"Северная корона". Компиляция. Книги 1-13 (СИ) - Ольховская Влада - Страница 705

Не сбылось, конечно. Оно хранило воспоминания лишь потому, что хотело просмотреть их все. А потом перемолоть, оставляя себе те, которые были полезны. Мечты же оно просто давило, как давило чужую плоть.

Альда прекрасно знала, что они сейчас очень далеко от поверхности. Получается, они приближались к сердцу Марса, и телепатку не покидало ощущение, что сражаться они приготовились с целой планетой.

Он отвлекся, когда в кабинет пришла Тимандра. Она не стучала, она этого никогда не делает. Она понимает: если он не хочет с ней говорить, дверь заблокирована. Если нет – можно войти и вести себя как обычно.

А остальные не войдут, Валентин Вернон прекрасно знал, какой ужас он внушает людям. Как не знать, если он над своей репутацией много лет работал?

Тимандра была единственным исключением из того, что он сделал правилом. Даже другие хилеры из его свиты побаивались его, но не она. Иногда она наглела, и это раздражало, но Вернон терпел. В его жизни остался один человек, который говорит ему правду без страха или заискивающего стремления к награде. Это много для него значило.

Она еще в начале их сотрудничества сказала ему, чтобы даже не пытался лезть ей в голову. Если она обнаружит следы телепатического влияния, она его не убьет – она сделает так, чтобы смерть для него мечтой стала! Тогда это действительно было правдой. За годы их знакомства Вернон придумал не меньше десятка способов подчинить ее так, что она ничего бы не заподозрила. Он просто не хотел этого делать.

Занятным финалом их истории стала бы прекрасная взаимная любовь – он иногда обдумывал это, но больше как анекдот, причем пошловатый в своей простоте. Никакой любви никогда не было – ни с одной из сторон. Иногда они спали вместе, но исключительно ради процесса, при постоянных путешествиях сквозь космос не так много вариантов. В целом же их отношения оформились в дружбу, которую Вернон ценил.

Поэтому Тимандре было дозволено приходить в кабинет телепата номер 1 без стука, переключать свет с точечного на имитирующий дневной, наполнять воздух ароматом кофе, который она принесла с собой. Обычно она заваривала только себе, заявляя ему, что секретаршей она просто притворяется – и лишь до определенного предела. На этот раз принесла две чашки.

– С каких пор ты размениваешься на доброту? – удивился он, но чашку с кофе принял.

– Я понимаю, что ты волнуешься. Иногда в поддержке нуждаешься даже ты.

Это было неожиданно.

– С чего ты взяла, что я волнуюсь?

Тимандра бросила на него насмешливый взгляд, улыбнулась, но отвечать не стала. Вместо этого хилер сменила тему:

– Тебя ведь и близко не подпустили к совету космического флота?

– Естественно. Меня заставили срочно перебраться на эту станцию.

– Внушительное расстояние.

– В этом смысл.

– Но ты ведь все знаешь?

– Да. Хотя я оценил их усилия.

В космическом флоте давно вычислили то максимальное расстояние, с которого Вернон был способен влезть в чужие мысли. Не сразу, путем проб и ошибок, но они все же смогли. С тех пор они делали все возможное, чтобы отослать его подальше, но при этом не разозлить.

На таком их перестраховка не заканчивалась. Они внимательно следили за тем, чтобы люди, знающие о важных решениях, оставались все на том же безопасном расстоянии от Вернона до исполнения этих решений.

Он делал вид, что не замечает их детские трюки, выбивал себе из флота побольше бонусов – и все равно все знал.

Потому что люди, допускаемые на совет, не остаются в одиночестве и пустоте. Они могли держаться подальше от Вернона, но не от своих близких. Номер 1 давно уже вычислил, кто из них с кем общается, кто кому доверяет, и выстроил сложную многоэтапную сеть передачи информации.

Поэтому ему было известно все, что прозвучало на срочном совете. И ему это не нравилось.

– И до чего они додумались? – поинтересовалась Тимандра, устраиваясь на имитации подоконника.

Компьютерная иллюзия была безупречна, и казалось, что там, за окном, действительно шумят цветущие рощи – а не замер беззвучный космос. Вернон в таких игрушках не нуждался, это изначально было сделано для нее.

– Они собираются применить на Марсе «Систему 10».

Другая женщина, услышав такое, уже затряслась бы, уронила кофе, чтобы обязательно закрыть лицо руками. Они все так делают. Ну, или почти все – Тимандра и глазом не моргнула. Она сделала глоток и лишь после этого спросила таким тоном, будто поддерживала обычную светскую беседу:

– Значит, не будет никакого Марса?

– Не будет никакой «Системы 10».

– С чего это?

– У них, полагаю, ничего не получится, – пожал плечами Вернон.

– Воля судьбы?

– Она самая.

Тимандра не стала расспрашивать его, как именно он такое провернет, ее никогда не интересовали детали. Вернон ожидал, что она и вовсе свернет разговор. Однако в глазах хилера зажглись насмешливые огоньки, которые он прекрасно знал – и терпеть не мог.

– Ты готов зайти так далеко ради девочки?

– Даже не начинай. Та малолетняя девица тут ни при чем, – поморщился телепат.

– Конечно, конечно… Тебя волнует исключительно сохранность Марса!

– Не исключительно, но – да, мне нравится Марс, одна из немногих планет, которые могут меня хоть чем-то удивить. Я не вижу реального повода уничтожать его, хотя причин несколько. В частности, меня раздражает то, что этим цирком управляет Ансгар Фетъе – а никто толком не замечает.

– Может, и замечают, просто не мешают, потому что согласны с ним. Хотя я тоже считаю, что только тебе дозволено манипулировать космическим флотом, дорогой. Кстати, мне приятно, что ты соврал мне за время нашего разговора только один раз.

Вот ведь зараза… Вернон надеялся, что она не заметит.

Он тренировался лгать ей. Тимандра улавливала ложь не так, как он, не на уровне мыслей – на уровне тела. Он прекрасно знал об этом, помнил признаки, которые выдают неправду, и годами пытался взять их под контроль.

У него получалось все лучше, других хилеров из своей свиты он при необходимости обманывал вполне уверенно даже без телепатии – просто чтобы потренироваться на них. Но она пока была слишком хороша.

Он не стал уточнять, где именно скрывалась ложь, правильно ли хилер все заметила, это было бы слишком унизительно для них обоих. Он просто хмыкнул и отвернулся, давая понять, что не намерен обсуждать подробности.

– Ты зря стесняешься этого, – заметила Тимандра. – Она все-таки твоя дочь.

– Я ничего не стесняюсь, и она не моя дочь – в психологическом понимании. Но даже если бы я воспринимал все иначе, я бы не позволил личным симпатиям влиять на мое решение.

– Ну да, это было бы слишком эгоистично, а ты же образцовый офицер, который всегда ставит интересы флота выше собственных!

– Да иди ты…

– Уже ушла, – рассмеялась Тимандра. – Я понимаю, что в ближайшее время тебя ожидает парочка увлекательных разговоров, не буду мешать.

Она наконец-то удалилась, оставила его одного. Он снова перевел взгляд на компьютер, но думал он не о воссозданных из чужих знаний схемах. Его мысли стремились куда-то далеко… Тимандра все настроение сбила, кто бы сомневался!

И все-таки она в чем-то была права.

В жизни Вернона был один человек, который не боялся его и говорил ему только правду. Человек, который был достаточно силен для того, чтобы получить его уважение. Теперь телепат номер 1 раздумывал о том, что было бы, если бы он создал второго.

Площадь полыхала внутри огненной воронки. Казалось, что все вокруг накрыла единая стена пламени, однако любой электрокинетик догадался бы, что это молнии. Просто сплошные, разрушительные, требующие колоссального количества энергии. Создающие такой жар, что от него плавится металл. Воздуха совсем мало, деревья давно сгорели… и тела сгорели, но сгорело и существо.

Киган знал, что оно серьезно пострадало. В этом ведь и был смысл. Сначала оно еще пыталось нападать, но чем больше становилась огненная воронка, тем реже оно подбиралось ближе. Электрокинетик даже смог перейти к наступлению: его молнии проникли в подземные тоннели, выжигая существо и там.