"Фантастика 2025-74". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Митчел Оливер - Страница 879

— Нет никакого подвоха, — досадливо мотнула головой тетка. — Есть только моя ответственность за тебя, как за иму… за члена клана. Ты им все еще остаешься, потому что моя племянница и ее Броня сделали тебя своим единственным наследником.

— А… — я только и смог, что открыть рот, осмысливая информацию. А ещё сильно покоробила эта вроде небольшая оговорка. Имущество…

— Ты прав, я не самая сердобольная тётка, которая искренне печется за своего «племянника». Тем более, что хоть мы и вырастили тебя, но ты не наша кровь, скорее удачное вложение средств. Но для моей племянницы ты действительно стал семьёй, что она и отразила в завещании. Подумай еще вот о чем. Рядом со смеской тебе никогда не получить статуса вменяемого. А значит, и наследства. Тебе понравилось быть нищим?

— Значит, все эти пляски и попытки нас «воспитать» не более чем гонка за деньгами? — губы искривились в горькой усмешке.

— Не пори ржу! — рассердилась Мариэлла. — Это твои деньги, и никто на них не претендует.

Угу, ну тут верю. Тётка Мариэлла точно не претендует, это ниже ее достоинства. У нее своих выше лезвия. Но вот мой будущий Мастер… который обязательно должен быть клановым. Ох не зря Гейр предупреждал меня не возвращаться!

Нет, тетка не врет. И, вернувшись, я смогу выбирать, смогу пользоваться своими деньгами, жить в привычной роскоши, и…

Я невольно оглянулся на Ирину. Она сидела на скамейке в дальнем конце зала, откинув голову на стену и, кажется, дремала. Мелкий цвирченок с нелепой короткой стрижкой, упрямая девчонка, такая смешная, ничего не знающая… не Мастер, не клановая, вообще неизвестная смеска с неясными перспективами. После клановых красоток смотреть не на что. И я ей ничего не должен, по словам тетки. А не верить ей у меня нет никаких оснований…

Словно почувствовав мои мысли, хотя я как раз сейчас их закрыл самым тщательным образом, Ирина подняла голову, открыла глаза и посмотрела прямо на меня. Понимающе так посмотрела и…

Глава 40

Оружие

— Спасибо, Мастер Мариэлла, — я со всей возможной искренностью совершил традиционный поклон, вызвал лёгкое недоумение у ожидающей моего ответа тётки, — Спасибо, что сказали правду. Я очень ценю вашу честность. Даже не знаю, как выразить глубину моей благодарности, но… в клан я не вернусь. Когда снова обрету дееспособность, в качестве платы за моё обучение и содержание, я полностью перепишу наследство на Вас.

— Вот шельмец!

Мне показалось, или в голосе тётушки проскользнуло одобрение? Ржа, эти женщины сами себя понимают?!

— Что ж, если вытащишь своего Мастера из-под трибунала — так уж и быть, я поверю в наличие у тебя работающих мозгов. А про наследство ржу не пори. Племянница оставила его тебе, не плюй на ее обелиск.

Я еще раз учтиво кивнул, улыбнулся, и пошел туда, где меня ждал мой выбор. И мой Мастер. Шел и думал — а почему? Почему я даже почти не колебался?

Наверное, дело в том, что рядом с Ириной даже воздух стал другим. И нет, я не про отравленный воздух ее мира, просто рядом с этой смешной девчонкой дышать было… легче? Да, точно, вся жизнь, всё существование как будто потеряло какие-то рамки, ограничения.

Это ведь именно Ирина подобрала меня буквально из ржи. Отмыла, (тут я невольно усмехнулся, вспоминая), накормила (только бы не заржать!), вернула желание жить. Вот просто так, не ожидая того, что ей за это что-то перепадет.

Что-то никто из клановых мастеров, что теперь так меня хотят, не поспешил меня вытаскивать. Видимо, до возвращения тетки не решились открывать завещание и не сразу поняли, что отправляют в утиль не бесполезную ржавую палку, а богатого наследника. Эх, хотел бы я полюбоваться на их рожи! А ещё посмотреть, как все эти высокомерные Мастера на цыпочках круги вокруг водят…

А вот моя мелкая, когда мы только познакомились, даже толком не понимала, что я закрываю дыру в ее душе! То есть, по-хорошему, просто приютила у себя ржавый дрын.

И еще! Точно! Она видит во мне равного. И я уже как-то к этому… привык? Быть не просто Оружием своего Мастера, но и полноправным… партнером? А не только привычно подчиняться чужой воле, пусть даже и более опытному и мудрому.

А деньги? А что деньги, жили без этого наследства, и ещё проживем. Сами скоро неплохо сможем зарабатывать. Главное, душа у Ирины зарубцевалась, а всё остальное так — фигня.

Ириска

Я закрыла глаза и попыталась расслабиться. Мик ушел со своей теткой, и они уже минут пятнадцать о чем-то переговаривались у дальней двери. А я…

А что я. Я все понимаю. И если он решит сейчас уйти — слова не скажу. Потому что права не имею.

Это из-за меня он вляпался в трибунал. И вообще, что-то со мной явно неправильно по их незыблемым законам. А если в следующий раз мы погибнем из-за моих закидонов и инстинктов?

Лучше я тихо сдохну в одиночестве, чем потащу его за собой. Кажется, я понимаю его прежнего Мастера… понимаю, почему она его «отбросила». Если для меня шансов нет — пусть он выживет!

— Не смей даже думать! — неожиданно зло прошипели мне прямо в ухо, а потом как следует встряхнули. — С чего ты взяла, что я покорной овечкой вернусь в клан и оставлю тебя одну? И после этого смогу спокойно продолжать жить?! — он очень выразительно-гневно замолчал, а потом уже спокойнее выдал:

— Неужели в твоих глазах я такая мерзкая сволочь? — Мик слегка улыбнулся, чуть разряжая обстановку.

— Ага, очень мерзкая, — я прильнула к нему и уже привычно спрятала лицо у него на груди. А если там и были слезы, никто теперь не увидит. — Трясешь, как грушу. Я язык себе прикусила!

Стало так тепло и уже не страшно. Вдвоем-то. Малодушно, конечно, радоваться тому, что это теперь не только мои проблемы… но по-другому у меня не получалось.

— Соберись. Когда нам слово дадут, ты передашь его мне. Я уже придумал, как нам вывернуться. Поняла? Главное, держись уверенно, не мямли, верь в свои слова и наши силы. Члены комиссии, конечно, не дознаватели, но цвирки тёртые, почувствуют слабину — во ржу перетрут.

— Есть, мой генерал, — я вытерла слезы и усилием воли переключилась в «боевой» режим. Как-никак я педагог. А семиклассники в любой питерской школе любому трибуналу фору дадут. Ничего, усмиряла же!

Ровно через полчаса я с самым независимым и невозмутимым видом сидела на скамье, установленной в центре круглого зала, и смотрела на такого же собранного, невозмутимого Мика, четко проговаривающего свои аргументы. Четко и нудно… но, наверное, так надо.

— Согласно всем известным данным, в ауре существа, душа которого готова покинуть тело, всегда присутствует метка Смерти. Видеть эти метки может обученный Мастер или Оружие. На объекте нашей охоты тоже присутствовала метка, но она мерцала: то пропадала, то вновь возникала. — Мик незаметно перевел дух и продолжил:

— Согласно трактатам, написанным ещё прародителями и переданным потомкам без единого исправленного слова, такое поведение метки означает, что судьба объекта еще не решена.

— И вы решили вершить судьбу сами? — насмешливо, с издевкой спросил один из судей.

— Нет, мы решили как можно эффективнее выполнить наш долг. Объект — самоубийца, что вы можете легко увидеть в описании задания. Как почтенная комиссия знает, при подобной смерти появляется множество тварей скверны разных уровней. И очень часто даже опытные профессионалы не способны выловить их всех, особенно если они сразу разбегаются. Также известно, что множество тварей в душах других существ порождает сама Смерть, и умирающий сам не является носителем. С учётом мерцающей метки, я считаю, что нами был выбран оптимальный вариант.

— То есть, если бы метка не мерцала, никаких действий по спасению вы бы не предприняли? — удивлённо поинтересовалась еще одна женщина из комиссии.

— Да, — серьезно кивнул Микаэль, — Мы молоды, но вполне адекватны. И никогда не стали бы нарушать постулаты Призмы, тем более зная, что за каждым нашим шагом следит комиссия. Да и все мы прекрасно знаем, что в ином случае спасение объекта было бы бесполезно. Ведь тот, кому суждено умереть, — всё равно умрёт. Через минуту, час, максимум день.