"Северная корона". Компиляция. Книги 1-13 (СИ) - Ольховская Влада - Страница 704

Одхан уже знал, что не успеет. Искалеченное тело двигалось слишком медленно. Боль разрывала изнутри. Покой казался таким соблазнительным – унизительный покой сдавшегося, но все же… А нельзя. Никакого покоя до самой смерти. Потому что пацан смотрит, будь он неладен. У пацана осталось до фига лет жизни, так пускай живет правильно! Мысль о том, что однажды Иарлайт не сдастся и благодаря этому спасется, стала для Одхана последним утешением.

Он опустил голову, чтобы отдышаться, но рукой по-прежнему тянулся к проводам. Он ожидал неминуемого удара в спину… и не был готов к тому, что кто-то схватит его за запястье и резким рывком отодвинет подальше от приближающейся биомассы.

На этом его спаситель не остановился. Он без труда поднял Одхана, помог зацепиться рукой за плечи, хотя идти Четвертый по-прежнему не мог, он попросту висел на том, кто неожиданно пришел ему на помощь. Однако сил второго легионера было достаточно, чтобы его удерживать.

Одхан хотел задать вопрос – а голоса не было. И сил не было, и подходящих слов. Ему только и оставалось, что смотреть на такое близкое лицо Шарлотты Мю, пытаясь понять, она на самом деле здесь или ему мерещится.

Для иллюзии Шестая оказалась слишком уж активной. Она рванулась к выходу, а существо, покалеченное наноботами, не сумело ее остановить. Каким-то непостижимым образом Шарлотта выбралась из этого кошмара без серьезных ран, не зараженной… А еще она выбралась одна. Это Одхан тоже заметил.

Она сумела донести его до аварийного лифта, скрытого так надежно, что сам Одхан его бы не нашел. Когда кабина двинулась, Шарлотта усадила его на пол, помогла опереться спиной на стенку лифта.

Одхан думал, что она в порядке… она ведь казалась такой спокойной до последнего! Но когда Четвертый смог обходиться без ее помощи, Шарлотта шарахнулась от него, рухнула на колени, закрывая лицо руками. Она то ли кричала, то ли выла, она не пыталась сдержать слезы, которые считались унизительными для любого легионера, а уж для высшего – тем более. Она шептала, обращаясь не к Одхану, а к тому, кто уже не мог ее услышать.

– Всё уже… Теперь на самом деле всё… Ты прости меня, прости…

Он не стал спрашивать, о ком она плачет. Не смог бы, да и догадался уже. Одхан успел лишь подумать, что Шарлотта всегда была самой честной среди них, и теперь она открыто плакала о том, что постигло их всех…

Ну а потом темнота все-таки сумела его забрать.

Глава 12

Теперь Альде требовался постоянный тонкий контроль над собственными способностями – уже не для того, чтобы выполнить миссию, а просто чтобы не сойти с ума. К тому, что поджидало ее на Марсе, она оказалась не готова.

Она привыкла поддерживать связь со всей командой. Она наладила контакт еще на первой миссии, с тех пор расстояние, на котором Альда могла чувствовать близких ей людей, лишь увеличивалось. И она не сомневалась, что это хорошо! Она могла им помочь, она знала, что они живы… Теперь эту связь приходилось блокировать. Телепатка уже убедилась в том, что всё не хорошо. А толку-то? Из-за телепатического фона, созданного существом, Альда даже связаться ни с кем не могла, не то что помочь.

Блок сейчас дарил блаженное незнание. Когда все началось, она не сомневалась, что кто-то из экипажа был тяжело ранен. Возможно, этот человек уже погиб. Возможно, погиб кто-то еще… или все, потому что существо давно уже протянуло свои проклятые отростки к Новому Константинополю. Альда точно знала: в миг, когда она выяснит правду, работать она уже не сможет. Поэтому она позволила трагедии оставаться в тенях, чтобы сохранить хотя бы возможность что-то изменить здесь и сейчас.

Понять бы еще, что! У легионеров, собранных на базе, были свои проблемы, Альда не могла помочь им – и не рассчитывала на их помощь. Ей казалось, что мир просто разваливается: все, чем она так гордилась, оказалось бесполезным, все, чему ее учили, не приносило пользы.

Она давно уже поддалась бы панике, если бы не Триан. Альда чувствовала: другие легионеры тоже растеряны и напуганы. Но не он, нет. Сейчас его сердце билось ровно, на его лице застыло привычное холодное равнодушие. Если он и притворялся, то гениально… Да и не хотелось Альде его разоблачать. Он оставался последней скалой во время шторма, он давал хоть какую-то надежду.

Правда, телепатку серьезно беспокоило то, что он предпринял серьезные усилия, чтобы спрятать от нее свои мысли. Это был не легкий блок, который ставят из вежливости, намекая, что лезть в чужую голову некрасиво. Триан использовал собственные способности к телепатии, пусть и ограниченные, чтобы закрыться.

Альда все равно была сильнее, она могла проломить преграду, если бы захотела. Но он бы почувствовал, такое не скроешь. Она не выдержала, спросила. Триан ответил все так же ровно:

– Потому что я понимаю, что волнение порой подталкивает к излишней любознательности.

– И что? Тебе разве есть, что скрывать?

– Дело не в этом. Просто не все мои мысли ты сможешь сразу истолковать правильно, потребуешь объяснений, и это нас задержит. Альда, я делаю то, что должен: защищаю «Северную корону». Здесь ничего нового.

Но он ведь не сказал ей «нет» – и прекратил называть ее «мелкой». Это вполне могло оказаться теми самыми деталями, в которых кроется дьявол. Альда не могла не думать о худшем варианте, но гнала от себя такие мысли. Если бы Триан готовился к худшему, разве был бы он так спокоен? Он ведь не притворяется, сердце в привычном ритме! И вообще, при худшем раскладе он не защитит экипаж, ведь многие сейчас в другом городе, ему нужно туда добраться, и он знает, что доберется.

Все под контролем, все хорошо…

– Чтобы не придумывать лишнего, сосредоточься на изучении существа, – посоветовал Триан.

– Ты же сам сказал этого не делать!

– Сказал до того, как ты начала взаимодействовать с ним. Похоже, у тебя неплохо получается. Кроме того, я не ожидал остаточных воспоминаний, это может быть интересно.

Альда сильно сомневалась, что ему действительно интересно. Скорее, его совет напоминал попытку взрослого занять чем-то нервного маленького ребенка, чтобы не путался под ногами.

И все же отказываться Альда не стала. Только так она пока могла спрятаться от собственной беспомощности – и отпугнуть чувство надвигающейся беды.

Она все еще шла за Трианом, однако на окружающее пространство уже не обращала внимания. Кому-то это показалось бы непростительным, ведь чем дальше они продвигались, тем больше вокруг них становилось пульсирующей плоти существа. Где-то оно еще скрывалось за стенами и воздушными фильтрами, а где-то и не пыталось, почувствовав себя хозяином положения. Не бросалось оно исключительно по одной причине: пока не хотело.

Так что Альде следовало бы смотреть по сторонам, но это она доверила Триану. Если он разрешил сосредоточиться на изучении существа, значит, ситуацию контролирует, а ему телепатка доверяла больше, чем себе.

Существо по-прежнему оставалось для нее загадкой. После всего, что уже произошло, хотелось воспринимать его как типичного злодея, коварного монстра, мечтающего о мировом господстве. Однако оно вообще ни о чем не мечтало – не способно было. Не злилось, чувствуя боль. Не злорадствовало, убивая. У него не было восприятия себя.

При этом, как ни парадоксально, оно четко знало, что ему нужно. Его разум был простым и сложным одновременно, а главное – свободным от сомнений. Новую плоть и новую территорию оно завоевывало просто потому, что иные действия его не интересовали. Оно не рассматривало неудачу как вариант, потому что не знало, что это такое.

Оно напоминало Альде болезнь. Вирус ведь не задумывается над тем, что он делает и для чего… И порой он убивает целые планеты.

Она знала, что основа существа близко. Это не было разумом, но там плоть становилась наиболее массивной, оттуда, скорее всего, начался рост. И там же догорали, постепенно растворяясь, последние воспоминания.

В какой-то момент Альда даже надеялась, что существо намеренно хранит эти воспоминания. Да, легионеры внутри него мертвы, но, может, их память сумеет очеловечить этого уродца, создаст новые уязвимости?..