последнее свое дело Элеонора Эдуардовна все же не доделала, — продолжила между тем моя юная собеседница. — Я о вашем случае, Владимир Юрьевич. Однако из-за спешки в концовке ритуала и резкого его завершения тот сработал не совсем так, как было задумано. Планировалось, что вы очнетесь где-нибудь в районе Сеула…»

«Ну да, а я угодил прямиком в солнечный Пхеньян! — не слишком вежливо перебил я девушку — но меня уже просто распирало. — В Северную, чтоб ей было пусто, Корею! Да еще и не получил память прежнего владельца тела — меня тут теперь за шпиона принимают!»

«Не совсем так. Я о памяти. Часть ее вам все же досталась — например, вы теперь свободно говорите по-корейски, причем, именно на северном диалекте. Основной массив личного опыта — да, где-то потерялся…»

«Где-то потерялся!» — передразнил ее я.

«Но это все еще полбеды, — кажется, не обратила внимания на мое едкое замечание Катя. — Амнезия и смещение точки вашего вселения на двести километров — это лишь следствия, а причина их — сдвиг во времени, примерно на тринадцать часов. Да еще и не вперед, а назад! Мироздание буквально треснуло, пытаясь как-то скомпенсировать сбой ритуала — и вот! А дальше уже одно потянуло за собой другое… Спроси кто меня об этом еще позавчера, и я сказала бы, что такого вообще не может быть! По определению! Но мы видим, что так случилось. И в мире духов это тоже видят. И они здорово рассержены!»

«На меня?» — только этого мне сейчас не хватало — гнева злых духов! Хотя семь бед — один ответ…

«Нет, конечно — при чем тут вы? На Элеонору Эдуардовну».

«А ей-то там уже не все равно?» — хмыкнул я.

«Как раз теперь ей, там — не все равно. В прежней своей силе она походя строила этих демонов в три ряда — а вот теперь ее душа беззащитна — и они жаждут отыграться за старое. И имеют для этого шикарный повод!»

«Что ж, остается ей только посочувствовать», — заметил я.

«Не только! — в голосе девушке звякнул металл. — Элеоноре Эдуардовне можно помочь — и я намерена попытаться! Все исправить!»

О, вот это уже теплее!

«Исправить? Вы можете вытащить меня отсюда? — быстро спросил я. — Переселить в другое тело — в нужном месте и… времени? С полной памятью?»

«Пока нет, к сожалению, — явственно вздохнула где-то далеко Катя. — Мало унаследовать дар — нужны навыки. Пусть формально я и мудан — но, по сути, еще только учусь ею быть. И стою в самом начале длинного — очень длинного — пути… На что-то подобное окажусь способна разве что лет через тридцать — если все эти годы буду старательно упражняться…»

Ну да, «я не волшебник, я только учусь»…

«Как-то долговато», — кисло усмехнулся я.

«Но кое-что я все же могу, — словно оправдываясь, заявила между тем Катя. — Вот, сумела связаться с вами…»

«А толку с того?» — не удержался я.

«Будет толк. То есть может быть… Все, что нужно сейчас Элеоноре Эдуардовне — это ваше понимание и прощение! Если вы не будете держать на нее зла, если примете ситуацию — демоны мира духов ничего не смогут ей сделать! Исчезнет предлог!»

«А, делов-то! Передайте демонам, что на госпожу Цой я не в обиде!» — в общем-то, вполне искренне заявил я.

Ну а действительно, за что мне злиться на старуху? Если верить рассказу ее ученицы, а он похож на правду, Элеонора Эдуардовна, по ходу, сделала для меня все, что смогла. И даже, вон, сама надорвалась в процессе!

«Слов мало, — неожиданно не удовлетворилась таким ответом моя собеседница. — Я же говорю: вы должны внутренне принять случившееся. Смириться со своей новой реальностью…»

«Да как с этим можно смириться⁈ — разом взорвался я — не иначе, гормоны молодого тела взыграли, ну да и ладно! — Вы хоть понимаете, куда я угодил⁈ Что это такое, на фиг — Северная Корея⁈»

«Понимаю, конечно. Но и вы поймите: почти все то, что пишут о КНДР за рубежом — неправда! Либо южнокорейская пропаганда, либо сказки перебежчиков, безоглядно верить которым — так себе идея! Рассказывают про повсеместный голод — но вы же и сами уже, наверное, успели оглядеться по сторонам: заметили хоть одного отощавшего? Нет, во времена Трудного похода — как у них называют 90-е годы прошлого века, когда резко прекратилась экономическая помощь распавшегося СССР — тогда да, многие люди недоедали. Хотя число голодных смертей и завышено в разы — но они были, что тут скрывать. Но с тех пор аж четверть столетия прошло! Все значительно изменилось к лучшему!.. — она словно бы перевела дух — и продолжила: — Или взять эти жуткие истории про травлю диссидентов собаками и расстреле опальных политиков из зенитных пулеметов! Один абсурдный фейк за другим разоблачаются — но появляются все новые и новые…»

«Про травлю собаками ничего не могу сказать, — буркнул я. — Как и про зенитные пулеметы. Но абсурд, говорите? Так его тут и без пулеметов с волкодавами хоть жоп… хоть горстями хлебай! Одни ночные полицейские рейды по квартирам чего стоят! С проверкой холодильников и смартфонов! И это „два пива в одни руки“! А выключения электричества на весь день? Ладно, то от нищеты, бедность у нас, типа, не порок — а как насчет Эры Чучхе?»

«Календарь Чучхе власти как раз подумывают отменить… Даже уже начали аккуратно зондировать почву…»

«Да если бы только календарь! А эти нелепые лозунги? „Корея — колыбель человечества!“ Ха! А дружные инициативы снизу по работе без выходных⁈ Не знаю даже, что хуже: если местные и впрямь во все это искренне верят — или если вынуждены притворяться! Итог-то один: вон, родители Чона, тело которого я занял, сгорели в пожаре, спасая из огня портреты вождей! Голимые портреты, твою наперекосяк!.. А уехать — не дают! Разрешение им подавай — с синей, блин, полосой!.. Не знаете, кстати, случайно, как такое сподручнее заполучить?»

«Знаю, конечно, — на хоть сколько-то конструктивный ответ я здесь особо не рассчитывал, но неожиданно его получил. — Разрешения на поездку делятся на два вида. Обычные — и так называемые „с подтвержденным номером“„. 'С синей полосой“ — это один из вариантов разрешений второго вида, для поездок в приграничные районы. Бывают еще „с красной полосой“ — в Пхеньян — но вы и так уже там… Для получения разрешения нужно подать заявление в полицию — напрямую или через инминбан — приложив к нему согласие на ваш отъезд с места работы. Обязательно должна быть приведена уважительная причина для поездки — например, похороны или свадьба… Сам „подтвержденный номер“ выдается центральным аппаратом Министерства общественной безопасности…»