Специалист по кадрам (СИ) - Парсиев Дмитрий - Страница 53

— А мне кажется, Каратоси-сан, вы знаете больше, чем пытаетесь показать, — заявил Накамура, — А чтобы не тратить попусту наше с вами время, я открою вам один маленький секрет.

— Любопытно.

— Еще бы не любопытно, — Накамура снова усмехнулся, — На территории клуба Тотус есть несколько внешних видеокамер, про которые никто не знает. А я знаю. Я просматривал записи с этих камер. Угадайте, кого я увидел на этих записях.

— Теряюсь в догадках.

— Вас, Каратоси-сан. В день, когда произошел несчастный случай с нашими сотрудниками, и в день, когда полиция поймала гиену. Не подскажете, как она оказалась в вашем багажнике?

Я пожал плечами. Дальше врать не имело смысла, но и наговаривать на себя не собирался.

— Скажи мне, Мэй, — Накамура повернулся к Нагате, — Ты меня ослушалась в тот день, когда произошел несчастный случай с двумя нашими сотрудниками?

— Нет, оя… нет, господин старший секретарь, я станцевала для Каратоси-сан.

— Что-то мне все сегодня врут… или как минимум чего-то недоговаривают, — Накамура демонстративно изобразил расстройство на лице и даже поцокал языком, а затем перевел взгляд на Есико, — Ну а вы, Ямасаки-сан, насколько мне известно, учились в этом самом университете?

Есико, хоть еще не отошла от шока, встала и глубоко поклонилась, — Училась, господин старший секретарь.

— Год назад, когда в спортзале произошел другой… несчастный случай, у вас как раз были назначены занятия в этом самом зале. Надеюсь, вы не будете отпираться? Камеры зафиксировали, как вы вошли на территорию университетского кампуса за десять минут до начала занятий.

Перепуганная Есико стояла перед Накамурой и молчала.

— Да что ж такое, — посетовал Накамура, — Никто не хочет рассказать мне правды. А я очень не люблю, когда от меня что-то скрывают. Боюсь, мне придется принять меры.

Последние слова Накамуры прозвучали как угроза. А в том, что Накамура свою угрозу способен осуществить, я не сомневаюсь. Он что-то уже разнюхал, что-то подозревает и рано или поздно докопается до правды. Стоит ли мне дальше отмалчиваться, продолжая подставлять Нагату и Есико, которые выгораживают меня как могут?

Нагата и так уже проштрафилась перед своим оябуном, умолчав про мои способности. Есико тоже может не поздоровиться. Накамура, гад, уже свел все концы, уже прекрасно понимает, что Ексико свидетель резни годовалой давности. Единственное, чего он пока точно не знает, что к Есико вернулась память о том событии. А как говорит тетя Ева «сегодня живой свидетель, завтра большая проблема». Сильно сомневаюсь, что Накамура гуманней тети Евы. Скорее наоборот. Как бы он чего доброго не задумал избавиться от свидетеля. Эти оябуны те еще параноики в вопросах соблюдения режима секретности.

— Послушайте, Накамура-сан, — решился я, — Нагата-сан и Ямасаки–сан тут не причем. Дело в том, что я видящий.

— Какой?

— Не какой, а кто. Я видящий. Умею видеть магические энергии. Могу определить екая по ауре.

— Ну наконец-то, — Накамура изобразил облегчение, — Вы поступили достойно, Каратоси-сан, честно признавшись. Негоже мужчине прятаться за женскими спинами. А раз так, я думаю, Нагате-сан и Ямасаки-сан мы позволим отправиться отдыхать, ну а мы с вами прокатимся в одно место.

— Какое?

— Вам понравится. Не будем портить сюрприз.

Ехать пришлось не очень далеко. Черный лимузин Накамуры привез нас с ним к старому особняку, чем-то похожему на офис или дом какого-нибудь большого чиновника.

— Что это за здание, Накамура-сан?

— Храм бога Хотэя.

— На храм не похоже.

— Снаружи не похоже, — согласился старший секретарь.

Какие-то люди в черных монашеских одеждах молча открывали перед нами двери и так же молча исчезали. Накамура провел меня в небольшой зал. Единственным украшением этого зала была статуя веселого лысого пузатого толстячка в сандалиях на босу ногу.

— Как видите, Каратоси-сан, левый глаз выполнен не из золота, как вся остальная статуя, а из обработанного драгоценного камня.

— Вижу. Выглядит немного нелепо. Как будто бог одноглазый.

— Не в этом дело, — Накамура поморщился, — Я хочу, чтобы вы заглянули в этот глаз.

— Как заглянуть?

— Приблизьте свой левый глаз к левому глазу бога и посмотрите в зрачок.

— Зачем?

— Для проверки, — с какой-то наигранной обыденностью пояснил Накамура, — Вам же несложно.

Мне, может, и не сложно. Только мое магическое видение пока еще не отключилось. Вижу, что этот глазик пусть и слабенький, но магический артефакт.

— Может быть, вы всё-таки поясните, в чем суть проверки?

— Ну хорошо, — покладисто согласился Накамура, — Вы ведь уже выяснили, Каратоси-сан, что у нас в Киото живут магические оборотни екаи?

— Выяснил, — честно ответил я, понимая, что отпираться будет глупо.

— Так вот, я подозреваю, что вы тоже екай, Каратоси-сан.

— Вы шутите, Накамура-сан?

— Нисколько. Вы либо екай, либо ханта, либо простой человек. Вот я, к примеру, простой человек, — Накамура изобразил улыбку, которая, видимо, должна была выглядеть открытой, но больше походила на оскал.

— Ханта? Это еще кто такой?

— Ханта — это охотник на екаев. У Ханта тоже встречаются магические способности. Так уж устроил бог Хотэй. Магия екаев уравновешивается магией Ханта. В мире должен быть баланс.

— И как этот глаз определит, кто я?

— Глаз засветится. Как светофор на улице, — сравнение со светофором показалось Накамуре забавным и он улыбнулся, — Зеленый — цвет человека, желтый — цвет екая, красный — цвет ханта. Вы разве сами не хотите узнать, кто вы?

— Честно говоря, не очень.

— Да ладно, Каратоси-сан, где ваша тяга к новым открытиям? Вы же не хотите, чтобы я наказывал ваших коллег, Нагату-сан и Ямасаки-сан?

— Не хочу.

— И я не хочу. Но если вы будете упорствовать, мне придется.

— Позвольте вопрос, Накамура-сан.

— Спрашивайте, чего уж, — благодушно разрешил Накамура.

— Как вы приняли меня на работу?

— Один старый приятель с севера за вас попросил, — Накамура хмыкнул, — Я думал, вы спросите что-то более важное.

— Спросил первое, что пришло в голову. Извините…

— Не томите, Каратоси-сан, я теряю терпение.

Я пожал плечами, приблизился к статуе и слегка наклонился, потому что статуя хоть и на постаменте, но все равно ниже меня ростом. Вздохнул и заглянул в левый зрачок бога Хотэя. Артефакт засветился глубоким синим цветом.

— Он синий! — пораженно воскликнул Накамура, — Это еще что за новости⁈

Глава 26

— Вот не надо на меня так смотреть, — я сделал морду кирпичом и отошел от статуи от греха, — Я в вашей Японской аппаратуре не разбираюсь.

— Причем тут аппаратура, — раздосадованно бросил Накамура и крикнул в сторону двери, — Киджи! Киджи иди сюда.

В зал вошел очень старый служитель в черном кимоно. Остановившись на пороге, он почтительно поклонился.

— Слушаю, оябун.

— Почему глаз у статуи засветился синим цветом? Ты слышал о чем-то подобном?

— Слышал, оябун. Такое уже бывало.

— Давно?

— Очень давно, оябун.

— Что это означает, Киджи? Не заставляй тянуть из тебя клещами, — Накамура повысил голос.

— Это цвет неопределенности, оябун, — ответил Киджи, — Означает, что у носителя очень подвижная аура. У детей такое бывает, но со временем цвет изменится.

— По-твоему этот молодой человек похож на ребёнка?

— Не похож. Но он ещё довольно молод…

— Кем чаще всего становятся такие неопределённые? — нетерпеливо спросил Накамура.

— Я точно знаю только про один случай, оябун. Впоследствии тот стал екаем.

— Можешь идти.

Старик бесшумно ушел, закрыв за собой дверь.

— Любопытный вы тип, Каратоси-сан, — сообщил Накамура со вздохом, — Что прикажете с вами делать?

— Разве со мной обязательно что-то делать?

— Боюсь, что да. По всей видимости вы скоро станете екаем. А екаи либо живут в горах дикарями либо имеют хозяина. Третьего не дано.